Я же, стоило нам подписать протокол совещания, загрузился вкусняшками и снова прыгнул в камин.
От Якова пришла волна тепла, что могло означать только одно — амулет для нерождённого ещё Александра готов.
Честно говоря, я наделся, что Пожарский отправится вместе со мной, но Яков предпочёл остаться в Пекле. Родич не захотел рисковать и заверил меня, что покинет аномалию, как только откроется родовое поместье Пожарских.
Я не стал настаивать и, передав Якову гостинцы, вернулся в поместье Камнева.
Казалось бы, вот он заслуженный отдых! Но нет. Меня уже ждал экипаж, на котором мы с Камневым и Степаном поехали в доки — к османам.
Опытный Дмитрий заранее арендовал большой склад, где я и провёл инициацию моряков.
К вящему неудовольствию Мехмета выжило всего тридцать мореходов, из которых испытание прошли лишь десять.
От остальных остался лишь пепел, но выжившие выглядели так, словно выиграли в лотерею.
На самом деле, я бы мог добиться практически стопроцентной привязки, но в таком случае моя легенда была бы разрушена. Пусть уж лучше все думают, что мой максимум — это тридцать процентов Связанных Огнём.
Ну а по возвращении, я вручил амулет Марии, которая всё это время проболтала с Ангелиной, и проведя несколько часов со своими сыновьями, отправился на боковую.
За этот день я успел столько всего, что засыпал с чувством полного удовлетворения.
Да, спать оставалось едва ли четыре часа, но я был рад. Главное — удалось решить бо́льшую часть вопросов по управлению родовыми активами, ну а что до службы… Утро вечера мудренее.
Императорский дворец
— Вот за этой дверью, Ваш кабинет, Ваше Сиятельство! — обер-камергер Лука Владимирович Любов заискивающе заглянул мне в глаза. — А вот ваш заместитель, барон Умнов, который и покажет…
— Отставить заместителя, — я скользнул по кандидатуре обер-камергера якобы рассеянным взглядом и кивнул на стоя́щую рядом Ирину Олеговну. — У меня свой.
Кандидат в заместители от Любова остался невозмутим, но на тонком плане от него так и повеяло злостью.
— Но как же так, Ваше Сиятельство! — запричитал обер-камергер, которому поручили провести для меня экскурсию по дворцу и, конечно же, проводить в мой кабинет. — У нас Протокол! Так положено!
— Я всё сказал, — отрезал я. — Пока мой зам жив, здоров и выполняет свою работу, мне другого не надо.
— Халтуришь, Макс, — тут же отпустил комментарий Виш. — Топорно прозвучало.
Топорно не топорно, а Любов наживку заглотил. Смерил Вязовую оценивающим взглядом и едва заметно усмехнулся.
— Но, — от внимания Виша взгляд обер-камергера также не укрылся, — хоть и топорно, зато эффективно. И не жаль тебе аудитора подставлять? Она же у тебя одна.
«Во-первых, не подставлять, а использовать в качестве приманки, — мысленно поправил я фамильяра. — А во-вторых, её безопасностью займётся Немиров».
— А что, Немиров будет есть её еду и пить её чай? — поинтересовался Виш.
«При чём тут… — начал было я, но почти сразу догадался, на что намекает дракончик. — Думаешь, могут отравить?».
— Всё возможно в этом далеко не самом праведном мире, — хмыкнул Виш.
«Приставлю к Вязовой Скаута, — решил я. — А ты, если что, сумеешь спасти меня от яда?».
— Ты же Пожарский, — удивился Виш. — К тому же хозяин трёх элементалей.
«И что с того?», — не понял я.
— Пожарских в принципе трудно отравить — ваш внутренний огонь сжигает бо́льшую часть ядов. Ну и не забывай, что до тех пор, пока ифриты тебе служат, ты получаешь часть их способностей.
«Серьёзно?».
— А ты думал — это ты такой классный лидер? — хохотнул Виш, — у которого всё получается само собой?
«А как же Оптимизация процессов?».
— Она серьёзно облегчает твой Путь, — согласился Виш, — но без Уз Стаи и связи с ифритами всё было бы не столь радужно.
Сказать, что слова Виша меня удивили — ничего не сказать. Ведь одно дело, когда ты считаешь, что всего добился сам, и совершенно другое когда узнаешь, что… тебе помогали.
— Ой, да не парься ты так, Макс, — отмахнулся Виш. — К тому же ты прекрасно понимаешь, что к чему.
«Если ты насчёт Стелы, то да, — согласился я. — Но знаешь, как-то некомфортно быть пешкой в чужой игре».
— Эта пешка, на секундочку, стала ферзём, — напомнил Виш. — Министр финансов Российской Империи — это тебе не игрушки! Мог бы, конечно, стать Императором, но…
«Но ты знаешь моё мнение на этот счёт, — отрезал я. — И вообще, будь я Императором, тебе бы пришлось вместе со мной решать государственные вопросы. Ты готов сидеть с бумагами двадцать четыре на семь?».
— Ты преувеличиваешь, — поморщился Виш.
«Ненамного, — не согласился я. — И вообще, мне текущая ситуация нравится намного больше. Есть влияние, ресурсы, возможность влиять на страну и даже мир, при этом минимум обязанностей! Мне гораздо больше нравится изучать этот мир, чем чахнуть на троне».
— Если смотреть на вопрос с этой точки зрения, — неохотно протянул Виш. — То, пожалуй, ты прав. Но не сто́ит списывать со счетов личное могущество. Вот будь ты Императором…
— Ваше Сиятельство… — вкрадчивый голос обер-камергера вывел меня из задумчивости. — С Вами всё в порядке?
— В порядке, — проворчал я. — Задумался.
Если для моих ближников такие вот зависания, когда я мысленно спорил с Вишем, были в порядке вещей, то для обер-камергера это было в новинку.
Открыв, наконец-то, дверь своего нового кабинета, я посмотрел на Вязовую и приглашающе повёл рукой.
— Прошу, Ирина Олеговна!
— Позвольте, Ваше Сиятельство! — опять влез Любов. — Так не положено. Первым должен входить хозяин кабинета! К тому же ваша… спутница ещё никак не зарегистрирована в канцелярии, и…
— Если вы, Лука Владимирович, — я посмотрел обер-камергеру в глаза, — уладите этот вопрос до обеда, то я возьму вашего протеже вторым заместителем.
— Какой вопрос? — протянул Любов, выгадывая время и пытаясь поставить меня в положение просителя.
— Я думал, с вами можно иметь дело… — я демонстративно потерял к обер-камергеру интерес и повернулся к так и стоя́щей на месте Вязовой. — Ирина Олеговна, через десять минут я хочу увидеть в зале для совещаний всех своих сотрудников.
— Сделаю, Ваша Светлость, — коротко отозвалась Вязовая и бросила на Любова победный взгляд.
И её взгляд стал для обер-камергера последней каплей.
— К обеду всё будет готово, Ваше Сиятельство, — Любов церемониально поклонился и, поманив за собой барона Умнова, покинул приёмную.
Не знаю, зачем мне нужна была эта приёмная, которая по размеру была чуть ли не больше моего кабинета, но отказываться я не стал.
Кожаный диван для посетителей, журнальный столик для них же и аккуратный стол секретарши. Стены приёмной были отделаны красивыми дубовыми панелями, и я был готов биться об заклад, что за ними находится как минимум один тайный ход!
— Красиво, — протянула Вязовая, проходя в кабинет.
— Красиво — не то слово, — согласился я, заходя в кабинет следом за аудитором.
Стены, потолок, шторы — всё казалось выполнено из золота, но я-то знал, что всё это пусть и дорогая, но обманка. Бывший хозяин кабинета явно любил пустить пыль в глаза, и каждая вещь буквально кричала об этом.
Массивный шкаф из красного дерева, огромный письменный стол, мраморный камин, обрамленный золотыми вставками и… большой напольный глобус. Как нетрудно догадаться, тоже золотой.
— Позолоченный, — поправил меня Виш. — Сусальное золото. Как думаешь, сколько здесь тайников?
«Если они и есть, то все пустые, — отозвался я. — Как думаешь, много здесь следящих артефактов?».
— Шутишь? — хохотнул Виш. — Уйма!
«Раз так, — я невольно улыбнулся, — этим нужно воспользоваться».
— Макс Павлович, как вам? — Вязовая до сих пор находилась под впечатлением от кабинета министра финансов.
— Неплохо, — кивнул я, подходя к камину, — но я бы сделал перестановку.
— А где будет моё рабочее место? — посмотрела на меня Вязовая. — В приёмной?
— Вон за тем монстром, — я махнул рукой в сторону стола. — Готовьтесь, Ирина Олеговна, скоро у вас будет о-о-очень много бумажной работы.
— Я не смогу, — Вязовая замотала головой, словно маленькая девочка.
— Сможете, — заверил я аудитора. — Во-первых, я буду рядом, а во-вторых, вы, как мой заместитель, обязаны быть в курсе всех рабочих процессов.
— Думаете, получится?
Взгляд Вязовой, брошенный на дверь, дал мне понять, что Ирина Олеговна спрашивает не о том, справится ли она с работой, а о моём поручении обер-камергеру.
— Получится, — кивнул я. — Ну а если Лука Владимирович не справится с таким заданием, то он меня сильно разочарует.
— Что думаете насчёт ещё одного заместителя?
— Думаю, — я искренне улыбнулся, — мы сработаемся.
«Правда?», — Вязовая перешла на мыслеречь, которой, благодаря частому общению с Немировым, владела более чем уверено.
«Правда, — подтвердил я. — Мы, а точнее вы, Ирина Олеговна, будете сливать барону Умнову нужную нам информацию. И вообще, действуем по плану».
«Первый месяц не предпринимаем ничего нового, присматриваемся к остальным министрам и чиновникам, — перечислила Вязовая. — Собираем компромат и распутываем финансовые клубки».
«Всё верно, — я закончил изучать камин и направился к окну. — С вас, Ирина Олеговна, полная прозрачность всех финансовых схем, а с меня всё остальное».
Я не стал сообщать Вязовой, что Любов приставил ко мне тех дворцовых слуг, которые были свидетелем нашего с генералом Багратионом спора.
Сам обер-камергер Любов, два конюха, распорядитель приёмов и глава дворцовой стражи — я запомнил всех тех ребят, которые внимательно следили, чем закончится конфликт с Багратионом.
Камнев, Немиров и Степан уже получили свои задания, и это лишь вопрос времени, когда у меня появится список неблагонадёжных чинуш.
— Обустраивайтесь, Ирина Олеговна, — я, посчитав, что мы молчим подозрительно долго, перешёл с мыслеречи на вербальное общение. — И помните, с того момента, когда Любов принесёт бумаги, над вами будет лишь два начальника. Я и Его Высочество.