Мы то бежали, как угорелые, то замирали на месте, дожидаясь, пока пройдёт патруль, а то и вовсе ползли в попытке пересечь просматриваемый псами перекрёсток.
Не знаю, что нам помогло — удача или особая драконья магия, но мы сумели обойти все патрули песьголовых.
Вот только вместо того, чтобы свернуть в перекрытый стальной решёткой широкий коридор — наверняка ведущий в дворцовые подвалы! — мы взяли левее и, спустя ещё пять минут блужданий, оказались в каком-то тупичке.
— Всё, Макс, — Виш, явно красуясь, выцарапал когтем крестик, указывая, какая именно стена стоит между мной и сокровищницей. — Дальше дело за тобой.
«Что по псам?».
— Как только ты начнёшь, м-м-м, пробивать ход в сокровищницу, будь уверен, не пройдёт и минуты, как они будут здесь.
— Дамы, отойдите, — попросил я, давая волю кипящему внутри гневу.
Девчонки, помня, на что я способен, тут же бросились врассыпную, а я, позволив гневу окутать мой правый кулак ослепительно-белым огнём, вбил его в стену.
Гдадах!
Во все стороны брызнула каменная крошка, а я, чудом балансируя на грани осознанности и боевого транса, заработал кулаками со скоростью швейной машинки.
Стена, не выдержав моего напора, пошла трещинами, и на меня рухнула огромная каменная плита.
Боднув её головой и отбросив в сторону получившиеся половинки, я с удвоенной энергией принялся долбить стену.
Дах! Дах! Дах!
Здоровенные куски отлетали, словно мозаика, и я стремительно продвигался вперёд.
Гдадах!
Мой кулак, в очередной раз врезавшись в стену, обнажил матово-чёрную поверхность.
— Обсидиан! — крикнул Виш. — Макс, мы почти на месте!
Вот только, сколько я ни бил обсидиан, единственное, чего я добивался — это разбитые до крови костяшки. Не помогали ни гнев, ни окутавшее кулаки золотое свечение.
И только когда до меня дошло использовать кусок стены в качестве тарана, дело пошло на лад.
Мне хватило пяти ударов, чтобы обсидиан пошёл трещинами, и ещё семь, чтобы пробить дыру такого размера, куда смог бы протисунться я.
— Быстрее! — крикнул Виш. — Псы уже на подходе!
— Ко мне! — рыкнул я.
И, дождавшись, когда ко мне протиснется Клэр, запихнул её в получившуюся дыру. За ней последовала Эйрин, и только потом с трудом протиснулся я сам.
Из коридора доносились визгливые перерыкивания псов, дверь, ведущая в сокровищницу, дрогнула, готовая открыться в любой момент, но на моих губах играла победная улыбка.
Вокруг меня было не просто много золота, а ОЧЕНЬ много!
Глубоко вдохнув, я усилием воли притушил охвативший меня гнев и разом втянул в себя всю сокровищницу.
И, чувствуя, как меня накрывает золотая эйфория, прошептал:
— Пришёл черёд… сыграть по моим правилам!
Глава 11
Не знаю, сколько золота было в сокровищнице, но от охватившего меня экстаза, я чуть было не потерял сознание.
Если вспомнить мою собственную градацию, разработанную опытным путём в сокровищнице старого Монетного двора, я только что впитал в себя чуть меньше ста тонн.
— Во-первых, больше, — буркнул Виш. — Просто твой энергокаркас после огненного побоища стал крепче. А, во-вторых, не отвлекайся!
И действительно, в пробитой мной дыре уже показалась оскаленная морда песьеголового. Он что-то грозно рыкнул и попытался уколоть меня копьём.
Я же, с лёгкостью перехватив и вырвав его зубочистку из его рук, выдохнул в него огнём.
Пёс сгорел за какие-то доли секунды, а волна пламени с жадностью рванула дальше.
Учитывая, что катакомбы и подземная канализация города была набита песьеголовыми, я не стал жадничать и влил в огненное плетение около десяти тонн золота.
Волна огня прокатилась по всем тоннелям, коридорам и закуткам, а я прямо-таки физически ощутил, как созданное мной Пламя жадно выискивает песьеголовых и радостно их пожирает.
Причём некроманты и шаманы ценились Пламенем в несколько раз больше, отчего оно в нескольких местах вырвалось на поверхность, чтобы слизнуть особо вкусных псов.
Казалось, ещё немного, и Пламя обретёт сознание, и начнёт пожирать не только песьеголовых, но и всех подряд, не делая исключения между людьми и псами.
— Хватит, Макс! — одёрнул меня Виш. — Или ты хочешь выжечь эту планету дотла? Пламя ненасытно, и одним городом дело не ограничится. И ты уже не сможешь его контролировать.
Я нутром чувствовал, что Виш прав, и как бы мне ни хотелось избавиться от песьеголовых за один присест, я не хотел быть тем, кто выпустит в мир Клэр огненное ненастье.
Оборвав поток огня, я зарастил дыру каменным валуном и повернулся к девушкам.
На лице Эйрин явственно читался страх, а вот Клэр, в руках которой сверкала рапира, улыбалась.
— Ты справился с огненным демоном, Макс, — прошептала она, возвращая клинок в ножны. — Теперь всё будет хорошо.
От её слов на душе стало тепло-тепло, но я не позволил себе размякнуть.
— Это вы ещё не видели фон Штерна, — бросил я и, обогнув девушек, направился к стальной двери. — Держитесь за мной.
Моя напускная грубость и строгость были отчаянной попыткой скрыть свои чувства к Клэр, и со стороны это, наверное, смотрелось глупо.
Так или иначе, девушки молча последовали за мной — Эйрин с опаской, Клэр с абсолютным доверием.
Я же, дождавшись, когда дверь повторно вздрогнет, вбил в неё с десяток Золотых шипов, отсёк Золотым лезвием массивные плети и толкнул её от себя.
Признаться, в тот момент, когда дверь сокровищницы полетела вперёд, сжимая столпившихся за ней песьеголовых, я почувствовал себя Магнетто из Людей Икс.
Впрочем, долго упиваться своим могуществом мне не дали.
В хранилище тут же полетели полупрозрачные черепа, багровые капли крови и призванные духи.
Приняв яростную атаку псов на Золотой щит, я затопил коридор огнём и, щедро осыпал всё пространство перед собой Золотыми шипами.
— Справа от выхода из хранилища притаился некромант, — подсказал Виш.
Вряд ли бы он смог пробить мой Золотой щит, у которого была практически бесконечная подпитка, но ведь за мной шли девушки… Поэтому в угол полетели Огненное копьё и Огненный хлыст.
— Чисто, — кивнул Виш, и я вышел из хранилища.
Наверняка раньше здесь было красиво, по крайней мере, на это намекали закопчённые мраморные статуи львов и тёмные квадраты на стенах.
Увы, но огонь безжалостно уничтожал всё, оставляя за собой лишь чёрный пепел и белую сажу.
И, чем дальше я двигался, тем сильнее выцветал дворец, превращаясь из яркой картины красивой жизни в чёрно-белое фото былого могущества.
Вот только на этот раз, чувствуя на себе задумчивый взгляд Клэр, я не упивался своей силой. Просто делал свою работу, вычищая дворец от песьеголовых.
Изредка происходили стычки и с людьми, но мне не было их жаль — дворяне, продавшие свой народ песьголовым, не заслуживали ничего, кроме презрения.
К тому же с какого-то момента до местных дошло, что вставать у меня на пути бесполезно, и дальше я жёг исключительно псов.
Вообще, я думал, мы сразу же направимся в тронный зал или самую высокую башню дворца, уж не знаю, где меня будут ждать шаман, Линда и фон Штрены. Но Виш упрямо тащил меня от одного тайника к другому, где я впитывал в себя всё золото, до которого мог дотянуться.
Не сказать, что я удвоил свой золотой запас, но каждое кило золота дарило уверенность в своих силах.
Закончив с подвалом, мы планомерно зачистили первый и второй этажи, после чего, наконец, пришёл черёд тронного зала.
Повинуясь моей воле, двухстворчатые двери рассы́пались пеплом, и моему взгляду открылась любопытная картина.
На троне с идеально прямой спиной сидела Линда, справа от неё переступал с ноги на ногу принявший демоническую форму Ландер, а слева, сжимая в руках серебряную цепь, стояла Ленчи.
Остальной зал был усеян высушенными телами песьеголовых, среди которых были и некроманты, и даже шаманы.
— Однако! — присвистнул Виш. — Линда осмелилась выступить против своих хозяев?
Действительно, из того, что я увидел, складывалось впечатление, что Линда, воспользовавшись моментом, ударила псам в спину.
«Предлагаешь с ней пообщаться?», — спросил я Виша, между делом обновляя защиту девушек.
И если на Эйрин я наложил Золотой щит, то Клэр окутал Золотым доспехом. Причём получилось это машинально, зато сразу становилось понятно, кому я оказываю больше внимания.
— Ну а что мы теряем? — взмахнул крылом Виш. — Даже если она тянет время, нам на это плевать. Ни один шаман не сможет с нами справиться.
«Согласен».
И я, напомнив девушкам, чтобы они держались за мной, шагнул в тронный зал.
— Признаю́, — Линда говорила вроде негромко, но её голос с лёгкостью разливался по всему залу. — Я недооценила тебя, Макс.
— А я недооценил человеческую глупость и жадность, — в тон ей ответил я. — Подумать только, предать свой народ, двадцать лет проторчать в другом мире, и всё ради чего?
— Тебе не понять, — снисходительно улыбнулась Линда. — Ты человек Силы. А я — человек Власти.
— Давай обойдёмся без прелюдий, — поморщился я. — Чего ты хочешь?
— Чего я хочу? — демонстративно удивилась Линда. — Это ты ко мне пришёл.
— Понятно, — протянул я, окутываясь огнём, — делового разговора не получится.
— Постой! — поморщилась Линда. — Я хочу… вернуться.
— Исключено, — покачал головой я. — Ты поставила свои интересы выше интересов Империи. Отравила Императора и предала страну в момент объявления войны. Более того, ты же всё это и организовала.
— Мы что-нибудь придумаем, — отмахнулась Линда. — К тому же, зная твою… любвеобильность, вряд ли ты откажешься жениться на мне и стать Императором.
— Так просто? — усмехнулся я.
— Так просто, — подтвердила Линда. — Сенат заткнём, а самых непонятливых дворян отправим на войну с Англией.
— А как же народ? — полюбопытствовал я.
— Плевать на чернь, — отмахнулась Линда. — Соглашайся, Макс, к тому же, очень скоро ты станешь свободным человеком.