Видимо, мы разрушили Хрустальный мост слишком поздно, и бОльшая часть шаманов успела оказаться в кастурме. Ну и, конечно же, они избежали участи обычных легионеров, которые в буквальном смысле сыпались с небес на землю.
Я, опьянённый эйфорией, отпустил ситуацию из-под контроля, и шаманы песьеголовых, при поддержке некромантов, начали тянуть одеяло на себя.
Первым делом каструм окружила Кровавая сфера, затем начали появляться алые гексаграммы, а следом накатила дикая смесь тоски, безысходности и тревоги.
И вот тут-то я понял, что Виш не шутил насчёт создания кровавого портала. Да, требовалось уйма жертвенной крови, но как раз таки с этим проблем у шаманов не было.
И хоть Алмазный обелиск и перестал функционировать, влившись в мой Золотой обелиск, но попавшие в этот мир шаманы и сами могли выступать в роли маяка для своих иномирных коллег.
В общем, появление ещё одного портала — было делом времени.
Нашим же, учитывая, что творилось в Колизее, было не до этого.
Да, мне удалось разрушить Хрустальный мост, и множество песьеголовых банально не дошли, или, лучше сказать, не долетели до нашего мира, но тех, кто успел пройти через постоянно открываемые шаманами порталы, оказалось слишком много.
Да ещё и вновь прибывшие некроманты начали поднимать даже не десятки, а сотни павших воинов, не делая разницы между людьми и песьеголовыми.
Так, на моих глазах один из гвардейцев Демидова поймал глазом зачарованный дротик и опрокинулся навзничь. Но спустя два удара сердца неуклюже поднялся и вцепился в лицо своему товарищу.
На арене, в каменном лабиринте и на трибунах то и дело появлялись скелеты, зомби и даже какие-то тошнотворные кадавры.
Рядовой состав экспедиционного корпуса песьеголовых прекрасно понимал, что без портала они обречены и сражались словно загнанные в угол крысы, выигрывая тем самым время для своих шаманов.
Даже умирая псы старались утащить в могилу кого-нибуть из наших воинов, а некоторые, судя по тому, как резко усыхала их аура, сознательно приносили себя в жертву.
Звенели клинки, лилась кровь, визгливое рычание псов перекрывал рёв наших Воинов и свист боевой магии…
Отряды ТМГ бились с псами в лабиринте, расставленная на трибунах гвардия целенаправленно выбивала нежить и офицеров песьеголовых, наши Инженеры и Маги старались подавить некромантов, а призрачная фигура Камнева сражалась с огромными полупрозрачными волками.
Песок арены пропитался кровью и даже начал… пульсировать?
В общем, со стороны казалось, что идёт дикая бойня всех против всех.
Вот только я отлично видел, как Яков раз за разом пытается организовать контратаку, а командиры псов всеми силами не дают ему это сделать.
За телегами недостроенного каструма камлали уцелевшие шаманы, и командование легиона щедро меняло жизни рядовых легионеров на требуемое для ритуала время.
Яков не знал того, что знаю я, но интуитивно чувствовал — кастурм необходимо уничтожить. На моих глазах на лагерь песьеголовых дважды обрушивалась высокоранговая магия, но каждый раз чёртова Кровавая сфера надёжно блокировала все атаки.
Казалось бы, всё просто — нужно уничтожить сначала шаманов песьеголовых, затем некромантов, а потом уже добить рядовых легионеров. Вот только даже магия Золота не могла пробить поднятую шаманами защиту.
И это я молчу про пропитанный кровью песок!
Я печёнкой чуял, что ритуал шаманов не принесёт ничего хорошего, но все мои Огненные шары и Золотые копья никак не могли сокрушить Кровавую сферу каструма.
К тому же, несколько шаманов, разобравшись, кто именно спутал им все карты, бросили все свои силы на уничтожение меня любимого.
Багрово-красные капли крови, ментальные атаки, проклятья и атаки духов постоянно оттягивали на себя моё внимание, не давая мне сфокусироваться на нейтрализации кровавого ритуала.
Вот только в какой-то момент, несмотря на творящийся на арене тактический хаос, на поле боя воцарился стратегический баланс.
Легионеры пытались пробиться на трибуны, но гвардия им этого не давала…
Некроманты поднимали низкоранговую нежить и тошнотворных кадавров, наподобие костяных гончих, но наши Маги оперативно дробили нежити ноги и головы…
Шаманы то и дело насылали на гвардейцев проклятья и дебафы, но ауры Александра защищали наших Воинов…
Наших, мало того что было меньше, так ещё и псов приходилось убивать чуть ли не трижды!
Сначала нужно было убить нечеловечески сильного и быстрого песьеголового, затем, как только он падал, некромант тут же поднимал его в виде нежити, а когда Маги лишали умертвие подвижности, несколько поднятых трупов с влажным треском сливались, превращаясь в костяное чудовище.
Единственное, почему мы всё ещё держались — высокий средний ранг Императорской гвардии.
Рядовой легионер песьеголовых был в несколько раз сильнее обычного солдата, но высокоранговые одарённые Воины были на голову выше даже элитных легионеров.
Но в этой нашей силе крылась и слабость. Каждый убитый Воин, Маг или Инженер шёл на вес золота.
И даже несмотря на то, что мы вроде как побеждали, мне было настолько тревожно, что я не мог найти себе места.
Клинки легионеров не могли пробить мой Золотой доспех, как, впрочем, и когти поднятой нежити. Проклятья шаманов сгорали в моей ауре и даже призрачные черепа, которыми меня пытались достать некроманты, при столкновении с Огненным щитом, рассыпа́лись прахом.
Да, на поддержание такой защиты уходило гигантское количество золота, но мёртвым деньги не нужны.
И чем дольше шла битва, тем тревожней было на душе.
Казалось бы, чего тут думать? Нужно пробить Кровавую сферу, ворваться в каструм и прервать ритуал. Но… я физически не мог перестать защищаться и, что самое главное, прикрывать своих.
Каждый мой Золотой шип, окутанный огнём, спасал чью-то жизнь, каждое моё Огненное копьё сжигало костяную гончую, каждое моё атакующее плетение заставляло некромантов отвлечься от безостановочного поднимания нежити.
Я интуитивно понимал, что стоит мне остановиться, как шаманы нанесут ответный удар.
Как будто каждый убитый пёс и сожжённый кадавр лишали их частички силы, и именно этой малости и не хватало для завершения ритуала.
Впрочем, учитывая, что Виш молча следил за схваткой, никак не комментируя мои действия, я всё делал правильно.
По крайней мере, гексаграммы хоть и заполняли арену, но им как будто не хватало энергии. Учитывая, что в качестве энергии выступала кровь, я физически не мог перестать сражаться.
Каждый сожжённый легионер лишал шаманов так необходимой им крови, и в этом мне сильно помогали ифриты.
Псы не могли закрыть глаза на появление огненных духов и тратили силы и внимание на то, чтобы изгнать ифритов на огненный план.
В общем, по моим субъективным ощущениям, мы зависли в невидимом балансе, и достаточно было легчайшей пушинки, чтобы сместить баланс боя.
Я рассчитывал, что этой пушинкой станет Камнев, но призванные шаманами духи волков заставили Воина уйти в глухую оборону. И что-то мне подсказывало, что если бы не Узы стаи и помощь саламандры, Дмитрию пришло бы туго.
Помимо Камнева, я надеялся на Шуйского, на Степана и даже Людвига, но время шло, а никто не спешил нам на помощь.
Я понимал, что скорей всего дело в организованном англичанами восстании — последний шанс одолеть Российскую Империю в бесчестной схватке — но в душе теплилась надежда.
Нам не помешала пятёрка Ликвидаторов во главе с Анной и Василием! Или несколько дежурных отрядов Огненной стражи! Или даже дюжина армейских магов, присланных Багратионом…
Увы, время шло, но ничего не менялось.
Каждый раз, когда казалось, что мы вот-вот подавим натиск песьеголовых, некроманты поднимали кадавров, а шаманы — песчаных големов с кровавой аурой.
Нашим приходилось уходить в глухую оборону, и противник тут же занимал несколько ключевых точек в Лабиринте, за которые спустя несколько минут разворачивалась горячая схватка.
И не видно конца и края этой войне…
По моим ощущениям, преимущество было на нашей стороне — псов, несмотря на все старания шаманов и некромантов, становилось всё меньше. Но и гвардейцы уже уставали, выжимая из себя всё до капли.
Не спасали ни ауры Императора, ни полученные от Стелы достижения, ни зелья восстановления.
Но всё же, всё шло к тому, что ещё час-два, и мы задушим остатки легиона!
Вот только затаившаяся под сердцем тревога шептала — эти два-три часа нужно ещё продержаться…
Шаманы пускали в ход каждую капельку крови и, не считаясь с потерями, упорно камлали над своим ритуалом.
И если бы им не приходилось тратить силу на поддержание Кровавой сферы, поднятие песчаных големов и обращение легионеров в кровожадных оборотней, на месте каструма уже появился бы кровавый портал.
К счастью, они, как и я, должны были участвовать в этом бесконечном забеге, распыляя силы на множество направлений.
Обе стороны пошли ва-банк, и исход затянувшегося противостояния зависел от того, кто первый допустит ошибку.
И это оказались мы.
— В атаку!
Не знаю, откуда Арина взяла коня, скорей всего из подземной конюшни Колизея, но её появление было максимально эффектным.
Вороной скакун, вылетев из лабиринта, смел троих легионеров и понёс свою наездницу к каструму.
За Ариной тут же устремились три дворянских пятёрки ТМГ, расходясь клином и расширяя организованный амазонкой прорыв.
Казалось, вот оно — та самая пылинка, которая склонит чашу весов на нашу сторону, но нет.
Стоило Арине и её воспитанникам оказаться между лабиринтом и каструмом, как из песка поднялись два четырёхметровых голема, надёжно перекрывая путь к отступлению.
Легионеры, которые ещё секунду назад пятились под натиском амазонки, наоборот, рванули вперёд, не считаясь с потерями.
Мои руки замелькали словно молнии, посылая десятки