Митька подлетел почти вплотную, но какое-то неясное чувство опасности ударило ему по нервам, и он дернул бот в сторону, резонно опасаясь нового нападения.
На вычислителе запоздало высветилось сообщение о резком электромагнитном всплеске, и на большом экране бота всплыла картинка удаляющегося вдаль небольшого булыжника массой примерно в пару тонн.
«Да чтоб вас всех разорвало от кишечной непроходимости!»
Судя по траектории, камень промчался всего в двадцати метрах от «Альфа-Ти».
А что было бы, если Митька не дернулся?
Такой выстрел мог быть произведен «масс-драйвером» – электромагнитной катапультой, кидающей в пространство куски астероида, чтобы придать ему самому импульс в нужном направлении. Подобная система обычно применялась, когда количество топлива не так важно, как количество энергии, в особенности если она ограничена. А еще у такого двигателя нет требований к рабочему телу (лишь бы магнитилось, хоть немного) и всегда есть возможность «подзаправиться» почти у любого встречного астероида.
Однако даже в таких благоприятных условиях ускорителю нужно хотя бы несколько сотен мегаватт электрической мощности, чтобы сравняться в удельном импульсе с ионным и плазменным двигателями. Кроме того, подобная система требует большого количества разнообразных машин, работающих на астероиде – нужна сама катапульта и роботы-шахтеры, добывающие «снаряды» и подгоняющие их под необходимые размеры. Да и ремонтировать весь этот парк техники кто-то тоже должен.
Тем не менее богатые арабские шейхи использовали именно такой подход для перегона астероидов-троянцев с орбиты Юпитера, ничуть не скупясь на дорогостоящие мелочи. Мол, подобные двигатели долгоживущие и вполне себя оправдывают.
Двигатели себя оправдали. Не справился с доставкой сложный добывающий комплекс, изготавливающий снаряды. Легче было нанять пару тысяч шахтеров с лопатами и кирками, чем обслуживать такую махину. Или хотя бы построить на месте фабрику для обогащения сырья. Не срослось, как говорится. Да и не в этом сейчас было дело. Помимо прояснения потенциального происхождения катапульты оставалась еще масса вопросов.
К примеру, что делает астероид здесь, если семейство Хильды в данный момент находится далеко в стороне? И почему он направляется точно на Весту? Что, арабские шейхи не только перестали считать деньги, но и резко поглупели, раз перегоняют астероид по такой сложной траектории? Вряд ли. Да и завязали они десять лет назад с подобной, постоянно ломающейся транспортировкой.
Митька вновь направил бот к истребителю, точнее в сторону медленно отдаляющегося от него скафандра. Надев ранец и в экстренном режиме пройдя все процедуры шлюзования, через несколько минут он уже втаскивал Диану в бот.
Она была жива, однако прыгать от большой радости Митька не стал. Внешний медицинский датчик на скафандре сигнализировал о том, что девушка в коме, и потому прогноз ее выздоровления был очень неопределенным. Запас воздуха у нее еще оставался, да и лекарства в аварийной аптечке не кончились, потому Митька решительно выбрал на скафандре повышенный режим жесткости и пристегнул ее в соседнем кресле. Вернувшись на место пилота, он направил сканеры на заднюю часть астероида и совсем по-детски погрозил ему кулаком. И тут же позеленел от ужаса. Словно в замедленной съемке, из глубокого кратера на него летел еще один камень. Лишь на инстинктах он дернул виртуальный рычаг ускорения, после чего перегрузка вжала его в кресло.
Очнулся он только в паре десятков километров в стороне от металлического гиганта, вытирая пот с лица.
«Сколько же там энергии, если у этой катапульты скорострельность как у автомата? И на кой ляд такому двигателю система целеуказания? А эти каменюки явно наводятся на цель!»
Сердце колотилось как сумасшедшее, а на экране вычислителя горело сообщение от аптечки о передозировке успокоительного и сигнал экстренного вызова. Машинально дав разрешение на соединение, он сначала замер, потом вздохнул и судорожно закашлялся.
На экране была новая напасть.
Его Анна.
Расширенные от удивления серые глаз девушки пристально наблюдали за его паническими гримасами. Вряд ли она не знала о том, что он пилотирует разведбот, но, судя по всему, его напуганная физиономия не располагала девушку к спокойствию. Тем не менее ее голос зазвучал достаточно ровно:
– «Альфа-Ти»! Господин Васнецов! Прошу уточнить наши дальнейшие действия. Диана не отвечает, срок ее возвращения вышел минуту назад, а точки маршрута, выставленные ею в пилотажном комплексе, подходят к концу. Мы, конечно, можем попробовать задать автоматический режим подхода к Весте, но специалистов у нас на борту нет, и бортовой компьютер вряд ли подпустит нас к управлению до истечения максимального срока отсутствия капитана на борту. А это, ни много ни мало, двое суток…
– На челноке… – Митька прокашлялся, убрав неожиданно вырвавшийся из горла фальцет. – Диана у меня на борту, но она в коме. Кажется, подверглась… Пока могу лишь сказать, что она оказалась на пути снаряда от электромагнитной катапульты, разгоняющей астероид. Выводы сделаю после высадки на его поверхность.
В канал связи влезла всклокоченная Степанида.
«Вернулась. Ну, конечно. Разве мамаша отпустит свою дочурку ему на съедение? Наверняка ей уже кто-то донес об их несостоявшихся отношениях».
– Дмитрий, ты чего? Что значит Диана в коме? Мы тут уже все глаза проглядели, ее ожидая, а ты…
Митька нервно вздохнул.
– То и значит. Ее истребитель разрушен, на месте двигателя месиво. На челноке есть медицинское оборудование?
– Ох, ё-мое, конечно… Наша медицинская капсула!
– Готовьте.
Оторопевшая Степанида была вытеснена на свое место, и на экране появилось серьезное лицо ее дочери.
– «Альфа-Ти», как временно принявшая командование челноком, уполномочиваю вас на удаленное управление нашим кораблем. Также прошу моего участия в высадке на астероид, в противном случае…
– Перебьешься.
Лицо Анны заледенело.
– Что?!
– Со мной пойдет Степанида. Свое командование ты скатай в трубочку и засунь… Сама найдешь куда.
– Господин Васнецов! Меня уполномочила вся команда и в соответствии с пунктом два точка три правил космических полетов…
– Вашу долбаную демократию засунь туда же! Это космос! Степанида!
– Да, командир!
– Возьмешь мокрую тряпку…
Степанида понимающе усмехнулась.
– …и отхлещешь ею по физиономии любого, кто посмеет против тебя пикнуть! После наведения порядка на борту надеваешь скафандр и готовишься к выходу! Вы в получасе лёта от астероида! Управление челноком я беру на себя! Всё!!!
Митька разозлился до такой степени, что планировал порвать любого, кто хоть взглядом захочет вмешаться в его планы.
Планы были донельзя простые.
Для начала он хотел узнать причину нападения на него и Диану. А потом отомстить. Он виноват, ему и исправлять. И если в этот момент будет мешаться под ногами его любимая девушка, возомнившая в данной ситуации о себе невесть что, то…
«Правильно говорила Степанида, еще та кровопийца. Шпарит параграфами, как… Наверное, правила эксплуатации малых космических судов изучила от корки до корки!»
Он отключил канал связи и процедил:
– Надо же! Она разрешила мне воспользоваться МОИМ челноком! Она требует от меня взять ее с собой на высадку!! Ну, ничего, кое-кому я пообломаю барственные замашки!.. Время, говоришь, лечит? Как же!.. Оно лишь сушит раны! И вот не надо в них ковыряться!!
Из электронного дневника Дмитрия Васнецова:
…
«Невозможно воспроизвести основную часть записи из-за наличия выражений, запрещенных к воспроизведению».
…
Глава 17
Говорят, что есть женщины, способные «дать» только по шее.
Стараясь не делать резких движений, чтобы случайно не улететь с поверхности мчащегося в пространстве огромного булыжника, Митька чуть подпрыгнул, поежился и увеличил обогрев скафандра. Не то чтобы температура внутри него как-то изменилась, просто в точке ожидания было слегка неуютно.
Яркие звезды, раскинувшиеся на полнеба, освещали даже теневую сторону астероида, но они не давали того тепла, что согревает человеческую душу. Близкий шарик Солнца, когда еще был в поле зрения, напоминал о доме и зеленой траве, а далекие светила лишь раздражали Митьку мыслями о бесконечности вселенной и бренности всего сущего. Это на Земле он любил ими любоваться, прогуливаясь по вечерам с прекрасной незнакомкой (или хотя бы мечтая о ее наличии), а в космосе холодный свет звезд быстро ему надоел.
На самом деле любые телодвижения на астероиде Митьке можно было совершать без всяких на то последствий. Улететь с поверхности без своего желания он никак не мог.
Тысячи мельчайших акселерометров на ранце реагировали даже на небольшую массу астероида, и по их команде микродвигатели не только прижимали скафандр к поверхности, но и поддерживали его в вертикальном положении. Так же работали и маневровые двигатели кораблей, приземлившихся (если можно так назвать посадку на астероид) на космическом страннике. Рабочее тело их двигательных установок даже при условии постоянной работы на удержание челнока и бота в определенном положении практически не тратилось, и такой способ «якорения» был гораздо экономичнее, чем работы по бурению и крепеж в скважинах механических зацепов.
Принцип работы каждого датчика-акселерометра был достаточно тривиальным и строился на регистрации и анализе ускорения в том или ином направлении. Отклонилась чувствительная пластина размером в нанометр от своего равновесного положения, заставила электронику подать небольшой ток для возвращения себя на место, вот вам и результат измерения. Конечно, искинам и мелким вычислителям приходилось учитывать разгон самого астероида в пространстве после очередного выстрела масс-драйвера, но кто спрашивал их мнение по этому поводу?