преследование. Он уже несколько часов находился в космосе, когда Совет получил всю информацию. И тут подтвердилось, что он действительно преследует агента X и все корабли обязаны его поддерживать.
Дэвид серьезно выслушал и сказал:
— Случайность, но ты ею хорошо воспользовался. Отличная работа.
Василевский улыбнулся. Члены Совета обычно избегают известности и славы, но одобрение со стороны другого члена Совета ценится высоко.
Старр сказал:
— Мы приближаемся. Пусть один из твоих кораблей установит со мной масс-контакт.
Он прервал связь, и его сильные красивые руки ласково коснулись приборов «Метеора» — самого быстрого космического корабля.
На «Метеоре» находились самые мощные протонные микрореакторы, какие только можно разместить на корабле такого размера; такие реакторы способны разогнать военный крейсер; эти реакторы почти позволяли совершить гиперпрыжок. На корабле были и ионные двигатели, которые устраняли эффект ускорения, действуя одновременно на все атомы корабля, в том числе и на атомы живых тел Старра и Верзилы. И даже аграв, недавно разработанный и все еще считающийся экспериментальным, тоже был, что давало возможность маневрировать вблизи самых крупных планет с их огромными полями тяготения.
И вот могучие двигатели «Метеора» ровно загудели, и Дэвид почувствовал легкое повышение тяжести, которое не компенсировалось ионными двигателями. Корабль все быстрее и быстрее устремлялся в дальние пределы Солнечной системы…
Но агент X находился впереди, и «Метеор» нагонял его слишком медленно. Когда позади остался пояс астероидов, Старр сказал:
— Похоже, дело плохо, Верзила.
Верзила удивленно посмотрел на него.
— Мы его возьмем, Счастливчик.
— Все дело в том, куда он направляется. Я был уверен, что на сирианский корабль, который способен совершить прыжок. Но такой корабль либо должен быть вне эклиптики, либо прятаться за поясом астероидов. Однако агент X остается в плоскости эклиптики и ушел за пределы пояса.
— Может, просто пытается сбить нас со следа, а потом отправится на встречу с кораблем.
— Может быть, — согласился Старр, — но, может быть, у сириан есть база на внешних планетах.
— Да ну! — Маленький марсианин рассмеялся. — Прямо у нас под носом?
— Иногда трудно увидеть что-то у себя под носом. Он движется прямо к Сатурну.
Верзила сверился с корабельным компьютером, который постоянно следил за курсом преследуемого. И сказал:
— Слушай, Счастливчик, этот подонок все еще на баллистическом курсе. Двадцать миллионов миль он не притрагивается к своим двигателям. Может, энергию истратил?
— А может, бережет ее для маневров в системе Сатурна. Там сильное поле тяготения. Надеюсь, что это так. Великая Галактика, надеюсь! — худое красивое лицо Дэвида стало серьезным, он плотно сжал губы.
Верзила удивленно смотрел на него.
— Пески Марса, Счастливчик, но почему?
— Потому что если в системе Сатурна есть база сирианцев, агент X должен привести нас к ней. У Сатурна один большой спутник, восемь спутников среднего размера и множество мелких. Агент X показал бы нам точно, где база.
Верзила нахмурился.
— Ну, он не так туп, чтобы вести нас туда…
— Или позволить нам догнать его… Верзила, рассчитай курс вперед, до пересечения с орбитой Сатурна.
Верзила послушался. Это была обычная для компьютера работа.
Старр сказал:
— Каково положение Сатурна в момент пересечения? Далеко ли будет Сатурн от корабля агента X?
Последовала небольшая пауза. Нужно было взять элементы орбиты Сатурна из «Эфемерид». Несколько секунд расчета, и Верзила в тревоге вскочил на ноги.
— Счастливчик! Пески Марса!
Дэвиду не потребовалось спрашивать о подробностях.
— Мне кажется, агент X решил не показывать нам, где расположена база. Если он продолжит свой баллистический курс, он ударится о Сатурн — а это верная смерть.
Глава 3Смерть в кольцах
Проходили часы, и сомнений не оставалось. Даже на кораблях-преследователях, далеко отставших от «Метеора», встревожились.
Василевский связался со Старром.
— Великий Космос, Счастливчик, — сказал он, — куда он нацелился?
— Похоже, прямо в Сатурн, — ответил Дэвид.
— Может, его там ждет корабль? Я знаю, у Сатурна тысячемильная атмосфера с давлением в миллионы тонн, и без аграва они не могут… Неужели у них есть аграв и защитные силовые поля?
— Думаю, он просто разобьется, чтобы мы его не схватили.
Василевский сухо заметил:
— Если ему так не терпится умереть, почему он не повернется к нам и не схватится, заставит нас его уничтожить и прихватит с собой парочку кораблей?
— Да, — согласился Старр, — или просто замкнет свои двигатели в сотнях миллионов миль от Сатурна? Меня беспокоит, что он таким образом привлекает наше внимание к Сатурну. — Он погрузился в задумчивость.
Василевский прервал тишину:
— Ты сможешь догнать его, Дэвид? Мы слишком далеко.
Верзила отозвался со своего места у приборов управления:
— Пески Марса, Бен, если мы увеличим ионную тягу, скорость не позволит нам маневрировать у Сатурна.
— Но сделайте что-нибудь!
— Великий Космос, вот это разумный приказ, — сказал Верзила. — И очень полезный. «Сделайте что-нибудь».
Старр ответил:
— Продолжайте движение, Бен. Я что-нибудь сделаю.
Он прервал связь и повернулся к Верзиле:
— Он ответил на наши сигналы, Верзила?
— Ни слова.
— Перестань пробовать и постарайся уловить его коммуникационный луч.
— Мне кажется, он им не пользуется.
— Может воспользоваться в последнюю минуту. Ему придется рискнуть, чтобы сказать хоть что-то. А мы тем временем отправимся к нему.
— Как?
— Выстрелим в него. Маленьким снарядом.
Наступила его очередь согнуться над компьютером. Поскольку «Сеть космоса» двигалась без ускорения, потребовались несложные расчеты, чтобы послать снаряд прямо в нее.
Старр подготовил снаряд. Он не предназначался для взрыва. Всего в четверть дюйма в диаметре, но протонный микрореактор швырнет его со скоростью пятьсот миль в секунду. Ничто не сможет уменьшить эту скорость, и снаряд пройдет сквозь корпус «Сети космоса», как сквозь масло.
Но Дэвид не думал, что это произойдет. Снаряд достаточно велик, чтобы быть зарегистрированным масс-детектором добычи. «Сеть космоса» автоматически изменит курс, чтобы избежать встречи, и это собьет ее с курса на Сатурн. Агенту х потребуется какое-то время, чтобы заново рассчитать курс и ввести поправки, и, возможно, «Метеор» успеет подойти и использовать свой магнитный захват.
Слабый шанс, может быть, ничтожно слабый. Но других возможных способов действия не было.
Старр коснулся контакта. Снаряд бесшумно устремился вперед, стрелка корабельного масс-детектора дрогнула, но быстро вернулась на место: снаряд улетел.
Дэвид откинулся в кресле. Потребуется два часа, чтобы снаряд вступил (или почти вступил) в контакт. Старру пришло в голову, что, возможно, агент X совершенно лишен энергии, что автоматы выработают поправки курса, а корабль не сможет их осуществить, снаряд пронзит корпус, корабль взорвется или, во всяком случае, не изменит своего курса на Сатурн.
Но он тут же отбросил эту мысль. Невозможно предположить, чтобы, направив корабль на столкновение, агент X полностью исчерпал все запасы энергии. Конечно, у него что-то осталось.
Медленно тянулись часы ожидания. Даже Гектор Конвей устал от чтения и непосредственно связался с кораблем.
— Но где, по твоему мнению, в системе Сатурна может находиться база? — с тревогой спросил он.
— Если она существует, — осторожно ответил Дэвид, — и если агент X действительно пытается увести нас от нее, я бы сказал, что наиболее вероятное место — Титан. Это единственный по-настоящему большой спутник Сатурна, он в три раза превышает Луну по массе и в два раза по площади. Если база Сириуса находится под поверхностью, прочесать весь Титан в поисках ее невозможно.
— Трудно поверить, что они на это решились. Это буквально начало военных действий.
— Может, и так, дядя Гектор, но ведь совсем недавно они пытались основать базу на Ганимеде.
Верзила резко воскликнул:
— Счастливчик, он включил двигатель!
Старр удивленно взглянул на него.
— Кто включил двигатель?
— «Сеть космоса». Этот сирианский подонок.
Дэвид торопливо сказал:
— Я свяжусь с вами позже, дядя Гектор, — и прервал связь. А Верзиле заметил: — Но он не должен двигаться. Наш снаряд он еще не может заметить.
— Посмотри сам. Говорю тебе, он включил двигатель.
Старр одним прыжком оказался у масс-детектора «Метеора». Прибор уже давно был постоянно нацелен на убегающую добычу. Корабль отражался на экране ярким пятном.
Но теперь пятно двинулось. Оно превратилось в короткую линию.
Дэвид напряженно сказал:
— Великая Галактика, конечно! Все обретает смысл. Как я мог думать, что он всего лишь избегает захвата? Верзила…
— Конечно, Счастливчик. Что? — Маленький марсианин был готов ко всему.
— Нас перехитрили. Нужно уничтожить его, если даже самим придется врезаться в Сатурн. — Впервые со дня установки дополнительных ионных двигателей на корабле Старр заставил их помогать основному двигателю. Корабль покачнулся: вся его энергия до последнего атома устремилась назад, а «Метеор», соответственно, — вперед.
Верзила с трудом перевел дыхание.
— Но в чем дело, Счастливчик?
— Он вовсе не к Сатурну направляется, Верзила. Просто использовал его поле тяготения, чтобы опередить нас. Теперь он выходит на орбиту вокруг Сатурна. Он направляется к кольцам. К кольцам Сатурна. — Лицо молодого члена Совета было напряжено. — Следи за его коммуникационным лучом, Верзила. Теперь он будет говорить. Теперь или никогда.
С участившимся сердцебиением Верзила склонился к анализатору волн, хотя никак не мог понять, почему мысль о кольцах Сатурна так встревожила Дэвида.