– Почему? Ведь общее благосостояние наверняка вырастет?
Казанцев лишь усмехнулся.
– Дивиденды получат первые, как и всегда. А высвободившиеся человеческие ресурсы приведут не к развитию искусств и самовыражению человека, как, может быть, кто-то надеется, а к всплеску уличной преступности и дальнейшему расслоению общества, хотя, казалось бы, куда уж больше? Фишка в том, что люди должны быть чем-то заняты, иначе они разобьют окружающую их действительность вдребезги!
– А твои боссы планируют хоть как-то заняться этим вопросом?
– Конечно, чем бы ни закончилось противостояние. Людей вновь направят за пределы нашей планеты. Наверняка будут жертвы, но они будут и на Земле. Думаю, что нас ждет глубокая космическая экспансия в сторону окраин Солнечной системы или что-то подобное!
– А что делать нам?
– Застолбить самые сладкие куски для себя, корпорации и страны. Перечисляю в порядке приоритета, так сказать… К сожалению, из-за беспорядков новые корабли и зародыши для баз запаздывают, поэтому курсантов и технический персонал мы разбросали по периферии, но заказанные прежде заводы уже на подходе. Думаю, что на волне проходящих в стране забастовок специалистов мы наберем, однако пока с этим проблемы. Нужно все делать на редкость аккуратно.
– Почему?
– Кто-то может заметить их исчезновение и сделать соответствующие выводы.
– К чему это может привести?
– Не знаю, аналитикой занимается другой человек. Сейчас моя главная задача – подтянуть материальные ресурсы и перевести базы нашего сектора на полное самообеспечение…
– Все базы? Включая даже Цереру? Ты получил повышение?
Казанцев удовлетворенно кивнул.
– Пока неофициальное. Уже начинаю искать людей, в том числе на предстоящие операции… Кстати, как там твой курсант поживает?
– Мой? Мне кажется, ты его забрал себе?
Начальник станции пожал плечами, виновато посмотрев на спутницу.
– Ты думаешь, что у меня есть время им заниматься?
Зинаида хмыкнула.
– Понятно. Судя по всему, он собирается свернуть себе шею. Представляешь, он взялся почистить все оставшиеся не разобранными в прошлом месяце сектора. Более того, он предлагает построить второй уровень защиты станции на основе его решений. Я сказала Федору и Кузьмичу, чтобы они оказывали ему услуги в режиме полного благоприятствования. Ты подтвердишь им мои слова?
– По первому вопросу – конечно. Пусть набивает себе шишки на дальних подступах к станции. Если серьезно не накосячит, я ему закрою все его работы. По второму – будет видно через месяц, но в любом случае нужна экспертиза… Откуда он, кстати, взял на все это деньги? Там ведь необходимо специализированное оборудование, а я ему пока на него ничего не выделял.
– Из премии за хлам с лайнера. Я настояла. Не хочу, чтобы мальчишка прокис на станции. Однако он, по-моему, спустил все до железки, хотя я так и не поняла, что парень приобрел…
– Там же копейки?! Что он на них может сделать?
– А я знаю? Между прочим, на эти гроши он основательно опустошил склады запчастей Цереры и станции.
Начальник станции неопределенно покачал головой.
– Пусть резвится, пока есть такая возможность. Что-то серьезное Кузьмич ему не выдаст, а всякую мелочевку завскладом и так восполняет с марсианских заводов в постоянном режиме.
– Что делать мне?
Казанцев отобрал у своей пассии коньячный бокал и одним глотком осушил его содержимое.
– Варвар!
Тот даже не отреагировал на шутливое замечание и серьезно заметил:
– Будь настороже. Строй своих девочек, восстанавливай истребители, готовься принимать пополнение, но всегда будь настороже! Я могу ошибаться, но мне кажется, что время «Ч» уже близко.
Из электронного дневника Дмитрия Васнецова:
Что-то меня начинает напрягать общение с кошкой. Она меня куда-то ведет и даже тащит, а я не понимаю, кто или что она такое…
Глава 8
Когда все крысы убежали,
Корабль перестал тонуть!
– Призрачно всё в этом мире бушующем…
Желание петь посетило Митьку давно.
Он часто бурчал себе что-то под нос, когда задумывался или выполнял несложную монотонную работу. Наверно, это было на генетическом уровне. Так делал его отец, когда спускался столярничать в мастерскую.
Обычно это происходило так: в голове всплывала какая-нибудь старая песня, цеплялась ему на язык и не отпускала, пока он ее не озвучивал голосом. Иногда Митька пускал в вычислителе музыкальное сопровождение, но происходило это достаточно редко – предпочитал фальшивить, но полагаться на память.
– …Ах ты, коробушка безмозглая!
Последние слова были, конечно, не из ретрорепертуара.
Небольшой робот-паучок, помогавший Митьке крепить растяжки, неосторожно попался ему под ногу и отлетел вверх, забавно кувыркаясь в невесомости.
Акробат поневоле подобрал ножки к брюшку и стал забавно вращать глазенками-радарами, определяя траекторию своего движения. Наконец, осознав, что его выносит в открытый космос, раздвинул свои челюсти и выстрелил квазиорганической нитью в сторону обломка астероида, только что уложенного на пол грузового отсека. «Плевок» надежно прилип к пойманному камешку, и паук стал перебирать жвалами, втягивая себя обратно в неподвижно парящий в безвоздушном пространстве челнок.
Митька улыбнулся инстинктам, заложенным разработчиками в робота, и продолжил пристегивать пойманного в астероидном поясе каменного скитальца к корпусу корабля.
Он был доволен. Его система уничтожения космического мусора доказала свое право на существование.
«Ура-а-а!»
Федор со своим технарями еще готовил партии искинов и беспилотников, но первая из них была уже успешно протестирована и выпущена на тестовый полигон. Сделано это было подальше от станции, где никакие проблемы с работой системы не могли получить огласку и никакие сбои не повлияли бы на безопасность секторов около оживленных космических трасс.
Занимался этим Митька. И тестировал он не только беспилотники, но и челнок. В нем тоже было что испытывать.
Помимо запланированного оборудования, на корабль дополнительно поставили всеволновой сканер. Новый модуль должен был уверенно определять состав исследуемых объектов на основе различных воздействий. По документации в нем использовались методы спектрального анализа, а также микроволновой, инфракрасной и радиоастрономии. Кроме удаленной диагностики, сканер мог проводить тесты объекта мобильным выносным комплексом почти в лабораторных условиях, но в принципе ничего особенного в нем не было. Достаточно старая модель, сейчас и не такие выпускали.
Сканер был получен от Кузьмича в качестве бонуса. Поначалу завскладом скептически отнесся к прожектам недоучившегося курсанта, но потом вместе с техниками неожиданно пришел к нему и предложил партнерство в обмен на долю в прибылях. Такой поступок было грех пропустить мимо себя, и Митька им воспользовался, предупредив о некоторых специфических условиях работы его фирмы. В подробности он не вдавался, но никто его и не пытал – спецы были калачи тертые и понимали все нюансы с полунамека. Более того, некоторые намеки их только воодушевляли.
Сошлись всего на трети от его части прибыли.
В результате фирма как была, так и осталась за ним, а новые партнеры свою долю выплатили не деньгами, а работой и оборудованием. Работы было немного, а оборудование было, судя по всему, бесхозное, тем не менее и то и другое с лихвой осуществило все Митькины мечты и оправдало его надежды.
Так, подержанные, но далеко не исчерпавшие свой ресурс водородные движки были взяты у Кузьмича за треть стоимости от новых, а Федор за бесценок подогнал снятые с обслуживания вычислители. Где они их взяли, Митька не интересовался, но количество и характеристики оборудования перекрывали увеличившееся число беспилотников с лихвой. В результате такого кульбита его авантюра с очисткой всех незадействованных секторов вокруг станции стала обрастать мясом, а у Митьки даже осталась пара тысяч, чтобы закрыть незапланированные им бреши.
На остальное можно было плюнуть. Какая разница, сколько он получит, если ощутимо приблизится к своей цели, а головную боль за работу искинов и беспилотников возьмут на себя технари? Главное, что дело сдвинулось! Ему лишь надо было отладить весь комплекс в действии, за что он с удовольствием и взялся.
Протестировав работу дронов, Митька перешел к челноку и попробовал на нем заарканить первый попавшийся ему металлический булыжник без крупных примесей редких элементов. Тот шел в потоке небольших обломков астероидов с самого края, а поскольку траектория его полета проходила по касательной к орбитам станции и Цереры и никак их не задевала, Митька решил потренироваться. Электростатический модуль он пока решил не использовать, чтобы проверить свои силы.
Метеороид достался Митьке непросто: с него семь потов сошло, пока тот не был надежно схвачен механической рукой и не затащен в отсек челнока. Проблема была, как и предупреждала кошка, в вестибулярном аппарате. Несмотря на то что синхронизация траекторий корабля и космического скитальца проходили в автоматическом режиме, Митька начал утрачивать представление о пространственном положении своего тела.
Внешний экран был отключен, сам он надежно прикреплен рамой безопасности к креслу, а головой старался не вертеть, но беспорядочное вращение челнока привело к тому, что его начало подташнивать. Отолиты – маленькие кристаллы кальция, которые располагаются у человека на волосковых рецепторных клетках внутреннего уха и отвечают за равновесие, в отсутствии гравитации и под воздействием сил вращения стали жить своей жизнью, и Митька почувствовал, почем фунт лиха. А ведь в училище он на свой вестибулярный аппарат не жаловался и постоянно проводил время на медицинских тренажерах.
Но затем организм приспособился, и он даже не потянулся к таблеткам, чтобы предупредить будущую тошноту. В принципе, в скафандре были предусмотрены разные способы защиты от рвотных масс, и они не должны были забить кислородные трубки или залепить космонавту рот и нос, тем не менее отрадного в них было мало.