— Тогда почему ты с ним, — кузнец кивнул в сторону Мечтателя, — а не с ними?
— Тебя это не касается, — сощурив глаза, зло ответила девушка.
— Пусть так, — представление, которое устроила Некраса, похоже, произвело на Войслава нужный эффект. — Но у меня нет никаких причин верить вам.
— Я сказала, что могу снять это заклинание. А значит я могу его и наложить. Ты заключишь сделку со мной. Я сниму клятву с твоей жены, ведь так? А ты передашь нам рецепт. После чары развеются, и ты будешь полностью свободен.
— Те так же говорили, потом обманули, — колебался кузнец.
— Так мы никогда не придём к соглашению, уважаемый Войслав, — вмешался Мечтатель. — Нам не нужно, чтобы мы изготовили порох…
— Я могу включить это в соглашение, — перебила его Некраса. — Если нарушу клятву, то магия убьёт меня, как она убьёт тебя, если ты нарушишь свою часть.
Войслав ещё какое-то время думал.
— А откуда я могу знать, что ты прочитаешь нужное заклинание?
— Так, хватит! — прервал этот бессмысленный спор Мечтатель. — Высокочтимый Войслав, я понимаю, что вынужденное сотрудничество с алыми сделало вас крайне недоверчивым, но мы изложили наше предложение. Вы можете от него отказаться, а можете согласиться.
— Мне нужно подумать, — промямлил кузнец.
— Прошу простить, но времени у вас нет, — продолжил напирать Мечтатель. — Мы покинем город в ближайшее время, поэтому либо вы соглашаетесь сейчас, либо мы считаем, что наше предложение вас не заинтересовало.
Кузнец злобно посмотрел на Мечтателя.
— Они наложили свои чары на мою жену. Я думал, они хотят всего две бочки пороха, согласился, всё как твоя подруга говорила. Они порезали мне ладонь, мы пожали руки. А потом, когда я отказался поставлять ещё, жена чуть не умерла. Теперь я превратился в их марионетку, делаю, что прикажут. Если вы можете помочь — помогите. Я расскажу, как изготовить порох. Только освободите меня и жену. Детей они в это не впутывали.
Мечтатель удовлетворенно кивнул, посмотрел на Некрасу.
— Сегодня вечером, — произнесла та. — Мне нужно приготовиться.
Кузнец кивнул, они разошлись не прощаясь.
По дороге в лачугу Мечтатель гадал, почему красные не заколдовали кузнеца так же, как и Некрасу, даже спросил у неё.
— Это очень сильное заклинание. Возможно, Войтех единственный из нас, кто умеет подавлять чужую волю. Кузнеца могли заставить и иначе.
Когда они вернулись к своему домику, то у входа встретили хозяина.
— Прости, но я не могу больше сдавать вам этот дом, — заявил тот. — К нам прибыли рекрутёры вместе с княжеской гвардией, не хочу привлекать к себе внимание и рассказывать, откуда вы взялись. Особенно если с документами у вас всё плохо.
— Но мы заплатили… — начал было Мечтатель.
— Я честный человек и всё вам возвращаю, — сказал как обрезал хозяин, достав из кармана завязанный мешочек с деньгами и бросив его собеседнику.
Мечтатель поймал, стянул тесемку, пересчитал деньги.
— За сегодня не вернул.
— Помилуй Первопламя, но вы же переночевали!
— И ночью уйдём, — сказал Мечтатель.
— Пусть так, — не стал пререкаться хозяин. — Без обид? — он протянул руку, Мечтатель её пожал.
— Без обид, — подтвердил он. Хозяин кивнул с благодарностью и ушёл.
Когда он скрылся из виду, Мечтатель с тревогой посмотрел на Некрасу.
— Похоже, нам здесь не рады. Сегодня переночуем где-нибудь на задворках города, а завтра уходим. Я могу тебе как-то помочь?
— Нет. Будет лучше, если я побуду одна. У нас есть острый нож?
«Опять будет себя резать», — подумал Мечтатель. Понимая, что иного выбора нет, он отыскал в своих пожитках кинжал, который брал на всякий случай и протянул его Некрасе.
— Подойдёт?
Так кивнула. Мечтатель быстро собрал все имевшиеся вещи в походной мешок, после пересыпал деньги, которые вернул арендодатель в своё кошель, спрятал его в своих чёботах.
— Тогда не буду тебе мешать и пойду наведу справки по поводу визита рекрутёров.
Некраса кивнула. Они вновь проделали уже ставшую ритуалом последовательность действий с дверной щеколдой, после чего Мечтатель направился в корчму на въезде в Раскольню. По дороге туда он заметил аномальное большое число людей, высыпавших на улицы. Но ещё больше его напугали стражники и облаченные в доспехи рекрутёры, которые хватали случайно попадавшихся им мужчин и что-то убедительно внушали. Мечтатель благоразумно держался вдали от этих импровизированных «патрулей», хотя один из стражников обратил на него внимание, но трогать почему-то не стал.
Пик столпотворения пришёлся на часовню алых, к которой всё время прибегали стражники с тележками, грузили в тележки бочки с порохом и увозили в сторону выезда из города. Мечтатель попытался проследить, куда порох увозят, но не сумел выйти с центральной площади, поскольку дорогу на выезд оцепили.
— Куда?! — рявкнул на него стражник, преградивший дорогу. — Рвёшься в ополчение Раскольни? Или хочешь вступить в дружину князя?
Мечтатель не стал отвечать, бросил последний взгляд в сторону вереницы тележек, после чего затерялся в толпе, добрался до корчмы. Удивительно, но внутри почти не было посетителей, да и хозяин отсутствовал. За одним столиком сидело два шахтёра с какой-то бутылью из которой они то и дело доливали мутноватую забродуху себе в стаканы.
— Ну всё, браток. Верховный сюда метит. Алые-то изобретение нашего Войслава использовать научились, князь испужался. Идёт сюда, выжигать нас. Ховаться надо.
— Не, я в дружинники или ополченцы пойду. Застал прошлую войну, дружинники верховного тогды всех тут повырезали. На кой оно мне?
— Оно тоже верно.
Мечтатель всё понял. Началась война. Верховный князь с боями пробивался в Раскольню, чтобы захватить Войслава и выяснить секрет пороха, который алые, видимо, уже применили против него.
«Они взорвут бочки и завалят проход!» — осознал вдруг Мечтатель. Но как им с Некрасой вернуться в Мракгород?
В этот момент в голове у Мечтателя пронеслось много мыслей. Он успел подумать и о судьбе Войслава, и о том, что происходит в Мракгороде, и предстоящей резне в Раскольне, и о настроениях простых людей в землях младших князей. Но на первый план выступил вопрос: как выбираться из города?
«Афанасий Путешественник», — пришёл мгновенный ответ.
Афанасий Путешественник был легендарным персонажем, полумифическим, хотя жил чуть больше ста пятидесяти лет назад. Он исследовал и нанёс на карту всевозможные тоннели подземелий, основал несколько городов, зарекомендовал себя как бесстрашный и умелый воин. Это он придумал название для непроходимых территорий: тоннели мертвецов. И не случайно. Афанасий сам лично исследовал раскольненский тоннель, сумел найти дорогу через него к поверхности, но в боях растерял почти всех членов своей немногочисленной экспедиции. Тогда он только начинал свои исследования, был безвестен и отважился на поиски кратчайшего пути к Мракгороде потому, что сильно нуждался в деньгах. Это единственное его путешествие, которое он не стал описывать, упомянув лишь, что «я отыскал путь из Раскольни в Мракгород, который у груженного каравана займёт не больше суток при непрерывном движении, но не в коем разе не решайтесь на него, ибо тоннели мертвецов поглотят вас, ибо твари, что там обитают, всегда голодны». Столь зловещее предупреждение вынудило завалить тоннели там, где это было возможно, но пару проходов ещё оставались открыты. Они были нужны, чтобы сносить туда умерших и обеспечивать циркуляцию воздуха в шахтах.
Если основные торговые пути были заблокированы солдатами, тоннели мертвецов — единственный способ выбраться из города. Но как Мечтатель с Некрасой сумеют пройти этот путь без отряда вооруженных головорезов? В любом случае, выбор был невелик: гарантировано умереть в Раскольне или попытаться пройти через тоннели, рискуя быть съеденными обитавшими там чудовищами. Поскольку второй вариант сохранял надежду на благополучный исход, Мечтатель выбрал именно его. И уходить нужно как можно скорее.
Он побежал обратно к Некрасе. По дороге назад ему не так повезло: рекрутёры остановили его и что-то громко орали, потом хотели силой забрать его и принудить вступить в дружину князя Глубни, но Мечтатель сумел вырваться и убежать. Удивительно, но в районе лачуг царило относительное затишье, хоть шум суматохи в центральной части города доносился и сюда.
Он долго стучал в дверь арендуемой лачуги, уже начал беспокоиться, не случилось ли чего с Некрасой, но когда заспанная девушка открыла дверь понял, что она всего лишь отдыхала и не сразу услышала стук. Рассказав обо всём, что он видел, Мечтатель поделился своим планом спасения.
— Я знаю, где вход, в детстве мы с отцом даже немного в них углубились. Но сумеем ли мы пройти через них… — закончил Мечтатель. — Скажу честно, я собирался оставить тебя здесь, Некраса, не спрашивая твоего мнения. Но сейчас всё разительно изменилось. Для себя я всё решил — мы заберём рецепт у кузнеца, я немного отдохну и отправляюсь к тоннелям. Ты же решай сама. Я не стану оставлять тебя здесь на растерзание обезумевших военных. Но если идёшь со мной, то ты должна понимать — мы можем погибнуть.
— Я с тобой, — коротко ответила Некраса. — Но могу обещать, что ты не погибнешь.
Мечтатель улыбнулся, ещё не осознав, что крылось за данным девушкой обещанием.
…
Мечтатель с Некрасой оставались дома до самого вечера, когда факелы, освещавшие улицы, стали гасить. Арендодатель так и не явился, поэтому они выбрались из лачуги, не дожидаясь его и попытались незаметно пробраться в район шахт. По дороге им попадались стражники, от которых они предпочитали прятаться, благо в почти кромешной тьме это было несложно сделать. Правда, продвигаться вперёд быстро тоже не получалось. Привыкшие к жизни на поверхности, где всё же значительно светлее, чем в верхних подземельях, которые не освещало Первопламя через расщелины в земле, они напоминали парочку слепых, нащупывавших стены домишек и долго не решавшихся переставить ноги.