Но поездки в этом году ни в коем случае не были закончены. 4 августа мы находим
Лавкрафта и Джеймса Ф. Мортона в Баттонвудсе, Род-Айленд (район в городе Уорик); это
была часть трехдневной поездки последнего в поисках своих генеалогических корней. 23
августа Лавкрафт встретился в Бостоне с Куком и Эдвардом Х. Коулом; на следующий день
Лавкрафт в компании Кука отправился в Салем, а позже встретился в Лоренсе с Трайаутом
Смитом; на следующий день Коул отвез Лавкрафта к Марбльхед.
Но все это оказалось просто разминкой перед поездкой на сравнительно короткое
расстояние, давшей мощный творческий стимул. Остров Нантакет лежал всего в 90 милях
от порога дома Лавкрафта (шесть часов на автобусе и пароме), но он никогда не бывал
здесь до самого конца августа 1934 г. Вот какой мир ожившей старины ждал его:
Целые сплетения мощеных улиц с только колониальными домами по обеим сторонам -
узкие, окаймленные садиками переулки - древние колокольни - живописный портовый район
- все, что только мог пожелать любитель старины!... Я осмотрел старые здания,
ветряную мельницу 1746 г., Музей Ист. Об., музей китобоев и т.д. - и прошел каждый дюйм
старинных улочек и переулков пешком.
Но во время своего недельного (31 августа - 6 сентября) пребывания здесь Лавкрафт не
только ходил пешком: впервые со времени детства он оседлал велосипед, чтобы побывать
за пределами городской черты Нантакета. "Это было крайне весело после стольких лет -
все это так живо напоминало мне юность, что мне казалось, что я должен поторопиться
домой к открытию школы на Хоуп-ст.!" Лавкрафт жалел, что социальные условности
неодобрительно
смотрели
на
взрослых,
разъезжающих
на
велосипедах
по
респектабельным городам вроде Провиденса.
Вероятно, примерно тогда же было написано краткое описание Лавкрафтом Нантакета,
"Неизвестный город в океане"; оно появилось в любительском журнале Честера П. Брэдли
"Perspective Review" зимой 1934 г. Вещь явно не в числе его выдающихся путевых заметок -
в некоторых письмах того периода об этой поездке рассказано куда более увлекательно.
Вернувшись домой, Лавкрафт обнаружил, что легион кошек, прозванный Каппа Альфа
Тау, по-прежнему процветает. В августе он даже придумал для него своего рода гимн или
боевую песню. Но трагедия не замедлила себя ждать. Котенок, прозванный Лавкрафтом
Сэмом Перкинсом, родившийся только в июне 1934 г., был найден в кустах мертвым 10
сентября. Лавкрафт немедленно написал на его смерть элегию "Маленький Сэм Перкинс":
The ancient garden seems tonight
A deeper gloom to bear,
As if some silent shadow's blight
Were hov'ring in the air.
With hidden griefs the grasses sway,
Unable quite to word them
- Remembering from yesterday
The little paws that stirr'd them.
Оставались, конечно, и другие кошки, живые и здоровые. И, разумеется, Лавкрафт всегда
был рад позабавиться выходками кошек своих приятелей: Симетой [Simaetha], древним
матриархом Кларка Эштона Смита; ордой кошек Р.Х. Барлоу, включавшей Муравьиного
Льва, Рослого, Коротышку, Кира и Дария (двух персов, естественно), Альфреда А. Кнопфа и
т.д [Doodlebug, High, Low, Cyrus, Darius, Alfred A. Knopf]; белоснежного Крома Дуэйна У.
Римеля; и, самого занятного, Нимрода, дикого кота, который однажды в начале 1935 г.
обнаружился на пороге Э. Хоффмана Прайса и поселился у последнего, жадно пожирая
бобы и сырое мясо, сражаясь с окрестными псами, раскапывая и поедая гоферов и
пропадая, по крайней мере, дважды, прежде чем окончательно пропасть в никуда где-то в
1936 г. Айлурофилия процветла в кругу друзей Лавкрафта.
Р.Х. Барлоу и Роберт Блох были не единственными подростками, заваливающими
Лавкрафта своими детскими, хотя и многообещающими сочинениями; еще одним, кто так
делал, почти с самого начала своего знакомства с Лавкрафтом, был Дуэйн У. Римель.
Римелю сперва требовалось проштудировать классику мистической литературы, и с этой
целью Лавкрафт одалживал ему основные книги из собственной библиотеки, которые
Римель не мог достать в своем маленьком и отдаленном городке в штате Вашингтон. С
самого начала Лавкрафт предупреждал Римеля не брать издаваемое в дешевых журналах
за образец, и Римель, как мог, старался следовать этому благородному совету. В мае 1934 г.,
будучи во Флориде, Лавкрафт увидел его рассказ, озаглавленный "Дерево на холме", где
"попробовал слегка усилить финал". По какой-то причине рассказ долго не публиковался,
увидев свет только в фан-журнале "Polaris" за сентябрь 1940 г.
"Дерево на холме" [The Tree on the Hill] - довольно запутанная история, герой которой
попадает в странное место (возможно, на другой планете), не может отыскать его снова, но
в итоге ухиряется сфотографировать. В нем явно видна рука Лавкрафта; из трех частей
рассказа заключительная - а также цитата из вымышленной книги, "Хроник Ната"
Рудольфа Йерглера - определенно, принадлежит Лавкрафту. Некоторые полагали, что
большая часть второй части также реально написана Лавкрафтом, но это неразрешимый
вопрос, к которому можно подходить, лишь основываясь на внутреннем ощущении, так как
рукопись рассказа не сохранилась. Неясно и то, было ли название "Хроники Ната"
выдумано Лавкрафтом или Римелем.
Римель также пытался писать стихи. Летом 1934 г. он послал Лавкрафту первый сонет
будущего цикла, первоначально озаглавленного "Сны Йида" и позднее переименованного
Лавкрафтом в "Сны Йита". Есть рукописное свидетельство, что Лавкрафт, а возможно и
Кларк Эштон Смит, вычитывали этот цикл из десяти сонетов, который выйдет двумя
частями в "Fantasy Fan" (июль и сентябрь 1934 г.) Примерно тогда же Лавкрафт уверенно
заявил, что "Римель мало-помалу учится на своих ошибках"; но за одним примечательным
исключением его последующие литературные работы немного стоят.
Римель попадает в один из двух классов литературных клиентов, на которых Лавкрафт
был готов работать бесплатно: "настоящие новички, которым нужно дать старт" и
"некоторые старики или инвалиды, которые трогательно нуждаются в небольшом
одобрении - эти, даже если я признаю их неспособными к исправлению". Даже в
профессиональной
ревизионной
работе
Лавкрафт
придерживался
причудливой
разновидности альтруизма:
Когда я возился с детсадовской кашкой и чужими слабоумными бреднями, я, пускай
микроскопически, вносил самую малую толику порядка, логичности, руководства и
понятности в нечто, чья неандертальская нелепость уже была предрешена. Моя работа,
сколь не постыдна она была, по крайней мере, двигалась в верном направлении - делая то,
что было предельно аморфным и бредовым, хотя бы на мельчайший пустяк чуть менее
близким к состоянию простейшего.
Еще больше бесплатной работы свалилось на плечах Лавкрафта в это время, главным
образом для НАЛП. В итоге Лавкрафт написал, по меньшей мере, часть колонок Бюро
Критики в "Национальном Любителе" [National Amateur] для следующих выпусков:
декабрь 1931 г., декабрь 1932 г., март, июнь и декабрь 1933 г, июнь, сентябрь и декабрь
1934 г., март, июнь и декабрь 1935 г. Эти статьи в целом похожи на старые колонки
"Отдела Публичной Критики" для "United Amateur" 1914-19 гг., но намного короче и
отражают разительные перемены в эстетических вкусах Лавкрафта, которые явно
произошли за этот промежуток.
Еще одна задача, внезапно свалившаяся Лавкрафту на плечи, была поставлена смертью (8
июня 1934 г.) Эдит Минитер. Хотя Лавкрафт не встречался с Минитер с 1928 г., он всегда
сохранял уважение к ней и не желал, чтобы ее роль как самиздатовца, писателя-романиста
и специалиста по фольклору была забыта. 10 сентября он пишет бескрылую элегию "Эдит
Минитер" (опубликована в "Tryout" в номере - очевидно, серьезно запоздавшем -
датированном августом 1934 г.), затем, 16 октября - намного более существенные
воспоминания в прозе, "Эдит Минитер - оценки и воспоминания". Подобно "Некоторым
замечаниям о небытие", это одно из лучших среди своих поздних эссе; оно включает
столько же ценной информации о нем самом, сколько и о предполагаемом предмете
обсуждения. Именно оттуда мы узнаем о старой пародии Минитер на Лавкрафта, "Фалько
Оссифракус м-ра Гудгила"; упоминаются также ее рассказы о козодоях и других легендах
района Уилбрема, которые Лавкрафт включил в "Ужас Данвича". Это теплые, сердечные
воспоминания, обнаруживающие всю душевную широту, которая расцвела в нем в поздние
годы. Эссе, однако, увидело свет только после его смерти - в любительском журнале
Хаймана Брэдофски "Californian", весной 1938 г.
Вскоре после смерти Минитер Лавкрафта наметили на роль редактор планируемого
памятного тома, посвященного Минитер, который должен был выпустить У. Пол Кук