– А… Да…
Ничего подобного я, конечно, не вспомнил. Но решил, что пока лучше подыграть. Кажется, меня снова куда-то перекинуло; надо разобраться.
Собравшись с духом, я спросил:
– И что в итоге? Мы же всё выяснили по документам?..
– Ну почти. – Веник отошёл и вернулся с ещё одним одеялом. – Тебя знобит, Тони. Мёрзнешь? Давай грейся, а то никуда вечером не поедем…
– А куда мы хотели? – как можно беззаботнее спросил я.
– Смотаться к техническим озёрам, поискать драконьи яйца в лесу.
Ого! Я про это, конечно, слышал. Охранные отряды иногда пропускают брошенные драконьи кладки, а ликвидаторы редко озабочены дикими драконятами – такие обычно без родителей не выживают. Зато охотники до дармовых драконьих детёнышей то и дело лазают в окрестностях Полиса в поисках яиц. Но зачем это понадобилось нам?
– А зачем нам драконьи яйца?
– Чтобы обзавестись ручным драконом! А потом легально его оформить. Тони, ты точно в норме?
Нет, конечно! Какой по счёту этот переход? Куда я попал? В какое время? И кажется, теперь события уже не держатся так близко к оригиналу, как прежде…
Я крепко зажмурился. Открыл глаза.
Я по-прежнему лежал на полу. Катя держала меня за руку. Она – было видно – недавно плакала.
– Ты здесь откуда? – прохрипел я, оглядываясь в поисках Вениамина.
– Я вообще-то шпионю за тобой… – усмехнулась она сквозь слёзы.
– А чего плачешь-то?
– Никак не могла тебя дозваться. Ты как будто спал с открытыми глазами… Стеклянный взгляд. – Катя вздрогнула, отвернулась и отёрла согнутым пальцем слезинку.
– Ну не плачь уже… Вот он я, живой… Всё хорошо.
– Ты как будто не здесь был!
Она мелко дрожала, и я, ещё слабо владея конечностями, скинул на неё свой пиджак.
– Ну… задремал на чуток…
– Ты не задремал! – крикнула Катарина. – Ты не был в обмороке! Ты просто был не здесь!
Вот в этом она ошибалась. Я был здесь, точно здесь. Но в другой версии реальности.
Всё так просто.
Катя продолжала плакать. Я встал, на негнущихся ногах добрёл до раковины, ополоснул лицо. Поискал глазами чайник. Не нашёл и набрал воды в шоколадоварку. Ни настоящего шоколада, ни капсул с шоколадным порошком не оказалось, и я сказал Кате:
– Ты как относишься к воде с запахом какао?
– Можно, – шмыгая, ответила она. Поднялась на ноги и подхватила съехавший пиджак. – Антон, ты как? Ты точно в норме?
Я не был уверен. До чего причудливо искажались события. Я крепко зажмурился. Открыл глаза. Ждал чего угодно.
– Ты в норме, Антон? – повторила Катя, со страхом заглядывая мне в лицо.
– Да, в норме. Только не помню ничего и не понимаю. И жрать хочу, Катя, жрать хочу неимоверно.
– К больному возвращается аппетит. Хороший знак. – Катарина сделала храбрую попытку улыбнуться и кивнула на холодильник. – Что есть из сырья?
Мне нравилось её чувство юмора. Ещё в тот раз понравилось. В том времени. В том году.
Мы поели картошки; она так обросла щупальцами и гнилушками, что их пришлось отковыривать самым большим ножом. Сварили, круто посыпали солью, облили маслом. И было настоящее объедение. У Фуфур-то я питался сплошным концентратом, энергетическими батончиками и прессованными белковыми плитками. Да и вообще до нормальной еды ли, когда такие фортели вокруг творятся… Судя по всему, я перешёл в новую стадию. Я теперь жил двумя жизнями одновременно.
Как-то в юношестве о таком мечталось – когда я влюбился одновременно в двух девчонок и никак не мог выбрать. В одной девочке была хороша неугомонность, в другой – умение создавать уют. Вот было бы здорово спокойненько, по очереди быть с ними обеими…
Домечтался.
– Антон?..
А что, ситуация похожа. Точь-в-точь ведь. Две девочки, двойная жизнь… И хорошо бы, если двойная. Хорошо бы на этом остановиться. И вообще, стоп, стоп, стоп, Антон! Одна из девочек – невеста твоего друга. И до вчерашнего дня, кажется, работала на главную злодейку этой истории, если помнишь. А вторая работает на неё до сих пор. Экое веселье…
– Ещё?
Катя снова глядела на меня с опаской. Видимо, задавала вопрос уже не первый раз.
– А… Давай. Вкусно. Катя, спасибо.
– На здоровье. – Она пожала плечами и положила мне в миску ещё одну картофелину.
– А что с Веником? И Иляна… Ты же ведь должна мне послание от неё передать?
– Откуда ты знаешь?
– Да просто всё это уже было… В прошлой жизни.
– Шутки про прошлое от ученика Фуфур звучат не так уж безоблачно. Откуда ты знаешь про записку? Говори!
– Какая ты простая! Вынь да положь тебе. Шпионке. Подсадной утке. Девушке, которую мне уже второй раз навязывают в подруги!
– Ну и неплохо навязывают, раз мы уже обедаем в твоей кухне!
– Кать, ну ты же знаешь, чему меня Фуфур учила. Сложно догадаться, что ли? Приходила ты ко мне уже полчаса назад, мы немного поругались, и я решил уйти от тебя в прошлое.
Долгое молчание.
Полное непонимание.
И наконец:
– Чего?..
Н-да. Звучит действительно интересно. Чтобы добавить сумятицы, я уточнил:
– А я и в прошлый раз от тебя в прошлое ушёл…
– Ох уж эти ваши шажочки, – помотала головой Катя. – Антон, давай по-хорошему с тобой обратно вернёмся – не во времени, а друг к другу. Тем более я же всё равно не отстану. Работа.
– Ой, Катя… Дай сначала мне от головы что-нибудь.
– Что?
– Ты же волшебница, кудесница, мадамова подручная. Извлеки из воздуха какую-нибудь таблетку! Пожалуйста. Голова просто разрывается. Если вылечишь – обещаю, ещё раз сходим в Ауманский Сад. Только потом всё-таки закажи в «Барбаксе» кофе, а то чай… как-то не солидно.
– Бред какой-то несёшь. Вот…
– Только анальгин не предлагай.
– …апельсин держи. Кислое ликвидирует тошноту.
– Откуда ты знаешь, что меня тошнит?
– Ты ел картошку и кривился так, будто это были червяки.
Тут меня вправду стошнило, и это было наше второе начало. Несмотря ни на что.
Глава 15Посиделки за кофейком
Мы сидели в тёплом карамельном «Барбаксе» недалеко от Ауманского Сада вчетвером.
Веник и Иляна, я и Катя, всё как будто из прошлой жизни. Всю неделю не было ни вестей от Фуфур, ни случайных шатаний по времени. Но мне так и не удалось остаться с Иляной наедине. Очень хотелось поговорить с ней; из всей нашей компании она казалась мне единственным человеком, у которого не было второго дна.
А с Катей всё было ясно – ну, вернее, ничего не ясно. Я второй раз входил в ту же реку. Помнил тёплое течение, ласковые зеленоватые струи, повороты и пороги. Помнил, в какое море впадала эта река. Видел, что моя лодка плывёт по тому же руслу. И всё равно продолжал плыть.
И как это было сладко.
Нам принесли четыре кофе – целый поднос. Высокий узкий стакан с шапкой взбитых сливок для Иляны. Обыкновенный горький американо с вафельным ароматом для Веника. Широкую чашку с шоколадным крошевом Катарине. И, само собой, очередной эксклюзив от мадам Фуфур – мне. Я даже не сомневался в этом, входя в «Барбакс». Так или иначе, она всё равно заставит меня допить этот долгоиграющий кофе.
Перед тем как попробовать, я попытался угадать, какую очередную способность привнесёт в мою жизнь новый глоток.
Первый – мысли.
Второй – эмоции.
Третий – вещи, перенасыщенные энергией.
Четвёртый – бесконтрольные шатания во времени.
Что будет на пятый раз?
Не знаю.
Я чувствовал, что моё беззаботное время в этом времени кончается. Мадам дала мне пообвыкнуться, передохнуть. Освежила память о том, как дорог мне мой мир и близкие люди. А теперь наконец явится ко мне и скажет, что нужно делать. Вернее, что я обязан сделать, чтобы не лишиться всего, что она у меня ещё не отобрала.
С какой-то секунды я просто знал, что она свяжется со мной вот-вот, через день-два. Просто выжимает время, давит, ждёт, чтобы я окончательно расквасился, расслабился, размяк. Ждёт, пока я стану не в силах сопротивляться… День-два. День-два. Динь-дон…
Фуфур явилась прямо в кафе – просто возникла из воздуха.
– Всем здравствуйте, господа! Погода замечательная! Катя, Ляна, Вениамин, пожалуйста, погуляйте. После снегопада так вызвездило – красота…
Катя с Иляной поднялись беспрекословно. К горлу, словно тошнота, поднялось противное чувство: девушки напомнили мне дрессированных зверьков.
Веник встал не так быстро. Он хмуро посмотрел на мадам, перевёл взгляд на меня.
Я кивнул не без внутренней дрожи. Оставаться с Фуфур наедине никогда не было моим любимым удовольствием. Но делиться этим удовольствием с другом…
– Ещё успеете, не переживайте, – усмехнулась Фуфур, поправляя манжет строгого синего платья. – Но пока не до этого. Нужно ввести вас в курс дела.
– Вень, я свяжусь с тобой, как только мы с мадам закончим.
Мадам улыбнулась, напарник скривился и вышел вслед за девушками.
– Давно не виделись, – сказал я Фуфур. – И кстати, я ещё не допил.
– А весь пока и не надо, – кивнула она, пододвигая мне чашку. – Но вот сделать глоточек вам не повредит.
– Может быть, наконец расскажете, что это за кофеёк?
– Да вы ведь сами уже догадались, Антон. И давайте про это как-нибудь потом. Сейчас о деле.
– Ну валяйте.
– И отучитесь вы с вашим другом когда-нибудь нукать?.. – вздохнула она. – Ну валяю… Как у вас с шагами?
– Ничего нового. Вы же в курсе.
– Ну, – поддразнила она, – что-то от меня могло и ускользнуть.
– Лучше бы от вас мог ускользнуть кто-то.
– Вы об Иляне? Мы разошлись полюбовно. Теперь она просто девушка-мечта Вениамина.
– Кстати… А ведь в прошлый раз они познакомились гораздо позже.
– Но вы же сами сказали, что время причудливо искажает оригинал.
– Не совсем так. И не сказал, а подумал.
– Для вас до сих пор есть разница? – В тоне Фуфур, как невидимые чернила над огнём, всё чётче проявлялись усталость и деловитость. – Антон, вы не представляете, как долго я тяну эту волынку. Иван пропал, а ведь я была почти уверена, что он сумеет мне помочь. Но на нет и суда нет… А вы – слишком свободолюбивый, слишком сложный, я уже больше года на вас потратила… Но в одиночку и вы не справитесь. Нужен напарник.