Доставшаяся в наследство от русских база ПВО была значительно усовершенствована и частично перестроена. Влетело это налогоплательщикам в копеечку, но это никого особо не волновало. Хотите быть в НАТО? Раскошеливайтесь! Да и с началом этой операции тут хорошо поработали американские инженерные части.
Разумеется, никто не рассчитывал всерьёз отбивать тут атаки пехоты противника – она попросту не дошла бы до этих рубежей. Авиация и ракеты – вот главная угроза. И поэтому старые бункеры углубили, добавив этажей. Однако и противопехотную оборону тоже не забросили – её дополнительно усилили. Помимо тройки старых пулемётных стальных бронеколпаков, которые должным образом модернизировали, добавили ещё и телеуправляемые огневые точки. В специальных гнёздах разместили и автоматические гранатомёты.
Словом, удар целого батальона смогли бы отразить без особого труда. Поднятая по тревоге рота охраны занимала ещё и готовые окопы, добавляя свою огневую мощь к стационарным точкам. Противнику пришлось бы немало попотеть, взламывая хорошо продуманную оборону.
Да и двери на нижние уровни тоже представляли собой не простые стальные заслонки – имелась защита и здесь. На перекрёстках коридоров были оборудованы огневые точки, которые занимались солдатами со штатным вооружением. Попробуйте-ка пробежать пусть и по двадцатиметровому коридору, если он весь простреливается прицельным огнём!
Так что особого повода для беспокойства у Парсонса не имелось. Войдя в зал, он на какое-то время замер в дверях. Появление генерала даже не сразу заметили – настолько все были поглощены свои делом. И только зычная команда Морана вернула присутствующих к действительности.
– Генерал прибыл в оперативный центр!
На секунду все замерли, выпрямились, обернувшись в сторону входной двери.
– Вольно! Работайте, джентльмены…
Подойдя к оперативному дежурному, Парсонс вопросительно на него посмотрел.
– Докладывайте.
– Сэр, база атакована превосходящими силами противника.
– Сколько их?
– Предположительно – не менее трех батальонов пехоты со средствами усиления.
Сколько? Генерал не поверил своим ушам.
Три батальона пехоты противника на этом берегу? Через несколько часов после ядерного взрыва? Каким образом они тут оказались? Объявлена война? Когда?
– Сэр, прошу вашего внимания… – подполковник указал на монитор охранной системы. Там явно преобладал красный цвет.
– Пулемётные гнезда один и три – уничтожены. Прямое попадание противотанковых ракет, как я полагаю… Уничтожены также телеуправляемые огневые точки – три, пять, шесть, восемь, девять, десять. Огонь ведут только четыре пулемёта. Прямое попадание мины в автоматический гранатомёт номер три – он выведен из строя. Выходы из казармы охраны находятся под непрерывным многослойным огнём – занять позиции невозможно. Уничтожен гараж. Разбиты ракетами столовая и медблок. Повреждения получили и другие объекты. Характер повреждений устанавливается.
– Связь с командованием?
– Имеется. Мы немедленно затребовали авиационную поддержку.
– Противник? – поинтересовался Парсонс.
– Атакует нас со всех направлений. Отмечены попытки уничтожения оборонительных сооружений подрывниками-камикадзе.
По коже генерала пробежал озноб. Господи… ещё и это!
– Успешно?
– Именно таким образом были уничтожены телеуправляемые огневые точки номер восемь и девять.
– Так… – командующий опустился в кресло. – Ваши соображения?
– Оборона долго не выдержит, сэр…
На мониторе мигнул жёлтый огонёк – загорелась надпись.
«Израсходован боезапас автоматического гранатомёта номер один». И как прикажете его перезаряжать под огнём?
Почти тут же рядом загорелся красный.
«Уничтожено пулемётное гнездо номер два».
– Картинка с камер наблюдения имеется? – кивнул Парсонс в сторону соседнего монитора.
– Только с внутренних, сэр, все наружные уничтожены в первые же минуты боя. По-видимому, противник осведомлён о характере наших оборонительных систем…
– Вон там, – указал рукою Бейкер, – у них должен быть оперативный отдел. Разведка и всё такое прочее. Если этот бугор – вход в основной бункер, как в этом уверяет Стоян, то разведка никогда не базируется вместе со всеми остальными. У них своё гнездо. Они у нас люди особые, далеко ходить не могут – некогда им. Так что надо их искать неподалёку от столовой.
– Столовка в той стороне! – кивнул Дмитрий. – Ребята уже в ней побывали, придавили парочку каких-то гладких типов. Прихватили там кой-чего пожрать – не та бурда, какой нас кормят!
Русский лежал рядом, и от него ощутимо попахивало спиртным.
– Я смотрю, вы там не только едой разжились?
Вместо ответа Дмитрий протянул командиру бутылку виски.
– Мы и на вас прихватили…
Добрый глоток терпкого напитка ощутимо поднял настроение.
– Так! Давай-ка ко мне кого-нибудь из командиров! Значит, разведка у нас устроилась в том бункере? Хорошо… Тряхнём стариной!
Амбразура в двери полыхнула огнём – бегущий человек кулём свалился на землю. Бункер разведки огрызался – уже трое подрывников не успели добежать до двери. К сожалению, позиция не позволяла использовать ПТУР, проход сворачивал под прямым углом, и ракета бесполезно долбанулась бы в стену.
Первую дверь именно противотанковой ракетой и вынесли – двое солдат в тамбуре даже не успели ни разу выстрелить. Но под землю громоздкую установку не затащить. А граната из ручного гранатомета на такой дистанции попросту не взведётся. Неэффективным оказался и простой взрыв в коридоре – в стенах тамбура имелись специальные щели для сброса избыточного давления. Дверь уцелела. Для того чтобы её рвануть, требовалось подложить заряд прямо под неё. Но это никак не удавалось сделать – огонь из амбразуры был убийственно точным.
Алекс глотнул виски и выругался. Что делать?
– Командир…
Кто это там ещё?
Ещё один русский. Морда откровенно бандитская, да и прозвище у него соответствующее – Палач. Он собственно и не скрывал своего прошлого – уголовник, сидел за убийство…
– Чего тебе?
– Есть идея, шеф…
Заряд взрывчатки установили сразу за поворотом – там, где стрелок не мог его видеть. Второй – большего размера, уложили у входа на пол, уже после щелей для сброса давления. Оба заряда соединили детонирующим шнуром – взрывы должны были прозвучать одновременно. При этом более мощный заряд как бы «запирал» в узком коридоре взрывную волну от второго, не позволяя ей выйти через предназначенные для этого щели в наружной стене. Дверь, ведущая внутрь, гораздо более слабая деталь конструкции, нежели железобетонная стена тоннеля.
Чего уж взрывал таким способом Палач – так и осталось неизвестным. Но идея оказалась чудо как хороша!
Сорванная с креплений дверь рухнула внутрь бункера, похоронив под собой проклятого стрелка. Да и всем прочим там досталось очень даже нехило! Разумеется, они попытались отстреливаться. Но нападающие, почти не обращавшие внимания на боль от ран вполне могли платить за одного защитника пятью своими жизнями. Их срок и так уже неумолимо подходил к концу. Уж лучше так, чем выплёвывать в кровавом кашле куски лёгких и видеть утром на расчёске пряди собственных волос!
– Не убивать всех! – надрывался Алекс. – Поймайте мне их главного! Или хоть какого-нибудь старшего офицера!
Норман Джойс не успел перезарядить пистолет – граната рванула прямо у порога, отбросив его внутрь комнаты. Оружие вылетело из рук, а в следующий миг его прижали к стене и скрутили руки.
– Шеф, один есть! – заорал куда-то в дым один из нападавших.
– Тащите его сюда!
Бейкер вертел в руках документы захваченного офицера и удивлялся.
– Надо же… какой вы, оказывается, интересный человек! Если судить по этому удостоверению личности – то передо мною подполковник Норман Джойс. А вот по этому, – он приподнял документ, – уже генерал-лейтенант! Не поделитесь секретом – как это у вас получается?
– Я не буду говорить при всех… – прохрипел Джойс.
– Вот как? – ухмыльнулся Алекс. – Это почему же?
– Вы должны понимать… это государственная тайна! Вы же, как я вижу, старый солдат…
– Капитан вообще-то. Капитан Алекс Бейкер – к вашим услугам! Уволен с почётом из рядов Корпуса морской пехоты. И должен вам сказать, генерал, что мне, равно как и всем присутствующим, трижды наплевать на всевозможные государственные секреты! Здесь и сейчас имеют значение только те вопросы, которые интересуют нас! И государственные проблемы тут вообще никого не затрагивают – за нами нет государства! Боевики поддержали речь командира дружным гоготом. Ему в руку сунули открытую бутылку виски, найденную в комнате генерала. Бывший капитан отхлебнул и снова повернулся к пленнику.
– Ну?
– Я офицер разведки…
– А то мы не знали, чей бункер штурмуем!
Выбравшийся из задних рядов Дмитрий сгрёб генерала за ворот и приподнял вверх.
– Командир, дай мне этого расфуфыренного типа! Мы с ним по-своему поговорим…
Парсонс, вцепившись в рукоятки кресла, смотрел на монитор. Красный цвет там уже преобладал повсюду. Большинство оборонительных систем базы вышло из строя или требовало немедленной перезарядки. Бункер разведки не отвечал на запросы. Подземная казарма охраны держалась из последних сил – бой шёл уже внутри. Не считаясь ни с какими потерями, атакующие перли вперёд. Охрана отступила на нижний уровень, и было совершенно очевидно, что удержать позиции они не смогут. На экране мониторов внутренних камер просматривались помещения, заваленные телами. Между ними бродили нападающие, переворачивали и обыскивали убитых.
– Что с подкреплением?
– Сэр, вертолеты только поднялись в воздух. Им лететь около тридцати минут…
– Отозвать охрану с объекта «Дельта-5»! У них там два «Страйкера» БМТВ M1128 MGS и около взвода пехоты. Пусть нанесут удар и отвлекут нападающих от штабного бункера!
– Но, сэр… без подтверждения данного приказа начальником разведки… – замялся оперативный дежурный.