После ежегодных аттестационных экзаменов Бланш представила кавалера родителям. Разумеется, как простого знакомого. Он произвел на них благоприятное впечатление и с тех пор мог на законных обстоятельствах появляться в доме любимой девушки.
Каникулы, как и прежде, Зара проводила у Одели. Днем занималась магией, под руководством магистра Маргута или самостоятельно, вечерами выслушивала очередную партию любовных вздохов от подруги и, советуя ей быть разумнее, окуналась в бурную светскую жизнь Айши.
В то лето они впервые выехали в загородное имение Одели: то ли граф о чем-то догадался и поспешил на время пресечь слишком плотное общение наследницы фамильного титула и состояния с капитаном Мавери, то ли его просто утомила городская суета. Бланш, разумеется, уезжать не хотела, а вот Зара была всеми руками "за": она чувствовала, что переусердствовала с учебой и ночными бдениями.
Как оказалось, владения Одели (нечто вроде загородной виллы) находились в дюжине миль от столицы, что, несомненно, было удобно для графа, которому время от времени приходилось уезжать по делам в Айши.
Построенный в "деревенском стиле", господский дом пробудил в Заре детские воспоминания; впервые за три года она всерьез задумалась о матери.
Под влиянием сиюминутных чувств девушка написала ей длинное письмо, в котором, все же солгала, сообщив, что никак не может приехать даже на пару недель — она уже не считала гостиницу Эгюль своим домом, большой шумный город, полный развлечений и возможностей, прочно занял место родной деревни. Вот бы потом выписать мать сюда, нечего ей чахнут в забытом всеми богами месте! Если хочет, пусть заводит постоялый двор в Новом городе, деньги достать не проблема, можно продать старую гостиницу, а недостающие занять у Бланш.
К письму Зара приложила подарки — яркий шелковый шарф и пару перчаток.
Видимо, получив от Авеста записку с уверениями в вечной преданности и обещанием приехать (что там обычно пишут в таких случаях?), Бланш немного повеселела, даже настолько, чтобы съездить в гости к соседям — лорду и леди Таст. Вернее, только к леди Таст: ее супруг почти весь год безвыездно проводил во Дворце заседаний, удивительно, как у них вообще рождались дети! А их было трое: два мальчика и девочка.
В тот год в имении Тастов гостила их дальняя родственница — Сабина.
Зара впервые увидела ее в гостиной. Тихое незаметное существо, с волосами непонятного мышиного цвета, не сказать, чтобы красавица, но симпатичная — единственный плюс, но сколько на свете милых девушек! И глаза у нее эльфийские — большие и немного грустные.
— Здравствуйте! — Сабина оторвалась от вышивания и приветливо улыбнулась. — Могу ли я чем-нибудь вам помочь?
— Леди Таст дома? — Бланш с интересом рассматривала новую обитательницу дома.
— Да, разумеется, — девушка позвонила в колокольчик и приказала вышедшему на зов слуге: — Доложите тете о приезде… — тут она замялась и вопросительно посмотрела на гостей.
— Графини Одели с подругой. Мы с Вами соседи, — Бланш присела в одно из кресел, приглашая Зару последовать ее примеру. — А Вы, наверное…
— Сабина, — снова улыбнулась девушка. — Я двоюродная племянница леди Таст, леди Сабина Менах.
Хозяйка дома уговорила гостей задержать у нее на пару дней, предварительно уведомив об этом графа Одели: "молодые лица — как глоток свежего воздуха". Девушки отказываться не стали, с радостью вбирая в себя образы и запахи старого, много раз перестраиваемого дома — в отличие от графов Одели, чье фамильное гнездо находилось намного южнее, род Тастов брал начало именно из этих суровых стен. Наполовину замок — наполовину помещичий дом, он производил тягостное впечатление, подавлял своими объемами, узкими окнами, будто даже теперь, спустя десятки, если не сотни лет после постройки, был готов в любую минуту отразить нападение.
— Хочу вас обрадовать, милые девушки: к вечернему чаю мы ждем одного интересного человека, — будто по секрету сообщила за обедом леди Таст; ее слова глухо отзывались под сводами "каменного мешка" столовой, отражаясь от отполированных лат на стенах. — Он, как и вы, за исключением Сабины, она у нас, как я, девочка обыкновенная, имеет самое непосредственное отношение к магической школе. Нет и тридцати — а уже сделал карьеру! Такой завидный жених, девочки!
Бланш и Зара вопросительно переглянулись: кого это хозяйка прочила им в мужья?
К вечеру обе успели забыть об обещанном госте.
Увлеченные сочинением письма Авесту, девушки шли вдоль берега реки, когда услышали топот копыт.
— Жених леди Таст приехал, — смеясь, прокомментировала Зара и увлекла подругу на боковую дорожку, чтобы выйти к дому.
Подходя, они услышали голос Сабины, что-то вроде: "Рада видеть Вас у нас!". А вот и она сама: стоит на нижних ступеньках, прижимает книгу к груди и улыбается кому-то.
Приглядевшись, девушки поняли кому — баронету Аидаре.
В последний раз Зара видела его полтора года назад и нашла, что он изменился, теперь настоящий маг, даже в атласной мантии приехал. И во взгляде что-то такое — словом, то, что колдуну, а не какому-то фокуснику иметь положено. Понятно, почему Сабина так вокруг него увивается — рядом с таким невольно кокетничать начнешь.
Интересно, а он ее вспомнит? Нет, наверное — и немудрено: сколько людей на свете!
Девушки в нерешительности замерли за кустами бересклета, раздумывая, стоит ли подходить, здороваться с баронетом, или спокойно вернуться к реке, закончить разговор и встретиться с гостем за вечерним чаем.
Бланш предложила выбрать второй вариант; на том и порешили. Достаточно одной Сабины, чтобы Меллон Аидара не чувствовал себя брошенным.
Сочинение письма плавно перетекло в собирательство трав. Обвешенные разноцветными пучками, они, смеясь, в шутку соперничали в искусстве заклинаний, песнями приманивали птичек, меняли цвет лепестков цветов — тут уж они дали волю воображению.
Меллон встретил их возле беседки, где успешно перешедшие на четвертый курс будущие дипломированные колдуньи пытались силой мысли заставит чашки из буфетной переместиться к ним в руки. Заклинание было сложным, они постоянно путались, множа кучу ненужного хлама у своих ног.
— По-моему, легче сотворить дракона, чем перетащить сюда эту злосчастную посуду! — сокрушалась Зара, покусывая губы. — Бланш, кажется, у тебя лучше получается: ты хотя бы справилась с одним блюдцем.
Графиня Одели нахмурила лоб и беззвучно зашевелила губами.
— Нет, не могу! — сокрушенно выдохнула она через минуту. — Это так тяжело!
— Нам нужно больше тренироваться, а то завалим выпускные экзамены.
— Я бы предпочла, чтобы мне достался вопрос по зельям или простейшей природной магии.
— Главное, чтобы левитировать не заставили! — рассмеялся баронет, неожиданно появившись из-за кустов. Он успел переодеться и для непосвященных ничем не отличался от обычных людей. Посвященные же видели брошь в виде цветка бессмертника, которую носили абсолютно все колдуны и колдуньи.
Леди Таст предупреждала, что у нее гостят дочь соседей и ее подруга, очевидно, это они. Обе симпатичные, и обе покраснели при его появлении.
Сам того, не желая, Меллон напугал их, нужно было хоть как-то обнаружить свое присутствие. Он уже хотел извиниться, когда обратил внимание на стоявшую ближе к нему девушку.
Эти глаза, искрящаяся бездонная синева, будто у Советника… Что-то знакомое. Да, абсолютно такая же, как у Рэнальда Рандрина, но ассоциировавшаяся почему-то не с ним.
Где он мог их видеть? Ну, конечно, это та самая девушка, которая привлекла его внимание на одном из школьных балов! Сейчас она изменилась, но глаза остались прежними.
Тогда она была еще подростком, а теперь… Теперь она, наверняка, окружена роем поклонников. Признаться, ему самому хотелось сделать ей комплимент, только на ум, как назло, не шло ничего, кроме банальностей.
Кто бы мог подумать, что они здесь встретятся!
Как же ее звали? Увы, имя напрочь вылетело из головы, а глаза остались. И то непонятное, но приятное томительное ощущение, которое они рождали где-то в глубине его души.
Девушки стушевались и поспешили убрать последствия своих неудачных магических опытов.
— Вы учитесь в магической школе, не так ли? — Меллон подошел к беседке.
— На четвертый курс перешли, — с гордостью ответила Зара, смерив его оценивающим взглядом.
— Вы неправильно делаете, нужно…
Он хотел показать, объяснить, но ему не позволили:
— Спасибо, мы обойдемся без Вашей помощи. В Вашем возрасте мы будем колдовать не хуже.
— Вы за словом в карман не полезете! — улыбнулся баронет. — Только Вы напрасно отказываетесь от советов, иногда они бывают полезны.
— Простите, — Зара поняла, что ответила слишком грубо, — я не хотела Вас обидеть.
— А я и не обиделся. Наверное, Вы в чем-то правы: следовало сначала спросить, нужно ли Вам помогать. Уверен, у Вас бы все получилось, не напугай я Вас.
— Вы не напугали, мы и так собирались заканчивать, верно, Бланш?
— Да, раз у нас все равно ничего не выходит, — пожала плечами подруга.
— В таком случае пойдемте в дом. Графиня Таст просила найти вас и позвать к чаю.
За чаепитием хозяйка дома представила гостей друг другу, несколькими яркими штрихами обозначив их достоинства.
— Графиня Одели? Как же, я знаком с Вашим отцом, даже имел честь бывать у Вас. Вы, наверное, меня не помните…
— Как я могу забыть одного из лучшего выпускников нашей школы? — улыбнулась Бланш, без помощи рук пододвигая к себе сахарницу.
Она бы еще добавила: одного из красивейших, но благоразумно промолчала.
— А я даже танцевала с Вами на ежегодном выпускном балу, — добавила Зара. Не удержалась.
— Все верно. Я Вас вспомнил. Вернее, не Вас, а Ваши глаза.
— И чем же так примечательны мои глаза? — рассмеялась девушка. Было приятно, что ее образ не потонул в пучине его сознания.
— Своим сиянием.
Зара промолчала и задумчиво посмотрела на него. Обычно все упоминали цвет, а он заметил что-то другое…