– Им кто-то помогал? – спросил внимательно.
– Не знаю, – смутилась я. – Наверное. Меня не интересовали их методы. Только результат.
Боже, ну когда я перестану врать?!
– Телефончик агентства дашь? – наклонился ближе детектив. – Мне такие знакомства тоже не помешают.
– Дам. Но сначала спрошу разрешения.
Андрюша смял пустую картонную тару из-под сока, ловко, на баскетбольный манер, зашвырнул ее в мусорный бачок метров за пять от нас и, положив локти на стол, предложил:
– Давай о главном. Кого ты подозреваешь?
– Всех, – честно ответила я. – И никого конкретно.
– Почему всех, но никого конкретно?
– Возможность подсунуть мне сигареты, наркотик и отравить чай в термосе, как и прежде, была у многих. Но мотива, как и прежде, я не вижу ни у кого.
– Но по улице тебя ночью гонял мужчина.
– А если мой враг женщина, нанявшая исполнителя? – парировала я.
– В доме?
– Да, в доме. Так как отключить сигнализацию на калитке и заборе мог только свой. Да и собаки тоже… Они из чужих рук есть не будут.
– Их могла усыпить и запереть в вольере женщина, – подсказал Андрей. – И позже впустить информатора через калитку на реку.
– Да, но из лодки за мной выпрыгнул именно ротвейлер!
– Это могла быть собака преступника. Он привез ее с собой и оставил охранять лодку.
– Ночью? В камышах? Нет, это ерунда. Я об этом думала, собака, скорее всего, из наших была.
– Может быть, может быть, – пробормотал сыщик. – А ваши собаки считают тебя хозяйкой?
– Конечно нет! – фыркнула я. – Они со мной знакомы, никогда не рычат, но гладить и пытаться кормить мне их не рекомендовали.
– А кто лучше всех с ними знаком? Кого они слушаются?
– Кормит и ухаживает за псами один человек – кинолог Петя Борисов. Но слушаться они должны всех охранников, ребята с ними территорию обходят.
– А насколько они этим ребятам послушны?
– Достаточно, чтобы идти рядом на поводке и исполнять команды «фу» и «фас». Но я как-то видела – к нам, или, точнее, к охранникам, приезжал их бывший коллега. Парень, что уволился несколько недель назад. Так вот, Борисов сказал собакам… не «фас», не «взять»… а что же он сказал?.. Кажется, «чужой». Пес оскалил зубы и не спускал с посетителя глаз, пока тот не покинул усадьбу.
– Серьезная дрессура, – кивнул Андрей. – Собачки все чужие запахи помнят. Так что бывший охранник с ними вряд ли справился…
– Да, – твердо сказала я. – Это был кто-то свой.
– Или собака была чужая, но так же, как и ваши псы, хорошо обученная. Ни разу не тявкнула из камышей. Ты вот что, поговори с этим Петей Борисовым. Узнай, как вели себя собаки сегодня утром? И не было ли у одной из них грязных лап?
– Мой преследователь мог и не пустить собаку по следу к ручью. Он мог сказать ей «сидеть» и один полезть в болото. Что-то я не слышала, чтобы он ротвейлера из трясины вытаскивал… А если бы собак усыпили, об этом мне бы сказал еще Дима Ремизов. Но, по его словам, сразу после фильма они пошли на обход…
– Не дает мне покоя этот фильм, – задумчиво протянул Андрюша. – Твоего Ремизова мы, конечно, отправим на анализы, но… В его крови могут ничего не обнаружить, так же как в случае с тобой и отравленной сигаретой. Против тебя работали хорошие специалисты, знатоки своего дела, у них могли быть новейшие разработки психотропных веществ, кои расщепляются в организме бесследно…
– Но у информатора должны были их забрать! Он встречался с человеком из бригады сценариста! Тот погиб уже на обратной дороге.
– А ты уверена? Что препараты для твоей, прости, обработки он вернул полностью?
– Нет, – обескураженно ответила я.
– То-то и оно. Информатор мог вообще ничего не отдавать. Сказать – пропали. Исчезли. Собачки сгрызли. Или потребовать оставить ему препараты в качестве оплаты за «упущенную выгоду»… А среди тех препаратов вполне мог затеряться еще и некий хитрый диск с фильмом…
– Пресловутый «двадцать пятый кадр»? Но, Андрей, это же выдумки!
– Не скажи, Софья, не скажи. Сам я в это не очень верю, но говорят что-то подобное все же существует. Музыка, гипноз… Ты же рассказывала: по словам Ремизова, он очнулся в самом конце фильма, как по команде. Так?
– Так.
– И вот. Что у нас получается. На диске была записана некая команда…
– Подожди. А если бы ребята поставили фильм часов в двенадцать? А я еще не уснула?
– Думаю, твой противник хорошо знал привычки этой смены, знал, что они сначала посмотрят футбольный матч, закончившийся поздней ночью. А чаем в термосе еще и подстраховался…
– Но откуда он вообще узнал, что парни в отключке?!
– А я бы на его месте засадил жучок в каптерку. И как только охрана застыла с остекленевшими глазами – вперед.
– А если бы не было футбола?! Если бы ребята не побежали на кухню за чаем?!
– Он бы ждал, Софья. Просто ждал. Другого удобного случая. Ведь именно в тот день ты начала запирать свой дом, так?
– Да.
– Я думаю, ему повезло, он просто воспользовался удобным стечением обстоятельств – футбол, фанаты и так далее. – Я уныло покивала, и Андрей приободрил загрустившую подругу ласковым похлопыванием по руке: – Не куксись. Прорвемся. Давай двигаться дальше по цепочке событий и сопоставлять факты и возможности. Авось чего и выловим.
– Давай, – согласилась я и подумала: а не стоит ли заказать еще кофе? Для полоскания мозгов, так сказать.
Но пожалела желудок. Подняла вверх измученную голову, полюбовалась пятнистым матерчатым потолком тента с надписью «Пиво «Балтика» и шумно выдохнула:
– Ох и устала. Интересно, как чувствует себя наш гад? Поди тоже умаялся бедолага…
– Ты его еще пожалей, – хмыкнул детектив. – Молоко за вредность выпиши. Давай рассказывай, чего о снимках думаешь.
Я поделилась своими рассуждениями с другом Андрюшей и попросила его взглянуть на ситуацию глазами мужчины. Андрюша взглянул всесторонне и нашел мои рассуждения оправданными.
– Пожалуй, ты права. Мужчине всегда в первую очередь приходит мысль, что женщина решает свои проблемы через постель. Тут он тебя, можно сказать, вычислил.
– Ага. И что обидно… свои проблемы я всегда решаю головой, но нате вам – попалась как идиотка!
– Ну-ну, – утешил друг, – не все так плохо. Вот приедет Туполев, поговорит с Мельниковым…
– Да не будет он теперь ни о чем разговаривать!! Подумает – я договорилась со своим любовником! Ведь доказательств – никаких!
– А если привезти ему агентов из Москвы?
«Ага, – уныло подумала я, – и полковника Огурцова из контрразведки. Очень полезно будет Назару Савельевичу узнать, что его жена на связи в спецслужбах. Как я это объясню?! Постукиваю потихоньку, да?!»
Но без объяснений Назар мне не поверит. Он не хуже Андрея учует несоответствия в рассказе, это потянет за собой прошлогоднюю историю со шпионажем, зацепит подставу с ДТП… Очень много интересного узнает о своей жене Назар Савельевич…
– Только хуже будет, – отмахнулась я. – Фальшивая Элька, резиновая кукла… Только хуже будет…
– То есть ты решила разводиться и ничего не доказывать?
Я отвернулась. Представить свою жизнь без Туполева уже невозможно. Я приросла к нему всей кожей.
– Если он категорически настроен на развод… тогда хуже уже ничего не будет. Я все ему расскажу, пусть с Мельниковыми воюет, – ему плевать, что Максимка исправился! – пусть информатора сам ищет… А пока, Андрей, пока я побарахтаюсь.
– Интересно, как? – сказал сыщик, закурил и откинулся на сиденье.
– Информатора надо выманить. Снова.
– Как? Он теперь, Соня, три раза отмерит, прежде чем один раз отрежет.
– Скоро приезжает Туполев. И тогда расследование пойдет в другом темпе. Мой муж будет проверять мои слова. Поверит – не поверит, но будет, я Туполева знаю.
– И тем не менее, Софья, – настойчиво втыкал детектив, – я считаю, что выманить информатора снова уже не получится. Один раз его пронесло – ты не разглядела в темноте лица нападавшего, второй раз может оказаться не таким удачным. Второй раз он не полезет, Софья.
– А это смотря, какой кусок мяса ему в ловушку положить. Если свежий, но скоропортящийся, то полезет.
– Ну-ну, – покачал головой мой друг. – А не боишься? Так вот тигра из кустов выманивать…
– Боюсь. Очень. Я даже хотела предложить тебе проехать ко мне домой в багажнике «ниссана»…
– Нет, Софья, постой, – перебил меня Андрей. – Это пустая затея.
– Почему? – выразительно подняла брови я.
– Потому что и в этом случае против тебя работает профессионал, кое-что понимающий в оперативной разработке объекта. То есть тебя. – Андрей в последний раз затянулся, затушил сигарету в пепельнице и, посмотрев на меня сурово, сказал: – Знаешь, как бы я действовал на его месте?
– Как? – очень заинтересованно спросила я, поскольку не будет лишним знать методы работы настоящего профи.
– Я бы на его месте как минимум поставил твой дом на прослушку. Уши погрел. Так как на месте информатора меня бы сейчас очень волновал вопрос: почему ты встретила меня не в ночной рубашке, вся заспанная, а встала за спиной с колотушкой и шокером в спортивном костюме? Готовая и злая.
– Это ерунда, Андрей, – отмахнулась я. – Глупая баба собственной тени боится, спит одетая с шокером под подушкой. Ведь кто-то же навещает мой дом незаметно, наркотики в багаж подкладывает и так далее… Я уже вся комок нервов.
– И все равно, – настаивал Андрей. – Он насторожен и в недоумении. Когда он проник в твой дом, ты спала. И вдруг за спиной с колотушкой в руках.
– Проснулась. Сон чуткий.
– Софья, – с укором вздохнул детектив, – ты меня послушать хочешь или спорить будем?
– Слушаю. Давай.
– Даю, – серьезно кивнул Андрюша. – В твоем доме, как я думаю, стоят микрофоны или даже видеонаблюдение. Причем хочу сразу оговориться – вчера «зарядки» в твоем доме еще не было. Иначе твой информатор увидел бы, что ты не спишь, а бегаешь по дому, проверяя окна и двери, и готовишься к его приходу.