— Едва посмотрев, — рассмеялась принцесса. — На нём же вязь орнамента только для того, чтобы прятать символы, которые использовали маги крови в своих ритуалах. Не переживай, опознать их может только тот, кто уже сталкивался с таким способом написания этих символов.
— А ты, значит, сталкивалась? — прищурилась я.
— Хелла, выйди пожалуйста. Прости, но дальнейший наш разговор с Арабеллой, может стоить тебе жизни. — Попросила Терриэль, и, дождавшись, когда улыбнувшаяся ей Хелла выйдет, продолжила. — Сила мага напрямую зависит от его резерва, скорости его наполнения и пробудился ли источник полностью, или только отголоски дремлющего дара пробиваются искрами. Я с ранних лет восхищалась Таром, он всегда и во всём был лучшим. И почему-то, в детстве, он всегда находил для меня время, и я никогда ему не мешала. Мой первый клинок мне подарил он. И я старательно училась, боясь его разочаровать. Когда у меня очень долго не получался проворот клинком, и все мастера махнули рукой, кузен тратил часы своего отдыха на объяснения. И когда у меня получилось, он так посмотрел… И я решила, что, во что бы то ни стало, я ещё не раз заслужу именно такой взгляд. Я училась, тренировалась, вникала в основы, но однажды поняла, вот он предел. Дальше меня не пустит сила моего дара, точнее его границы. И я решила, что это не означает, что я проиграла, это означает, что нужно просто раздвинуть эти границы. Тогда я смогу встать на один уровень с кузеном, стану ему равной.
— И ты полезла искать обрывки знаний магов ордена Крови? — почему-то шёпотом спросила я.
— Да. И нашла. И дополнила их работы… Только оказалось, что для Тара я так и осталась вечно бегающей за ним хвостом мелкой девчонкой, и другой роли в его жизни для меня нет. — Кивнула принцесса. — Тогда я воспользовалась теми знаниями, которые накопились у меня к тому времени, и возможностями принцессы. Знаешь, за что казнили мою наставницу?
— За яды, — подтвердила я.
— Нет. За приворотное зелье, действие которого было основано на магии крови. Думаю, для кого оно предназначалось не надо уточнять? — усмехнулась она. — И я благополучно смогла споить его Тарьеру. А вот потом всё пошло наперекосяк. Его отправили с проверкой в одно из основных учебных заведений империи. И надо было ему там попасть под проклятье своей истинной! Проклясть же можно на что угодно. Она прокляла на любовь к себе. Её проклятье сплелось с моим приворотом… У Тара не было шансов, встретить истинную, да ещё быть приворожённым к ней и проклятым на любовь к ней же! Но я надеялась успеть! Пока связь не пробудилась… Благодаря приворотному зелью, вторую часть которого выпила я, я смутно ощущала всё, что происходит с кузеном.
— И что ты сделала? — спросила я, когда она замолчала.
— От некоторых очень много проблем, и вот когда этих некоторых нет, то нет и проблем, которые они порождают. Но у меня были только примерные черты для опознания: примерный возраст, цвет волос. — Горько усмехнулась принцесса. — Недавно пограничье, где был Тар, захлестнула целая волна убийств похожих девушек.
— Ты?…
— Спустила охотников за головами. Рыжеволосых в нашем пограничье поубавилось. — Признаётся она в причине гнева на неё императора. — Тарьер пообещал отцу, что лично меня уничтожит, если тот не примет мер и не лишит меня возможности… Поэтому и брачный договор с орками.
— Тогда на что ты надеялась? — удивилась я, садясь на кровати.
— Что смогу резко расширить свой резерв, и вдарить по кузену и его "истинной" заклятием очищения, вложив все силы в один единственный удар. Хотела уничтожить разом и свой приворот, и её проклятье. — Села рядом принцесса.
— Почему же передумала? — прижалась я плечом к её плечу.
— Появилась тут одна зверушка и напомнила мне, что я всегда могу быть принцессой. А принцесса императорской крови не сожалеет о своих ошибках. Она извлекает из них уроки. — Улыбнулась принцесса. — Держи. Моих сил и так хватит, чтоб перетряхнуть всю их степь до основания. А тебе нужно, чтобы отомстить. У тебя есть место, где ты смогла бы провести дней пять в горячке?
— Есть. Обитель. — Я аккуратно сжимала небольшой фимиам с мерцающей бордовым цветом жидкостью.
Пальцы запутались в цепочке, на которой он крепился, и которую только что сняла со своей шеи принцесса.
— Я не должна этого знать. — Улыбнулась принцесса. — Но учти, как будущая царица орков, потребую уступок по договору со степью от королевы Сарнии.
— Царица орков? Этот титул остался только в легендах. — Рассмеялась я. — Власть у орков не наследуется.
— Это пережитки прошлого, пусть привыкают к новым порядкам. — Прятала за озорной улыбкой слёзы Терриэль. — Надо только сократить расстояние между нашими границами.
— Конечно, главное не упустить один незначительный нюанс. — С серьёзным видом кивнула я. — Обычно, расстояние между Великой Степью и Сарнией принято называть Чёрной Империей. Боюсь, твой папа не одобрит сокращение расстояния между нами.
— Ндаа… Неудобно как-то с папой получилось. — Уже искренне улыбалась принцесса.
Впрочем, с императором действительно получилось неудобно. Её Высочество, не скрываясь, обвинила отца, что это из-за того, что он пытался интриговать и создать ситуацию, когда я буду вынуждена разорвать помолвку с Маргейтом и выйти замуж за лорда-протектора, мы обе оказались в западне. И только вмешательство орков спасло наши жизни.
О том, что и император, и лорд Тарьер и ещё многие лорды атаковали тварей, она решила не упоминать. Ведь первыми между нами и волной порождений Мрака на самом деле встали орки.
— Последите за языком, Ваше Высочество! — попытался осадить принцессу император. — Вы голословно обвиняете императора.
— К чему доказательства, если всё очевидно! Отец, вы даже мне проигрываете три шахматные партии из пяти! — усмехнулась принцесса. — Потому что ваша цель всегда понятна уже после нескольких ходов.
— Терриэль, ты моё дитя! Вспомни об этом, прежде чем задирать нос. — Свидетели того разговора в этот момент увидели не императора, а отца.
— Я всегда об этом помню, отец. Потому что природа взяла вас за образец, исправила все ошибки, и получилась я. — Нос принцесса и не подумала опускать.
Жаннет с нескрываемым восторгом пересказывала, что зал, где происходил этот разговор, принцесса покидала под гробовое молчание. К вечеру этот разговор оброс такими подробностями, что казалось, что Терриэль и Мраку его права и обязанности сможет зачитать.
Впрочем, император попытался взять реванш уже за ужином, когда посетовал, что орки живут по меркам имперцев почти на улице. А его дочь, принцесса, и привыкла к удобству и комфорту. И, мол, император переживает за здоровье и благополучие Её Высочества, а потому, предлагает дочери остаться во дворце.
— В конце концов, Саргал может просто приезжать в гости. — Улыбался император. — Правда Терриэль придётся дать клятву, что она ничем не будет стараться навредить Истинной своего давнего возлюбленного. Кстати, почему вы не привели её на ужин лорд? Неужели целительские артефакты не справились с ожогами от пламени вашей страсти?
— Отец, вы мне не напомните где и при каких обстоятельствах, а главное кому я признавалась в своих чувствах к лорду Тарьеру? Не вот это "да все знают", а конкретные имена? — уточнила вдруг принцесса, заставив замолчать разом и всех присутствующих, включая слуг.
— А разве это не так? — удивился император.
— Отец, вы не могли не заметить, что мой брат, официальный наследник, во много раз уступает по силе вашему же племяннику. Говоря откровенно, он посредственность и лентяй, долгие годы стремящийся только к праздной жизни и избегающий даже необходимых тренировок. — Видно решила раз и навсегда отбить охоту язвить в свой адрес её высочество. — И чем старше становился брат, тем явственнее вы, отец, понимали, что Империя, доставшись такому наследнику, просто рухнет. Поэтому решили и сохранить силу в роду, и посадить на трон того, кто действительно будет заботиться об этой земле. И чтобы не возникло проблем, мне с младенчества внушали, что лорд Тарьер предназначен мне в мужья. Что этот мужчина мой. Что странного в том, что я привыкла к этой мысли и воспринимала это как что-то неизменное?
— Но я встретил свою истинную пару. И выбора между тобой, которую мне прочили в жёны, и Истинной даже не вставало. — Непонятно зачем влез в семейный обмен ядом лорд Тарьер.
— Какой ещё Истинной, Тар? — рассмеялась принцесса. — Твоя, как ты говоришь, Истинная прокляла тебя неснимаемым проклятьем на любовь к себе, обернуть которое можно, только если убить проклявшую в первые семь дней от произнесения проклятья. Да ещё и приворот, который ты получил ещё здесь, во дворце, ослабил твою защиту.
— Это так, но приворот и проклятье лишь ускорили пробуждение связи Истинных. — И вот ведь тарелка стояла прямо перед ним, но лорд Тарьер предпочёл говорить.
— Да? Тогда почему эта связь до сих пор не подтверждена? Более того, пламя страсти, то есть сила, вырвавшаяся из-под контроля от близости истинной, обжигает, только когда оно не разделено. Не взаимно, Тар. Ты говоришь о пробуждении связи, раструбил по всей империи, что нашёл свою пару, но твоей матери приходится врываться в твои покои и спасать девушку, и так получившую сильные ожоги из-за твоего, и только твоего, желания. Где она сейчас? Сбежала, попросив забрать у неё твоё родовое кольцо и оставить её в покое. От истинных невозможно уйти добровольно. А она ушла. И она боится тебя. Не похоже на пробудившуюся связь. — В который раз подтвердила свою славу опасного врага принцесса.
А Саргал за всем этим наблюдал с видом довольного кота. Принцессу не одергивал, обращался вежливо, только грозно зыркал на иной раз забывавшихся придворных.
— Вам не кажется, что вы слишком много позволяете Её Высочеству? — процедил сквозь сжатые зубы император.
Почему-то отпускать принцессу в степь он резко перехотел.
— Нет, мне не кажется. Резвиться девочка. Ну, так характер такой. Говорят, что это у неё наследственное. — Улыбался орк императору, оставлять принцессу и идти на поводу у императора он явно не собирался.