— Я понимаю. — кивнул Папуля: — Человек не всесилен. А соблазнов слишком много.
— Не для Кетти… Она была сильной. И сейчас сильная! Я бы даже сказал — сильнее всех нас. Но Мари имеет своё влияние. За заботу и любовь она берет слишком высокую плату. Сохранять общение с Кетти было равносильно предательству. Так что… — Натан зажмурился и по его морщинистой щеке пробежала скупая мужская слезинка: — Мы все отвернулись от неё. И нет… Я не виню в этом Мари. У каждого своя голова на плечах… Но Кетти тогда, и сама не особо шла на контакт. А потом она замкнулась в себе. Ушла с головой в работу… Признаться честно, я даже не знаю были ли у неё друзья. Отношения там… Для меня — это загадка. Так что, если рассчитывали узнать больше — то вы пришли не по адресу.
— Хорошо. Да, в принципе, мы узнали, что хотели. — ответил Хук: — Единственный вопрос — а на чем именно она сидела? В Новом мире не так много препаратов, о которых Эрис не сообщила бы в медицинскую службу.
— «Сицилийская смола»… — вздохнул Натан, залив остатки жидкости из бокала себе в рот: — И мы видели, как она менялась. Просто не могли и подумать, что…
«Сицилийской смолой» называли коктейль на кодеиновой основе. Особый алкалоид из сонного мака, который влияет на организм дубликата почти, как морфин. Как правило, тот, кто принимает «Смолу» испытывает эйфорию, а также совершенно иначе ощущает боль. Если говорить доступным языком — обезболик, который поднимает настроение, но в тоже время успокаивает нервную систему. Идеальная дурь для психотерапевта, который страдает от бессонницы после трагического прошлого и толпы помешанных дубликатов с новыми личностными драмами.
— Извините, что надавили на старые раны.
— Ничего страшного… У вас такая работа. — с грустью улыбнувшись, ответил дяденька: — Только… Если не сложно… Сообщите лично мне, как найдёте её. Или… То, что от неё осталось…
После этих слов Натан прикрыл глаза рукой, а пёсель лишь жалобно заскулил.
— Обязательно, Господин Хуст. — произнес Хук, и мы направились к выходу.
Отъехав на приличное расстояние от дома родителей, Папуля наконец-то дал свои комментарии:
— Я всегда стремился к одиночеству. Дети, семья, друзья и родственники… Всё это, рано или поздно должно было меня покинуть. Но я готовился к тому, что меня ждёт. По крайней мере, были такие мысли… Но в очередной раз сталкиваясь с подобным, мне становится не по себе. А может быть, одиночество — это не выход? Может быть, это даже противоестественно?
— Так, в чем проблема? Бери Дунаевскую за шкирку и го в ЗАГС.
— Очень смешно… — отмахнулся экс-наставник: — Моё время ещё не пришло. Но Кейтлин прожила достаточно на Земле и на Марсе, чтобы начать соображать.
— Не все люди одинаково быстро взрослеют.
— По себе не суди. — хохотнул Папуля: — Просто, теперь я даже представить не могу, что же такого могло случится с Кейтлин здесь, что она подсела на дурь? Неужели призраки прошлого?
— Как вариант. И одиночество лишь усугубило ситуацию.
— А ведь ещё психолог… Тьфу! Сапожник без сапог. — отмахнулся Хук.
— Думаешь, она жива?
— Честно — понятия не имею. Слишком много странностей! Но мне удалось проверить все её звонки. Так что — покатаемся по городу, и может быть, что-нибудь откапаем.
— Может быть, и откопаем… — пожав плечами, ответил я: — Хук, скажи правду. На, кой черт ты взял меня с собой?
— А ты ещё не догнал? — лицо Папули исказила странная ухмылка: — Мне нужен свежий взгляд. Адекватный рассудок, который не позволит сдаться, списав всё на несчастный случай или трагическое стечение обстоятельств.
— Если честно, меня всё больше начинают терзать сомнения насчёт этой затеи. Уверен, что не ошибся в выборе?
— Более, чем. Ты просто не видишь свои горящие глаза. — ответил Хук, остановившись на светофоре: — Тебя же буквально распирает любопытство! Иногда, я даже удивляюсь, что в прошлой жизни ты был преступником…
— Хех… В прошлой жизни не было вигилантов. А полицейским платили слишком мало.
— Если бы всё упиралось в деньги, Малой. — загадочно произнес Папуля и тут же замолчал.
— Эй! Как это понимать?
— Подумай.
— Твою ж…
Чертов Магистр Йода! Ещё бы больше пафоса и загадочности нагнал… И почему нельзя разговаривать нормально?
+++
Прокатавшись ещё три часа по городу, мы опросили пятерых человек. Все они не так давно связывались с Кейтлин. И… все, как один были «в завязке». Из них мне запомнился Боб — инструктор по серфингу.
Молодой крупный парень. Слегка сутулый и со стеклянным взглядом, но видимо — это не мешало ему учить детишек кататься по волнам на доске.
— Мы познакомились у Филча… — у Боба была крайне интересная манера общения. Он, как будто внезапно проявлял интерес. Пододвигался и участливо смотрел тебе в глаза… Но эффекта хватало на полминуты, если не меньше. Парень мгновенно выдыхал и откидывался на спинку кресла, как будто тебя для него уже не существовало вовсе.
— Надзиратель Хогвартса? — поинтересовался я.
— Ага… — кивнул Боб и вновь бесчувственно откинулся на спинку плетеного кресла: — Миссис Норис была на шухере. Правда, потом её поймали ваши собратья. Но она стойкая женщина! Вынесла все пытки, а затем отправилась полоть государственные огороды аж на десять лет.
— Кошка? — продолжал спрашивать я.
— Нет. Филч — дилер. Распространитель «Смолы». А ещё он был контролером. Чтобы никто не палил контору. Потому его так и назвали. А Хогвартсом называлось место, куда ты мог прийти и полетать. Кафе на Минин Стрит. «Золотой ключик»… Его ещё закрыли из-за пожара.
— Припоминаю. — кивнул Хук: — Так, почему Миссис Норис попалась?
— Потому что, кто-то сдал контору. Началась облава! И Миссис Норис героически приняла удар на себя. А потом её пытали… — Боб вздохнул, и хотел поднести руки к лицу, но тут же осекся. Нарики частенько грызут ногти.
— Мы не пытаем людей. — ответил Папуля.
— Прикрываете своих собратьев. Это нормально. У каждого есть семья… Вот, к примеру, для меня семьей были Кетти и остальные ребята из «Золотого ключика». Я тоже их покрывал. Это нормально!
— Но мы и правда не пытаем людей. — здоровяк с недоверием посмотрел на Боба: — Давай, так… Как только вы соскочили — общение прекратилось?
— Нет. Мы же долго проверялись у врачей… Я вообще сидел на метадоне около месяца. И без помощи Кетти вряд ли бы завязал. — вздохнул парень: — В этом деле важна поддержка понимающих людей. Когда специалисты или… не дай бог — родственники говорят, что всё пройдёт. Или… что в этом нет никакой проблемы, ибо всегда можно соскочить — я улыбаюсь. Но не радостно… а, скорее — очень грустно. «Чистый» никогда не поймёт «грязного». Поэтому их слова всегда кажутся фальшивыми.
— Когда последний раз вы разговаривали с Кейтлин? — спросил Хук.
— Недели три назад… Знаете, у неё были свои фишки. Я относился к этому с пониманием.
— Какие «фишки»?
— Ну… Кетти была психотерапевтом всю свою жизнь. Помогала раненым и искалеченным душам прийти в норму. Говорят, она смогла доказать в суде, что у одного из «больных» не было никакого трансцендентного психоза. Представляете? Это должно было перевернуть мир… Но дело замяли. Кетти тогда чуть не сорвалась! Мы поддержали её, однако осадок остался. Она воспринимала это, как предательство.
— Кошмар. — вздохнул я, осуждающе покачав головой.
— Не то слово. — у Боба вновь включилось участие, и он придвинулся ближе к нам: — А ты, с выбритыми висками… Я чувствую в твоём голосе осуждение. Ты у нас, видимо, самый опытный, да?
— С чего бы? — возмутился я.
— С того, что смотришь с высока. Я вижу тебя… Золотой мальчишка, который во всех своих бедах винит окружающих. И не хочет ни на кого обращать внимания. — усмехнулся Боб: — Нет… Я понимаю, что наркомания — это билет в один конец. И, что дилеров нужно уничтожать, как и сами производственные лаборатории. Но… ты имеешь дело со свершившимся фактом. Мы уже упали… И поднялись назад. Или, ты хочешь сказать, что никогда в жизни не ошибался?
— Давай по делу. — нахмурился я, за что тут же получил едва заметный удар локтем от Хука.
— Извини, Боб… Марк у нас особенный. Любит шороху наводить. Но, давай поговорим об Кейтлин?
— Да… Я-то не против. Просто, не все понимают, что это такое. Вы не подумайте! Я же не со зла… Просто хотел, чтобы Марк понял. Только и всего… — быстро протараторил Боб: — Так вот, касательно Кетти… больше всего вопросов вызывала Аманда.
— Очередная «зависимая»? — поинтересовался Хук.
— Если бы. — вздохнул парень и вновь откинулся на спинку кресла: — Проблема в том, что Аманду никто и никогда не видел. Но Кетти всё время о ней говорила… Мол, Аманда это, Аманда то. Вечно рассказывала про, какие-то вытягивающиеся тени.
— Тени? — в моей голове жестоким триггером всплыло воспоминание из логова Нечто.
— Да! — тут же затряс головой Боб: — Кетти постоянно говорила, что видела, как во сне к ней подбираются страшные щупальца, которые состоят из теней! Но это последствия употребления «Смолы». Потом долго преследуют панические атаки, кошмары… Да там целый букет, мать его.
— Мы изучили весь список контактов, но никого похожего на Аманду не нашли. Скажи, может быть у неё были другие имена или прозвища?
— Бестия… — задумчиво произнес Боб, глядя в потолок: — Кетти сказала, что Аманда именовала себя Бестией. И что она прилетела из далека… Вы уж простите, но искать этого персонажа бессмысленно.
— Почему? — с интересом спросил я.
— Ну… Я понимаю, что это может звучать странно… — растерянно произнес Боб: — Всё же Кетти у нас дипломированный специалист и всё такое. Но мне кажется, что Аманды… никогда и не было.
— Галлюцинация? — Хук с подозрением прищурил глаза.
— Не совсем. Вот, к примеру — Эрис фиксирует диссоциативное расстройство идентичности… Ну, раздвоение личности, если говорить проще. Но, к примеру, если твоя личность в полном порядке. Условно… Но иногда в неё заглядывает на огонёк выдуманный друг. — Боб говорил очень осторожно. Как будто шёл по минному полю: — Эрис не поймёт, что именно происходит. Вымышленные друзья бывают у многих.