Спокойно, просто, без жеманства,
Без громких слов, без чувств смешных,
Без поз и выходок иных
Столь мне презренного мещанства…
Я шел, как все из нас идут,
Своим путем, без цели строгой;
Она – обычною дорогой
Забав и маленьких причуд,
Каких всегда у женщин много…
Когда ей скажут, что погиб
Я, как злодей, – в ней состраданье
Не дрогнет, свету в назиданье:
Ведь правда чувств – плохой пошиб!
Без слез в глазах, без дрожи в теле,
Лишь чуть подняв бровей изгиб,
Она проронит: – «В самом деле?..» –
Эй, гражданин!..
Ну что, Жозеф?
Сбираться? Подана тележка
И время ехать?
Что за спешка! –
Поедем, в очередь поспев!
Могу утешить гражданина – Не обойдет его вдова!..
Что за вдова?
Да гильотина!..
А, гильотина?!.
Какова Шутливость черни!..
А машина,
Ей-ей, не шутит: как дрова
Знай рубит лишь… один едва,
Глядь – уж другой… Полна корзина:
Чик – и слетела голова…
Так вас уж верно не обидит,
Со всеми примет наравне…
Вдова, знать, женщина вполне!..
Он шутит?!. Как?.. Сдастся мне,
Воображает он, что видит
Тюрьму, и казнь, и смерть во сне…
Аристократ! Нож поднят грозно,
И ты – умрешь…
Вот новость! Ба!..
А разве рано или поздно
Ты не умрешь?.. Притом серьезно
Боюсь, что ранний гроб судьба
Уготовляет для раба
Бутылки с влагой спиртуозной –
Протянешь долго ты едва ль!..
Что, что?!. Как смеешь ты, собака!..
Постой, дружок!..
Ну, пальцы – сталь!..
Не надо ссор! Мне было б жаль,
Случись в последний день мой драка…
Но сознаюсь: не прав, однако,
Я сам, начав читать мораль…
Ну, мир же после краткой ссоры!
Вот – мой последний луидор!
Плевать хочу на луидоры!..
Но прикарманивать их скор!..
Ну, что ж… ступай!..
Ну, разговоры!..
Уж эти бары!.. В них сам черт!..
В тюрьме… ждет казни… и ведь горд;
Не крикнет – только блещут взоры…
А как находчив, смел и тверд,
На всё ответ находит скорый –
От слов одних я, без битья,
Как пес поганый после порки…
Простите, сударь!.. Вспомнил я,
С чем шел сюда: в моей каморке
Укрыта женщина одна…
Боязнь берет… досмотры зорки,
Смотритель – зверь, а ведь она
К вам в гости…
Что?..
И молода,
И хороша… А вся повадка
И роскошь платья – без труда
Договорят… аристократка…
Запомни раз и навсегда:
Меж женщин нет подразделенья –
Равны все женщины, зане
Аристократки от рожденья;
Из них никто…
Прошу прощенья,
Вы сударь, о моей жене
Не так бы, верно, рассуждали
Встреть вы ее…
Я б был польщен!
Но, ту пришедшую, едва ли
Вам можно встретить… здесь закон…
Ну, да! Начальство и поверка,
И даром их дразнить нельзя.
Вот – золотая табакерка!..
Прощай, подарок короля!..
А мне – плевать!..
О, превосходно!
Тебе на все плевать угодно!..
Держать такой любезный тон
Теперь у нас в стране свободной,
Как вижу я, не только модно,
Но предписал и ваш закон!..
Закон наш строг! И вот причина,
Что головой, аристократ,
Твоей кровавой – гильотина
Поутру плюнет…
Фи, скотина!
А говорят, что он мне брат!..
Но почему, томясь и млея,
Свиданья этого я жду?..
Чья это дерзкая затея?
Кто, кто таинственная фея,
Виденье дивное в бреду? –
Графиня де ла Тур?.. Нет, – льдинка!..
Иль виконтесса д'Ипр? – Мила,
Но… только модная картинка…
Маркиза Борампар? Сожгла
Мне сердце некогда дотла,
Великолепная блондинка,
Но как из хрупкого стекла
Была любви ее новинка
И скоро вдребезги была
Разбита в шалостях столичных…
Иль герцогиня Грамола –
Одна из самых эксцентричных:
Меня случайно увлекла
При трех любовниках наличных…
Нет, нет! И в мысль им не взбредет
Пойти на риск опасной ставки
«Прости» любовнику в отставке
Сказать в пути на эшафот…
Так кто ж она? Неужто ж Женни
Из Moulin Rouge?.. Я в первый раз
Средь смен любовных приключений
В ней встретил правду женских глаз
И страсти подлинной томленья,
А не затверженный урок:
Она меня – в том нет сомненья –
Почти любила… краткий срок.
Моя жена!
Маркиз!..