– Что тебе понятно? – вспылила я. – Ты что, господь бог?
– Я не господь бог, – усмехнулся он. – Но вас, девчонок, вижу насквозь.
– И что же ты видишь?
– Вечно вы хвостом крутите, а парни потом из-за вас проблемы огребают…
– Ах, вот как? Ну и иди своей дорогой, вдруг проблемы огребешь! – выпалила я и побежала к дому, с которым как раз очень удачно поравнялась.
– Не споткнись! – крикнул он мне вслед.
Влетев в подъезд, я захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней лбом, благо консьержка уже давно ушла домой. На глазах закипали злые слезы – почему, ну почему мы с ним никак не можем поговорить по-человечески? Каждая встреча заканчивается такими любезностями, что потом вспоминать стыдно.
Все же было хорошо! Шли себе, тихо-мирно разговаривали, и вдруг… Не совсем тихо и мирно, конечно, но бесконечный обмен подколками мне даже нравился – зато не скучно. И всегда можно разговор поддержать.
Кто же виноват, что Денис вечно попадается на моем пути в самый неподходящий момент! Для него неподходящий, конечно…
Глава 13И сбоку бантик
На следующем занятии, едва я шагнула в зал, ко мне подошел Федя.
– Извини, что вчера так вышло, даже не знаю, как получилось… – с места в карьер начал он, забыв поздороваться.
– Привет, Федя, – вежливо ответила я. – Ничего страшного. Тебе вообще не за что извиняться.
Он непонимающе уставился на меня. Пришлось пояснить:
– Ты ни в чем не виноват. Извиняться должен кое-кто другой…
– Так ты на меня не обижаешься? – совсем по-детски спросил Федя.
– Конечно, нет, – утешила я.
Я и правда не испытывала обиды – не всем же быть героями. Просто вдруг поняла, что с этим парнем у меня ничего общего быть не может.
Кроме танцев, конечно. Глупо отказываться от партнера, с которым у нас, как выяснилось, неплохо получается. А дружить при этом совсем не обязательно. Даже наоборот, личная дружба мешает. Лучше чисто деловые отношения…
Больше мы с Федей к этой теме не возвращались, сделав вид, что ничего не произошло, и продолжили заниматься как ни в чем не бывало. Даша тоже вела себя как обычно, не глядя в нашу сторону. Странное дело, злости я не испытывала, мне было даже ее немного жалко – получается, она видит только такой способ вырваться вперед…
Вот если бы при мне кого-нибудь похвалили и я, допустим, этому человеку позавидовала, искренне считая, будто только я сама достойна первого места, – что бы я предприняла в этом случае? Начала бы усиленно заниматься и тренироваться, стараясь на самом деле стать лучше. А если человек пытается заслужить похвалу, оттолкнув другого и заняв его место, что о нем можно сказать? Только пожалеть…
Пожалуй, я была даже благодарна Дашке за то, что она срежиссировала такую по-киношному сильную сцену. Этот эпизод позволил всем актерам-участникам блестяще проявить себя и свои таланты. Денис меня нисколько не разочаровал, наоборот – восхитил тем, как ярко исполнил свою роль. Мы даже наконец-то поговорили, а не просто перебросились парой фраз. Я узнала о нем много нового, даже название его команды… Конечно, вряд ли она называется «Зайцы», но шутка смешная! И ничего, что в конце концов мы снова поссорились – похоже, это стало входить у нас в привычку…
Под конец занятия у меня уже звенело в ушах от «Калинки», под которую Ясея решила ставить номер для отчетного концерта. У нее были разные варианты русских народных песен, но в итоге она выбрала именно эту, как она объяснила, самую любимую и узнаваемую. Что верно, то верно – вряд ли в нашей стране нашелся бы индивидуум, не знающий «Калинку», – но нам от этого было не легче.
Я боялась только одного – Ясея опять совершит какую-нибудь диверсию и скажет что-то про нас с Федей. Но сегодня она просто поблагодарила за занятие и попрощалась традиционным поклоном.
Все устало потянулись к выходу, а я, повинуясь внезапному порыву, подошла к преподавательнице:
– Можно с вами поговорить?
Я успела поймать испуганный взгляд Даши и усмехнулась про себя. Так ей и надо, пусть попереживает, что я решила нажаловаться, и теперь ее вообще могут выставить из ансамбля.
– Слушаю тебя, – откликнулась Ясея.
Мы с ней присели на подоконник, и я, набравшись смелости, выпалила:
– Зачем вы нас вчера похвалили? Мы же явно не лучше всех.
– Не лучше, – неожиданно согласилась она. – Но вы выглядели самыми неуверенными, поэтому я и решила вас подбодрить.
Уж чего-чего, а такого я услышать не ожидала.
– Но нам ведь теперь все будут завидовать! – воскликнула я, скрывая возмущение. – И если мы вдруг сделаем что-нибудь не так, не простят.
– Да не бойся ты, – улыбнулась преподавательница. – Очень скоро все забудется, сегодня вы лучшие, завтра они…
Я не стала спорить, только попросила:
– В следующий раз, если будете хвалить для профилактики, выберите, пожалуйста, кого-нибудь другого.
Ясея кивнула:
– Хорошо.
И добавила уже мне вслед:
– Только у вас и правда получается неплохо.
Странно, но это меня совсем не утешило.
В раздевалке уже никого не оказалось – пока я разговаривала с преподавательницей, все успели переодеться и разойтись. Я запоздало сообразила, что сегодня придется идти домой в одиночестве, и мне стало не по себе – вдруг Дашка не остановится на достигнутом? Даже ненадежный спутник Федя наверняка уже ушел, а Дениса я сегодня могу и не встретить…
– Ир, – вдруг позвали меня из-за вешалки.
Я вздрогнула от неожиданности, обернулась и увидела ту, о которой напряженно размышляла, собственной персоной.
– А я тебя жду, – сообщила Даша совсем не свойственным ей тоном – без обычного вызова и напора.
Я молчала, уже догадываясь, что она скажет.
– Ты рассказала Ясее? – осторожно уточнила Даша.
– О чем? – прикинулась непонимающей я.
– О вчерашнем, – потупилась она.
– Ах, ты об этом, – будто только сейчас сообразила я. – А напомни, что произошло вчера?
Дашка поморщилась.
– Хорош прикалываться. Так рассказала или нет? – нетерпеливо выпалила она.
Я не стала больше ее мучить.
– Нет, а стоило?
– Ой, спасибо! – неподдельно обрадовалась она и вдруг покаянно произнесла, опустив глаза: – Ты извини, что так вышло! Просто позарез нужно круто выступить, понимаешь? Мне один парень нравится…
– Понимаю, – кивнула я.
– Правда никому не расскажешь? – допытывалась Даша.
Видимо, на моем месте она обязательно рассказала бы, вот и не могла поверить, что кто-то способен поступить иначе.
– Правда, – кивнула я.
– Ладно, я побегу тогда, – деловито попрощалась Дашка и уже от двери еще раз бросила: – Спасибо!
Оставшись одна, я устало опустилась на скамейку. Казалось бы, проблема решена, можно больше ничего не бояться. Ходить по улицам смело, не оглядываясь и не опасаясь внезапного нападения из-за угла. Почему же от этого не стало легче?
На следующем занятии, едва войдя в зал, мы узрели кучу каких-то тряпок, сваленных в углу.
Ясея объявила:
– Дальше мы будем репетировать на сцене в костюмах, а то некоторые девочки до сих пор ходят в штанах, и ничего понять невозможно. В юбке совсем другая пластика, и вам пора ее осваивать, до концерта меньше месяца осталось.
Видимо, так она хотела нас приободрить – середина декабря была уже не за горами, и до концерта оставалось гораздо меньше месяца.
Мы с сомнением посмотрели на неопрятную кучу барахла.
– Это костюмы? – недоверчиво осведомилась Даша.
– Вас что-то не устраивает? – вскинула бровь Ясея.
– А нам тоже надо будет юбки осваивать? – деловито поинтересовался Дашин партнер Степан.
Все захохотали, но Ясея даже не улыбнулась.
– Понадобится – освоите, – отрезала она. – Но на этот раз у вас будут рубашки с поясом, брюки и сапоги.
– А если сапоги по размеру не подойдут? – спросил неугомонный Степа.
– Тому не повезет, – хмуро заметила Ясея.
Она была явно не в настроении, но парень никак не понимал, что сегодня не лучший день для шуток.
– А у нас что будет? – не выдержала Даша.
Мы тоже сгорали от любопытства, но помалкивали, опасаясь навлечь гнев преподавательницы.
– Синий сарафан с вышитой блузкой. – Ясея потянула за край наряда, лежавшего сверху, и послышался треск разрываемой ткани.
– Кому-то зашить придется, – невозмутимо прокомментировала она. – Вообще костюмы уже, мягко говоря, были в употреблении. Поэтому вам придется их самостоятельно постирать, отгладить и при необходимости отремонтировать. Я сейчас раздам не глядя, а потом уже будете меняться, если кому что не подойдет.
Домой я явилась с большим узлом. Лишнего пакета с собой не оказалось, а в рюкзак все не влезло, поэтому пришлось тащить доставшийся мне наряд прямо в руках.
– Мам, – позвала я. – Нам в танцевальной студии костюмы для концерта выдали! Надо его постирать, погладить, зашить…
– А что сразу «мам»? – возмутилась она. – Твой костюм, ты и развлекайся.
– Он не мой, – надулась я. – Мне его напрокат дали. Как бантик в музыкальной школе в третьем классе…
Тут меня осенило, и я хитро заметила:
– А помнишь, ты бантик утюгом сожгла? Значит, этим костюмом тоже должна заниматься ты.
– Ну и логика у тебя! – воскликнула мама. – А если я твой драгоценный костюм испорчу? Это тебе не бантик – не рассчитаемся…
– Ну ма-а-ам… – заныла я. – Некогда вообще! У меня занятия, репетиции и еще уроки, между прочим, никто не отменял. – Я применила запрещенный прием: – Ты же не хочешь, чтобы я на тройки съехала?
– А тебе не приходило в голову пожертвовать частью занятий в пользу уроков? – резонно возразила мама.
Я оторопело посмотрела на нее – такая простая и разумная мысль меня, естественно, не посещала.
– Ладно, – смягчилась она, глядя на мое удрученное лицо. – Давай сюда свой костюм.
– Ура! Спасибо! – завопила я, вручая ей непрезентабельного вида сверток. – Ты лучшая мама на свете!