Она меня обескуражила. Выбила землю из-под ног. Потому что улыбался Тим нежно, мягко и очень тепло. Будто я делала его… счастливым. Глупость, конечно. Но мне почему-то захотелось в это поверить.
– Пошли, – сообщил Авдеев, наконец, отпуская меня.
– Что? Куда? Эй, ты в конец офигел?! – крикнула я немного расстроенно. Одна часть меня жаждала постоять еще немного вот так, а другая напирала, что надо бы послать этого дамского угодника.
Однако кто бы слушал здравый смысл?! Это не про девушек. Или не про меня.
– Морожено куплю тебе, – кинул он. Затем просто сплел наши пальцы, не давая никакой возможности дать по тормозам.
– А та девушка? Алиса? Уверен, что она тебя не убьет? – произнесла с обидой в голосе. В конце концов, Тим ломает всех под себя. А я… я просто дура, которая пытается сказать ему нет.
– Только ты способна на такое, Маша. Не ревнуй.
– Размечтался! Я тебя не ревную.
– Не общайся больше с Колей и с тем придурком, который косит под гангстера.
– С какого это? – фыркнула дернувшись. Мы снова остановились. Тимур повернулся, и я вновь залипла на его глазах миндалевидной формы. Ресницы пушистые, волосы хаотично разбросанные в разные стороны, с которыми игрался ветер. И пухлые алые губы. Если это не любовь, значит, мне нужно лечиться. Потому что даже в моменты ненависти и обиды Тимур казался нереальным. Моим личным наваждением. Дьяволом-искусителем.
– Потому что ты – моя. Это не обсуждается. Я так решил.
– Твоя? Ха! – как-то истерично прозвучало, ну и к черту. Я ведь тоже хотела, чтобы он был моим. Только моим. Чтобы улыбался только для меня, чтобы касался только меня.
– Это было сексуально, – игриво произнес Тим. Сделал шаг навстречу и чуть наклонился. Я должна была попятиться, но продолжала подчиняться его проклятым чарам.
– Забудь и иди к своей девушке, – выдохнула грустно. В конце концов, нам ничего не светит. А играть в любовь не хочу. Мне нужно настоящее, серьезное и светлое. Пусть такого, как Тимур, больше не существует в мире. Пусть он единственный, от кого я теряю душу и разум. Но быть одноразовой – не мой путь.
– Я никогда этого не говорил. И никогда ни с кем не встречался.
– Ну… что поделать, – пожала плечами я. Сморгнула пару раз, потому что глаза защипали от влаги.
– Тебя так волнует Алиса? – вдруг спросил Авдеев. Мне хотелось сказать «да», а еще «как ты мог с ней обжиматься». Но мы не в тех отношениях. Поэтому просто промолчала, отвернувшись.
Никогда раньше со мной подобного не было. Столько противоречий, сердце разрывалось. А ведь он так сладко говорил «ты – моя», что я могла бы перечеркнуть все женские принципы.
– Понял. Значит, мама была права. Пошли! – Тимур неожиданно взял меня за руку и повел обратно в ту самую беседку.
– Что? Зачем ты меня… – брыкалась я.
– Чтобы ты не ревновала больше. Это будет новость года. У тебя же стойкие нервы, моя ненормальная ведьма?
– Чего? Какая я тебе ведьма? Совсем с катушек слетел?
– Только ведьма может сломать мужскую систему, – усмехнулся Тим.
Мне хотелось еще сказать пару фраз, но в голове так и крутилось «моя». Набатом било по перепонкам. Не хотело отпускать, запуская корни глубже, в самое сердце.
Я снова почувствовала себя особенной.
Но была ли я такой на самом деле?
Мы подошли к беседке, где народ уже успел поставить столик и стаканчики обратно. Они о чем-то болтали, но стоило только нам появиться, как ребята затихли. Разглядывали нас с удивлением и… опаской.
На Тимура смотрели с опаской. А на меня – как на очередную жертву его чар. Будто знали, через день или два мальчик наиграется и бросит свою игрушку. В глазах едва знакомых мне людей читались жалость и презрение.
Алиса же смотрела с ненавистью. Как девушка, которая любит и которой приходится мириться с изменами. Я опустила голову, прикусив губу. Стало мерзко. Зачем он меня притащил обратно? Показать всем, что смерил невинную овечку? Что добился победы и готов совершать новые подвиги?
Надо было уйти. И я бы ушла, но Тим всего одной фразой забрал у меня весь воздух из легких и почву под ногами.
– Начнем сначала. Это Маша, моя девушка.
Глава 30 - Маша
Мне показалось, я ослышалась. Но судя по реакции ребят, мы ослышались все вместе. Они молча хлопали ресницами в нерешительности сказать хоть слово. Я тоже молчала, не особо понимая, сон это или реальность.
Тимур назвал меня… своей девушкой?! Меня?! Это какая-то шутка? Куда-то надо улыбнуться и помахать рукой в камеру? Однако никто не улыбался, не смеялся, да и камеры никакой не было. В глазах едва знакомых мне людей читался шок.
– Что? – нарушила тишину Алиса. Она поднялась, поправила майку, которая немного задралась, оголяя ее загорелую кожу на животе.
– Алис, – обратилась, видимо, ее подруга. Но девушка и носом не повела в другую сторону, так и смотрела на Тимура. На ее лице творился целый спектр эмоций – от дикой ненависти до безумной любви. Наверное, так происходит, когда ты видишь впервые океан. Необъятный. Манящий. И убивающий, потому что из таких глубин невозможно спастись.
В какой-то степени я понимала Алису, да и любую девушку, что могла пасть жертвой любви к Авдееву. Он был бездной. Убивающей бездной. Попадаешь в сети и, как маленькая рыбка, барахтаешься в надежде найти лазейку. Однако никаких лазеек нет.
– Ты сейчас серьезно? – звонкий голос Алисы вернул меня в реальность. Девушка буквально в два шага сократила расстояние между нами, а затем положила ладошки на шею Тимура. Встала на носочки. Вот-вот и их губы соприкоснутся.
Меня охватила злость. Бешеная, раздирающая кожу до самых костей. Я хотела дернуть Авдеева и спросить, какого черта происходит. Но, к счастью, Тим опередил меня.
– Эй! Ты оглохла? – жестким, просто ледяным тоном произнес Тимур, скидывая женские руки.
– Ты реально решил… с кем-то встречаться? С кем-то одним? – усмехнулась она, закатив глаза. Будто это что-то нереальное и очень смешное.
– А ты не веришь, что людям может быть хорошо вдвоем? – вмешалась я больше не в силах молчать. В голове не укладывалось то, что происходило сейчас.
Неужели Тимур правда готов отказаться от всех ради меня?! Он действительно серьезен, или это очередная шутка?
– Ты просто не знаешь, о чем говоришь, милая, – на лице Алисы отразилась улыбка, полная боли и яда. Яда для меня. Будто бы я заняла ее место.
– Этот бред я слушать не намерен. В общем, Колян, от моей девушки, – снова подчеркнул Авдеева, – держись подальше. Усек?
– Усек, – кивнул Коля. Хотя в глазах читалось другое: «Ты реально с ней встречаешься?» Да все они, кажется, думали об одном и том же.
– Пошли, – сказал Тим.
Я не стала сопротивляться. Находиться среди этих людей радости не доставляло.
Мы пошли в сторону озера, держась за руки, как самая настоящая парочка. Однако я не чувствовала себя девушкой Тимура. Не знаю почему. Может, не верила до конца. Но и отталкивать его мне больше не хотелось.
В душе творилась какая-то эмоциональная радуга: тут тебе и красный, и зеленый, и желтый… может, даже черный. Столько всего, что я терялась. Не могла определить, счастлива или… нет. Лишь одно понимала: рука у Тима была горячей. Мороз пробегал по спине, а сердце изливалось теплотой.
Он рядом. Рядом со мной. И это сводило с ума. Аргумент без возможности дать по тормозам.
– Почему ты молчишь? – спросил неожиданно Авдеев. Я и не заметила, как он разглядывает мой профиль. Смотрела себе под ноги и искала там ответы.
– А ты?
– Я вообще не особо говорливый.
– Поэтому решил не спрашивать у меня, хочу ли я быть с тобой? – с губ слетел тяжелый вздох. Мне все еще сложно было осознать и поверить в реальность происходящего.
– Конечно хочешь, – ответил он. Да с такой уверенностью, что любой бы позавидовал. Но Тим прав, я ведь этого хочу. Хочу быть его на сто процентов.
– Нет, – соврала.
– Тебе же хуже, – Тимур вдруг остановился и наклонился ко мне. В бирюзовых глазах сверкали черти, словно Дьявол спустился на землю. Словно Дьявол и был человеком, от которого у меня подкашивались ноги и учащался пульс.
– Что? – тихо произнесла, хлопая ресницами. Смутилась от столь неожиданной близости. Щеки вовсю полыхали, а губы… губы жаждали поцелуя.
– Если ты еще раз сбежишь утром от меня, – с одной стороны игриво, а с другой строго заявил Тимур. – Получишь ремнем по заднице. Поняла?
– Что? – вспыхнула я. В ушках барабанил пульс, а скулы горели так, будто на улице все двести градусов. – Кто тебе сказал, что я… такого вообще больше никогда не повторится.
– Да что ты говоришь?! – усмехнулся Авдеев. Наконец, отодвинулся от меня и вновь потянул за собой вдоль дорожки. – И вообще, ты что, думаешь, я святоша, который держит свечку и молится на женскую фотку?
– Иди с другими… проводи время, – вырвалось. По горлу прошелся холодок, а тело сделалось тяжелым. Наверняка он развлекался с девушками и на этой неделе, и на предыдущих.
Мы разные. Это я страдала, ложилась спать с мыслями о Тиме. А он… глупо полагать, что он вспоминал обо мне.
– Не хочу, – серьезно ответил Авдеев.
– Почему? – глухо спросила, продолжая мусолить в голове моменты, где Тимур мог целовать какую-нибудь девушку. Она бы стонала, а он шептал ей разные глупости. И вдруг стало обидно, горестно. В груди все сжалось, словно кожу стянуло до костей.
– Банально у меня на них не встает. Эта фигня длится… – Тим призадумался, но уже через секунду другую ответил. – Точно, с того момента, как я тебя первый раз поцеловал. У меня ни с кем ничего не было.
– Что? – сорвалось с моих губ. Авдеев снова остановился. Повернулся и свободной рукой потянулся ко мне, к моей талии. Я смотрела на него из-под опущенных ресниц и ждала… ждала этих, черт возьми, прикосновений.
Не дышала.
Все сто семьдесят ударов в секунду.
И тысяча противоречий, от которых подкашивались ноги.