— Как давно горят камни в галерее? — Спросила я дядю, потому что сама не была там со своего возвращения из обители после похорон мамы. Мне было больно видеть портреты её, отца, брата.
— Она закрыта уже пару лет. — Задыхался дядя.
Перед входом в галерею мы остановились, чтобы отдышаться.
— Позвольте, — оттеснили всех в сторону братья Маргейты.
И первыми вошли в галерею. Когда я сделала шаг за ними, меня остановил Джореф.
— Не переживайте, Арабелла. И позвольте мужчинам и магам встретить опасность. — На лицах всех присутствующих отразилось явное выражение облегчения.
Братья вернулись минут через десять.
— Опасности нет, но вам это нужно увидеть. — С каким-то странным выражением сказали они.
Мы прошли почти до середины галереи, когда увидели то, о чём говорили братья Маргейты. Вплотную к одной из колонн стоял Гарден. По самую грудь он был закован в глыбу льда, при этом сквозь лёд было видно, что у него в руке зажат кинжал, словно он собирался обороняться.
Его голова опиралась затылком на колонну, а сам он был словно в горячечном бреду. И без конца бормотал.
— Королева Анна вернулась, она здесь. Она пришла. Королева Анна… Она пришла за кровью. — Эти слова повергли всех в настоящий шок.
Ещё большим шоком стал сильный холодный ветер в галерее при закрытых окнах. Синий цвет бриллиантов вполне мог проявиться, если здесь обитает дух моей мамы, её призрак. И судя по примороженному кузену, призрак наделённый даром. Но у мамы были только всплески магии смерти…
Я ничего не понимала. Эти мысли не давали мне покоя и следующие пару дней. Даже приближающаяся дата отъезда меня почти не волновала. Что уж говорить о пересудах за моей спиной о моей неожиданной помолвке и её причинах.
Мужа мне всё равно искать, так лучше и правда, пусть это будет Маргейт. Эти лорды хотя бы имели представление о чести, порядочности и ответственности. Более того, двор усиленно обсуждал сейчас ещё одну шокирующую новость. Олидар Маргейт официально сделал предложение безродной служанке, никем не признанному бастарду, моей камеристке Хелле. Кольцо, с вырезанным гербом Маргейтов, двумя перекрещенными копьями на фоне крепостных ворот, красовалось на руке Хеллы.
Но, не смотря на это, она не собиралась оставлять своё место рядом со мной. В ночь перед отъездом я, уверившись в том, что за мной не следят, отправилась в портретную галерею. Хелла пошла вместе со мной.
Я ходила из одного конца галереи в другой. Разговаривала с портретами. Но ничего не происходило.
— Госпожа, кажется, сейчас появится… — испугано зашептала Хелла.
— Нет, Хелла. Призраки не ходят по коридору в подкованных сапогах. — Я схватила её за руку и затащила в тайный ход. На моё счастье, здесь был один из выходов из тайных путей. — Молчи, Хелла. Чтобы не случилось, молчи.
А за стеной оказались Олидар и Джореф Маргейты и их отец, прибывший сегодня утром ко двору. Весь двор ждал скандала. Но скандала не было.
— Зачем ты приехал, отец? — раздраженно бросил Олидар.
— Вы сказали, что поговорим в надёжном месте, где точно нет лишних ушей. Портретная галерея Сарнийских по-вашему надёжное место? — удивился старший лорд.
— Сейчас да. Сюда даже угрозами никого не загонишь. — Ответил Джореф. — К чему был этот приезд? Твое слишком уж добродушное настроение после новости о том, что старший сын и наследник женится на служанке, уже привлекло не нужное внимание. Могут найтись и те, кто заинтересуется, с чего это ты так спокоен. А выяснить с каким именно лордом спала мать Хеллы не так уж и сложно. Мы не один год шли к цели, и можем споткнуться буквально в шаге от главного приза. Это служанка опальной принцессы никому не нужна. А единственная наследница лорда Алисандр лакомый кусочек.
— А вот важно чего захочет сама Хелла, ведь это служанку можно прижать в любом коридоре. А за подобное с наследницей древнего рода можно и на плаху угодить. Не сорвётся рыбка? — с такой же насмешливой интонацией, что и у младшего лорда Маргейта, спросил сыновей отец.
— Нет, она влюблена как кошка. — Усмехнулся Олидар.
— А принцесса?
— С принцессой у нас выгодное ей соглашение. — Рассмеялся Джореф. — Свадьбу, конечно, торопить не стоит, но вот озаботиться тем, чтобы после свадьбы у меня было зелье для скорейшего наступления беременности у принцессы необходимо. Жаль, ничто не сможет гарантировать, что уже первый ребёнок будет сыном.
— Ничего страшного, легче будет изобразить умирающего от любви зверя, который живёт только для детей. — Усмехнулся старый лорд. — Ведь рождения сына принцесса не переживёт. А обвинить можно будет Дартана или его сына.
Я в ужасе посмотрела на Хеллу, но увидела кузена, стоящего в паре шагов за спиной Хеллы. Даже не задумываясь, как он попал в тайные коридоры, я сорвала кольцо. Снежный щит стеной двинулся в сторону кузена и… И столкнулся с таким же щитом, правда, гораздо слабее. Поэтому после недолгого сопротивления, Гарден оказался снова приморожен, только уже к стене. Я прижала острие небольшого кинжала к его горлу. И почувствовала ледяной укол в собственную шею.
— Уберите оружие принцесса. Не вынуждайте меня причинять вам вред. — Раздался знакомый голос за спиной.
— Госпожа, а теперь уже можно говорить? — уточнила Хелла.
Глава 9.
— Патрик, убери. Арабелла не собирается причинять нам вреда. — Вдруг почти спокойно и тихо произнёс Гарден.
— Патрик? — не удержала удивления я.
Вот почему голос показался мне знакомым. Тот самый мальчишка, который вылез из-под кровати Гардена, сейчас угрожал мне ледяным клинком. И это была его магия, причём пробудившаяся.
— А ножик она у твоей шеи держит тогда для чего? — насупился мальчишка.
— А нас точно не услышат? — шепотом напомнила нам Хелла.
Я медленно убрала лезвие от шеи кузена и вернулась к слуховому отверстию. Вообще услышать нас не должны были, но проверить не мешало. Впрочем, может, нас и не услышали, но последствия применения магии заметили.
— Что это такое? — схватился за клинок старший лорд Маргейт.
— То, из-за чего, здесь точно не будет лишних ушей и нас никто не услышал. Призрак королевы Анны. Она здесь приморозила Гардена, когда он шёл соблазнять Арабеллу. — Пояснял ему Олидар. — А сейчас видишь? Камни загорелись синим и изморозь по всей стене.
— Пошли отсюда, пока нас как Гардена к колонне не приковали льдом. — Поспешили убраться из галереи Маргейты.
А я развернулась к Гардену, посмотрела на Патрика, вспомнила то, какую картину мы застали тогда в галерее…
— Я так понимаю, что призрака, который тебя приморозил, зовут Патрик? И изобразив явление духа моей мамы, ты решил избавиться от необходимости идти меня соблазнять? — сложила я руки на груди, Гарден с тяжёлым вздохом кивнул. — А так как отказать отцу, жаждущему женить тебя на мне, а потом быстренько сделать вдовцом, ты не мог…
— Именно так. — Подтвердил кузен.
— А как вы заставляете камни гореть синим? — уточнила я.
— Вот это не мы. Они сами. — Простодушно ответил Патрик.
— Ага. Сами. Отлично. А магия нашего рода у тебя тоже сама проснулась!? — ощущение, что я попала в начавшую сход лавину, всё нарастало.
— Ваше Высочество… Арабелла, нам нужно поговорить. — Не привыкшая слышать от Гардена такой тон, я уставилась на него с подозрением.
— Думаю, очень надо. И прямо сейчас. — Согласилась я. — Где разговаривать будем?
— Нигде. Здесь не замок, а проходной двор повсюду. — Усмехнулся Патрик.
— Я думала, что реже всего заходят в вашу комнату, госпожа… — покраснела Хелла.
— Ну, уж нет. Ещё пикантных сцен с участием кузена мне не хватало. — Задумалась я.
— Я знаю одно место. А если что, то легко спишем на призрака. — Сказал Гарден, и после того, как я освободила его от действия своей магии, повел нас всех… В кабинет моего отца, в который попасть можно было как раз по этому коридору.
— И много тайных коридоров ты знаешь? — уточнила я.
— А он ещё и не один? — глаза развернувшегося ко мне Гардена вспыхнули мальчишеским азартом.
Понятно, значит, комнату-тайник он открыть не смог. Кабинет не открывали со дня смерти моего отца. Магия надежно закрывала ведущую сюда дверь. Но только от тех, кто не имел дара и не был Сарнийским.
В кабинете Патрик быстро придвинул два кресла к камину, развёл огонь и чуть ли не силком накрыл севшего в кресло кузена покрывалом. Выглядело это даже забавно. И грустно. Потому что я как никто понимала, что они так заботятся друг о друге, потому что больше, кроме друг друга, они никому не нужны. Как и я с Хеллой.
Хелла устроилась на небольшой скамеечке для ног рядом с креслом. Посмотрев на неё, Патрик повторил её действие.
— Значит, у тебя проявился родовой дар? — начал Гарден и кивнул на вернувшееся на своё место кольцо с гербом. — Почему же ты его скрываешь?
— Потому что стоит мне о нём объявить до совершеннолетия, когда я, предъявив пробудившийся дар и мужа-консорта, могу стать королевой, твой отец мигом состряпает для меня встречу с ледяными тварями. Как в своё время для моего отца и брата. — Усмехнулась я. — А вот почему ты о нём молчишь, загадка.
— Ты знаешь? — помрачнел Гарден. — Не удивляйся. Мама иногда бредит… Поэтому за ней ухаживают глухонемые послушницы. У меня дар не так силён как у тебя, да и пробудился он всего несколько лет назад. А скрываю… Я понимаю, что мою маму ты ненавидишь, но она моя мама. И она меня любила просто за то, что я её сын. В отличии от отца, которому даже внешностью я не угодил, потому что не уродился похожим на Сарнийских. И все мои счастливые воспоминания связаны с ней и твоим братом. Ты может, не помнишь, но мы были друзьями…
— И пока твой отец не уверен, что сможет остаться у власти после моих двадцати пяти лет, земли и замок, принадлежащие твоей матери, ему необходимы. А значит и жизнь леди Ирлид он будет стараться сохранить. — Озвучила очевидное я. — А если он узнает, что у его сына пробуждённый дар…