21
Парусник, слегка клонясь на правый борт, легко скользил по сверкающей под солнечными лучами зеленовато-голубой поверхности моря — как оказалось, ходовые качества этой деревянной посудины значительно превосходили сомнительную красоту и изящество ее внешнего вида.
Читра в очередной раз осмотрел через бинокль видневшиеся на горизонте острова и, бочком присев на узенький планшир невысокого фальшборта, обратился к русским парням, старавшимся в течение всего времени путешествия не отходить далеко от спрятанных лодки и автоматов.
— Я думаю, нам надо подойти к их острову сразу перед сумерками, осмотреться, а потом демонстративно вроде бы пройти мимо — мол, идем по своим делам, а ваши нас совсем не касаются, да и остров ваш нам совсем не интересен. А ночью вы на веслах пойдете к острову, а уж там — все будет в руках Аллаха! Думаю, он поможет вам…
— Аллах акбар, — уважительно поклонился рыбаку Лагодич и серьезно, без тени улыбки добавил: — Нам бы тоже хотелось на это надеяться, уважаемый Читра!
— Акбар-то акбар, — озабоченно проворчал Никонов, пристально рассматривавший в этот момент появившуюся вдали и быстро растущую какую-то точку, очень напоминавшую быстроходный катер. — Люди с оружием… Уж не по нашу ли душу, а, Серега?
Сержант быстро повернулся к Читре и с помощью знаков и Сергея предложил план действий:
— Если это пираты — а чует мое сердце, что именно они, милые, — то вы, уважаемый, вместе с экипажем — не при делах! Мол, неизвестные туристы наняли вас вместе со шхуной рыбку половить, на экзотику посмотреть. Если события начнут развиваться как-то уж совсем нехорошо, то валите все на нас! Мол, эти наглые гады с оружием заставили нас плыть в эти воды, а вы и понятия не имеете ни о пиратах, ни об острове, ясно? Кто мы и что — тоже не знаете. Туристы из Европы — и все! Попробуйте сначала с ними договориться, а если нет… предупреждаю сразу — мы будем стрелять и попробуем уйти. При любом раскладе вы должны уцелеть, понимаете? Ругайте, проклинайте коварных наглецов и бандитов, обманувших вас, — все, что угодно! Поймите, Читра, мы не имеем права вас под пули подставлять…
— Я все понял, брат! — кивнул Читра, посматривая в сторону приближавшегося катера, на котором уже можно было рассмотреть несколько человек с оружием. — Странно, обычно они так себя не ведут. Похоже, парень, намерения у них серьезные, могут досмотреть…
— Да и черт с ними! Помни главное — если что, при первом же выстреле падай со своими людьми на пол… тьфу, то есть на палубу!
Катер с пятью пиратами на борту заложил крутой вираж, обдавая шхуну крутой волной, сбавил обороты и, сыто рокоча мощным мотором, на малом ходу пошел почти борт в борт с парусником. Предводитель группы бандитов вполне миролюбиво помахал пистолетом и громко, перекрывая шум двух моторов, с улыбкой поинтересовался у Читры:
— Далеко ли собрался, уважаемый?
— Да вот, туристы зафрахтовали на пару дней порыбачить да местные красоты посмотреть!
— Хорошо заплатили, а?
— Расценки обычные, — пожал плечами Читра, — все больше, чем на обычной рыбалке заработать можно.
Пока капитан шхуны разговаривал с вожаком пиратов, Никонов и Лагодич старательно делали вид, что возятся с сетями, готовятся к рыбалке и все эти переговоры местных рыбаков и гангстеров их абсолютно не касаются. Сержант из-под широких полей панамы незаметно поглядывал на пиратов, а руками небрежно перебирал серые вальки спутанных старых сетей, под которыми до поры был спрятан его автомат. Между тем катер аккуратно притерся бортом к деревянной обшивке шхуны, и вожак легко перепрыгнул на палубу парусника.
— Салам, Читра! — На лице бандита широкая улыбка быстро сменилась жесткой маской холодного презрения. — Туристы, говоришь? А мне верные люди другое шепнули…
Пират подошел к возившемуся с грудой сетей Никонову, несколько секунд молча смотрел на европейца сверху вниз, затем приставил к голове сержанта пистолет и вкрадчиво спросил:
— Ты кто парень, а?
— Ай донт андерстенд, майн герр… Ай эм дойчер, фром Дойчланд, ферштеен?
— А ты? Тоже не понимаешь по-английски? — Бандит перевел ствол пистолета на Лагодича.
— О, я понимаю, господин! Извините моего друга — он из Германии, а я из Австралии, я все понимаю, господин. Мы туристы! Рыбалка, пальмы, экзотика! Здесь все чудесно! Если мы что-то сделали не так, то просим нас великодушно извинить!
— Извинения принимаются! Что еще взять с бедных… русских туристов… — пират довольно улыбнулся и, уже не скрывая издевки, спросил: — Только вот я слышал от верных людей, что туристы вы несколько своеобразные… Не на круизных лайнерах путешествуете, а на военных эсминцах. Ну, ладно, ребятки, вас я пристрелю чуть позже, а пока у меня есть парочка вопросов к капитану этого грязного корыта. Что ж ты, собака, единоверцев обманываешь, а? Нехорошо, дорогой…
По знаку вожака с катера на шхуну перепрыгнули еще двое бандитов, сразу схватившие Читру за руки и подсечкой свалившие капитана на колени. Главарь с хищной усмешкой вынул из ножен широкий длинный нож и, поигрывая блестящим лезвием, подошел к угрюмо молчавшему индонезийцу.
— Я не стану пытать тебя, Читра, у меня нет на это времени. Я просто отрежу тебе голову и пошлю ее твоему сыну и остальным жителям деревни, чтобы они не забывали, кто в этих краях хозяин! Эй, держите-ка его покрепче…
Тут-то и ударил хлесткой короткой очередью «АКС-74М», до этой секунды благоразумно скрывавшийся под старой сетью, а теперь радостно дергавшийся в руках сержанта Никонова, первой же очередью срезавшего вожака с занесенным для удара ножом, а второй — одного из его помощников, не успевшего даже выхватить свой пистолет, небрежно засунутый за пояс брюк. Третий бандит проявил недюжинную сноровку и, отпрыгнув в сторону при первом же выстреле, сдернул с плеча короткоствольный автомат и попытался выстрелить в белых туристов, которых их уже покойный вожак явно недооценил! Но тут слева метнулся Лагодич, мгновенно прикинувший, что снять свой «АКС» с предохранителя и передернуть затвор он просто не успеет, и в один длинный, красивый, как на занятиях по рукопашному бою, выпад достал бандита широким штык-ножом, примкнутым к стволу. Пират как-то странно хакнул, упал ничком, скрючился и затих. Два бандита, остававшиеся все это время в катере, на несколько долей секунды впали в ступор при виде автоматов, неведомо откуда взявшихся в руках «безобидных туристов», которые с непостижимой быстротой и безжалостностью уничтожили их вожака и товарищей. Этих долей секунды вполне хватило Лагодичу для того, чтобы дослать патрон в ствол и прицельно снять пулей еще одного из бандитов. А вот второй из уцелевших неожиданно выказал завидную прыть. Понимая, что следующая пуля неизбежно настигнет и его, пират бросился к штурвалу катера и до упора выжал рукоятку управления оборотами двигателя.
— Уйдет ведь, гад!! — заорал сержант, передергивая затвор и выцеливая чуть ли не на дыбы вставший катер бандитов.
Но тут неожиданно пришла помощь со стороны хозяев шхуны: Читра точным и сильным броском швырнул в пиратский катер полупустую канистру с горючим; следом полетел горящий сине-оранжевым огнем факел. Катер мгновенно окутался огненным облаком, в котором с диким криком заметался последний бандит… и тут же рвануло еще раз, да так, что катер просто разнесло на множество мелких кусочков и обломков обшивки — вероятно, у пиратов были на борту немалые запасы гранат и бензина…
Никонов, дымя сигаретой и не выпуская из рук автомата, присел на корточки рядом с убитым вожаком бандитов, всмотрелся в спокойное, уже давно мертвое лицо, потом перевел взгляд на Лагодича, с преувеличенной тщательностью стиравшего со штык-ножа следы чужой крови. От сержанта не укрылось, что пальцы рук Сергея заметно подрагивают, а на лице застыли какая-то нехорошая бледность и сосредоточенность.
— Серега! Все нормально… — Друг в ответ только кивнул, не поднимая головы. — Это просто бандиты. Бандиты и убийцы, которые пять минут назад собирались всех нас прирезать как баранов. Читра, а ты мужик! Как мяч в корзину — раз! Получай, фашист, гранату…
Читра озабоченно покачал головой и вопросительно повел рукой в сторону убитых пиратов: мол, с этими-то что делать будем?
— Всех в воду! — скомандовал Никонов. — А вам, мужики, надо сваливать отсюда. Дальше мы сами. Не дай бог эти уроды на острове прознают, что тут произошло с их корешами! Так что, Серега, давай «резинку» на воду, оружие и все остальное, а со шхуной надо прощаться. Мы и так уже мужиков подставили… Еще не хватало Али осиротить — на фига тогда я его спасал? Чтобы потом папашу его угробить? Не, так не пойдет! Как говаривали американские мафиози, «это наше дело!» Коза ностра, понимаешь… Читра, все — уходим мы! Спасибо, брат! А вы теперь дуйте отсюда подальше… И спасибо за все!
Лагодич перевел, и Читра согласно закивал. Потом рыбаки помогли снять со шхуны надувную лодку, и отец Али еще долго всматривался в удалявшихся к островам морских пехотинцев, потихоньку нашептывая пожелания удачи русским парням и через слово повторяя неизменное: «Аллах акбар!»
22
— Ну, что они там? — Ахмад, беспрестанно вытирая какой-то тряпкой разгоряченное мокрое лицо, нетерпеливо поглядывал через плечо сидевшего перед монитором Фарука на бегущие по экрану строчки. Черные буковки старательно поспевали за черточкой курсора, но перегнать его отчего-то никак не могли.
— Да как обычно… — не отрывая взгляда от монитора, хмыкнул «рыбак». — «Ваши требования будут удовлетворены, но нам нужно время, чтобы собрать такую огромную сумму в наличных… Если вы согласитесь на меньшую сумму, то это могло бы существенно ускорить процесс…» Конечно, время тянут, шакалы! А сами в это время нас пытаются вычислить…
— А если и вправду вычислят? — обеспокоился главарь и в очередной раз вытер пот.
— Это невозможно, друг мой! Мы же общаемся с ними не напрямую, а через хитренькую схемку-цепочку. Извини, но это долго объяснять, да и поймешь ты вряд ли… Не волнуйся, Ахмад, они нас никогда не найдут в этой грязной норке. — Фарук насмешливо повел рукой вокруг, едва не смахнув со стола с