Почему же сегодня я не остался в том вечере с Катей навсегда?
– Антон.
Я перевернулся на бок и вскочил с кровати. На пороге стояла Катарина-Женевьева.
– Только не говори, что оделась так из-за меня.
Она, кажется, растерялась. Агрессивный Антон брал верх. Я не желал быть с ней аккуратным.
– Зачем ты пришла? Опять она?
– Я сама… Мадам ни при чём.
– А ты знаешь, что она каждый вечер подсовывает мне в иллюзии? Тебя! Мне с каждым днём всё сложнее, Катя. Я не хочу допустить этого даже в иллюзии. Нет, нет и нет. Мне непросто бороться с этим во сне. И я хочу отдохнуть хотя бы наяву, Катарина-Женевьева! Оставь меня в покое, пожалуйста. Уходи. У-ходи.
– Но ведь на самом деле ты не хочешь, чтобы я ушла, – просительно проговорила она, куда больше похожая на Катю из иллюзии, чем на Катю из жизни. – Ты хочешь, чтобы я осталась… Хочешь чаю?
– Уйди, Кать.
– Как скажешь…
Как-то съёжившись, побледнев, она растаяла. Я свернулся в кровати, уставился в стену. Всё это – моё пребывание у мадам – было похоже на психушку из детства. Только теперь я пришёл сюда сам и уйти тоже должен был сам, в здравом уме. Когда главврач Фу выпустит меня отсюда? Что велит делать дальше? Она же растит из меня Горлума, голема, своего разумного солдатика… Фурфин Джюс на мою голову!
Ладно, ладно, я знаю, всё это раздражение – от того, что я голодный, что болит голова, что саднит какой-то орган внутри – может быть, тот, который отвечает за разрушение иллюзий и шаги во времени. Можно натереть мозоль на пальце, а можно – на этом органе. Я натёр. Мне больно. Мне плохо. Меня тошнит от всего этого!
Я натянул одеяло на голову и задышал часто-часто, стараясь, чтобы заложенность носа прошла.
– Антон?..
Я вздрогнул и сел в кровати. На пороге стояла Иляна.
– Ты настоящая, иллюзорная или просто снишься?
– Такая же, как ты. Я тебе принесла поесть. Синабоны.
Вздох у меня вышел с истеричной ноткой.
– Я так устал, Иляна. Что ж вы все меня предаёте и заставляете вас предавать?
– Что ж у тебя такое пораженческое настроение?
– Ты ещё спрашиваешь! Фуфур, и этим всё сказано. Давай синабоны.
Она протянула липкую коричневую коробку со сладкими потёками по углам, но не сразу отняла свою руку.
– Поехали завтра гулять?
– Да кто меня отпустит…
Я раскрыл коробку, подтянул с тумбочки «Известия Полиса» и выложил синабон на чёрно-белую страницу.
– Ну пойдём сейчас.
– Ты всё равно иллюзия.
Иляна села у кровати. Отломила кусочек мягкой глазури и скатала в маленький карамельный шарик.
– Как ты понял?
– Ты ничего не говоришь о драконах. Была бы настоящей – сразу бы сказала, как они. Фуфур просто не понимает, что я за них беспокоюсь. И не понимает, что настоящая ты достаточно человечна, чтобы сразу сказать мне, как у них дела.
– Обидный просчёт, – пробормотала Иляна.
– Хватит меня мучить, – попросил я.
– Да не мучаю я вас, Антон, – обретая свой истинный облик, вздохнула Фуфур. – Наоборот, думала, расслабитесь… Мне кажется, ваши истинные искренние симпатии всё-таки на стороне мадемуазель Лихтблау.
– Вот только не ждите, что я сейчас честно отвечу.
– Антон, Антон… И чего вам только не хватает? Вроде – всё вам дала. Знания. Возможности. Сытую жизнь. Сколько угодно иллюзий. Я ведь, кстати, каждый раз под вас подстраивалась. Катя и Ляна вели себя так, как вам хотелось.
– Э…
Я опешил. Это неправда. Она меня подначивает. Они, конечно, обе мне симпатичны. Но я никогда не хотел всех этих романтических шту…
– Да кого вы пытаетесь обмануть, – расхохоталась мадам.
Игнорируя её, я отвернулся к окну. Там беззвучно качались ветки.
– Когда всё закончится, вы сможете выбрать любую, – тихо произнесла Фуфур, вставая. – Я поговорю с ними… Одна будет с вами, вторая отойдёт в тень без лишних объяснений. Всё будет хорошо, Антон.
Мадам легонько тронула меня за плечо, как будто хотела ободряюще похлопать. Но этого я бы уже не стерпел. Почему я вообще терпел её выходки?
Веник. Драконы. Мама. Всё ради них? Сколько ещё я выдержу?
– Уйдите, – глухо попросил я. – Уйдите, пока я на фиг тут всё не разнёс.
Услышал шаги; скрипнули половицы. Стукнула дверь.
Я изо всех сил закусил уголок одеяла.
Глава 11Иван
Сколько времени прошло с того разговора? Точно не помню. Но в какой-то момент я словно очнулся. Поднял голову. Огляделся.
Два стеклянных кабинета по левую руку, подиум с диванами по правую, лестница впереди, всюду на стенах – чёткие цветные фото. Теперь я знал, что та девушка на фотографии, которая показалась мне так похожей на Иляну, – её бабушка, ассистентка своего будущего мужа, профессора-изгнанника, привлечённого к операции «Код кодиум». Знал я теперь, что скрывается в дальних просторных залах за лестницей. Несколько раз даже побывал на верхнем этаже – сгустке многомерного мрака. Мадам говорила, что формирует там безвременье; светящиеся буквы «ФУ-ТЕХНО» в первом зале были маяком, чтобы выходить на него из вневременного пространства.
Мадам говорила и о многом другом. А ещё – кроме иллюзий и прочего – она постоянно меня учила, и в первую очередь – шагать во времени. Делать это с умом не так-то просто: после энного числа шагов мозг отказывается связывать всё воедино, и возникает страшная путаница. Потеряться в ней – раз плюнуть, это я ощутил довольно скоро. По этому поводу мадам Фуфур сообщила мне две новости. Хорошую – что вывернуться из путаницы можно, главное, иметь ориентир и крепко держать его в памяти в момент шага. И плохую – что путаница реальностей в моей голове останется уже навсегда.
Я потёр лоб, стараясь справиться с тошнотой.
– Но ведь раньше это прекращалось. Через пару минут, в крайнем случае через полчаса…
– А потом через час или только на следующий день, – подхватила она, протягивая мне дежурный стакан воды. – Ваш предшественник говорил то же самое. Проблема в том, что шаги во времени имеют отложенную вредность. Она накапливается, рано или поздно достигает предела, и организм уже не в силах справиться.
Что за предшественник? Что за новые тайны?..
– А что будет, когда эта вредность перельётся через край?
– Не знаю, – пожала плечами Фуфур. – Ваш предшественник исчез, когда вредность ещё не достигла фатального уровня. Но, Антон, могу обнадёжить: я вложила в вас слишком много сил, чтобы дать так запросто сгинуть.
– Работаете над антидотом? – ядовито спросил я, жадно глотая воду. Не простую воду, скорее всего: мушки в глазах рассеивались, а привычные слабость и раздражение, сопутствующие шагам во времени, понемногу отступали.
– Представьте себе. – Когда Фуфур отбрасывала свои сладкие интонации, разговаривать с ней становилось куда проще. – Представьте себе, Антон, я нахожу для этого время.
– В перерывах между управлением фабрикой, деловыми обедами и планами по захвату мира?
– Именно так, – ответила она. – Только вы ещё забыли об уроках с вами. А теперь допивайте, и вас ждёт очередное увлекательное путешествие.
– И на этот раз это будет не тестовая вылазка, а первое боевое крещение, Антон! – передразнил я.
– Вы неплохо овладели идентификацией невербального потока, – нисколько не обидевшись, ответила Фуфур. – Это я и хотела сказать. С небольшими неточностями. И если уж вы так навострились, то должны понять, куда я вас приглашаю.
Вот этого в её мыслях я разобрать уже не мог. Промолчал. Она выждала полных секунд десять и как ни в чём не бывало велела:
– Отправляйтесь в прошлое. Вас встретит ваш предшественник.
– Тот самый, что пропал? Теперь понятно, почему сегодня вы упомянули о нём уже трижды. Получается, вы имеете к нему доступ в прошлом?
– Разумеется.
– Так почему же вы не разыщете его в настоящем?!
– А зачем тратить на это время? У меня есть вы.
С нашего знакомства прошло немало времени, но её цинизм не переставал поражать. И всё же кое-что требовало пояснений.
– Меня ведь приходится учить заново. Так и так выходит трата времени.
– Считайте, что вы просто мне больше нравитесь. Достаточно? А вообще, если бы он не исчез, возможно, жили бы вы спокойно. К тому же кое-чем необходимым вы всё равно не обладаете.
– Это чем же?
– Некоторыми техническими знаниями. Да, да, не надо так яростно вращать глазами. Несмотря на то что вы технарь, для моих целей вам не хватает маленькой, но важной детали.
– Для ваших целей, – горько повторил я. – Быстро же вы сделали меня марионеткой.
– Посмею напомнить, что вы пришли ко мне сами в обмен на безопасность ваших друзей.
– О которых вы до сих пор не сказали ни слова. Что с ними?
– Вот достигнете моих целей и узнаете.
– Но ведь мне не хватает кое-какой детали, – сардонически усмехнулся я.
– За этим я и отправляю вас в прошлое. Ваш предшественник поделится с вами всем необходимым.
– И как же мне ему представиться? Привет, я твой друг из будущего?
– Можете не представляться, – раздражённо ответила мадам. – Он в курсе.
– В смысле?
– Я предупредила его много лет назад. Знаете ли, подозревала, что не всё может пойти гладко.
– Ах вот как…
– Если бы не ваша болтовня, Антон, вы бы уже давно вернулись.
– Сколько я должен там пробыть?
– Сколько потребуется, чтобы перенять науку.
– А если я не захочу возвращаться?
– Сочту наш договор относительно ваших друзей аннулированным. И никакой суд этого не оспорит, поскольку вас будут считать пропавшим без вести около десяти лет назад.
– Куда целиться? – зло выплюнул я.
– Точно в это место. Десять лет назад, – с улыбкой ответила Фуфур.
Не удостоив её даже кивком, я закрыл глаза и открыл их уже в прошлом.
Ничто не изменилось: светлые стеклянные залы, бликующие стены. Разве что на диване по правую руку появилась худощавая фигура, в три погибели согнувшаяся над ноутбуком. Я подошёл ближе и оглядел незнакомца. Светлые джинсы, рубашка, пепельная шевелюра. Он наконец заметил меня и поднял голову.