— Ты можешь заменить сгоревший блок?
— О, да, я могу его заменить, — пообещал Жиль. — Но его будет трудно синхронизировать с остальными. Эти блоки подгоняются во время монтажа. Когда один выходит из строя, то всей системой очень трудно управлять. Но я сделаю все, что смогу.
— Хал, — подхватил Джей Калам, — ты был протонным стрелком. Ты сможешь управлять большой протонной иглой, если на нас наткнется Легион? Хотя лучше нам не ввязываться в драку, поскольку нас всего четверо на поврежденном корабле.
— Да, это я могу, — медленно кивнул огромный Хал Самду. Его красное лицо было серьезным. — Я могу.
— Остаешься ты, Джей, — сказал Джон Стар. — Нам нужно, чтобы ты планировал, организовывал. Ты будешь нашим командиром.
Хал Самду и Жиль Хабибула поддержали его. И Джей Калам стал командиром «Пурпурной Мечты».
Новый командир, как всегда спокойно, отдал первые приказания:
— Тогда Жиль, пожалуйста, приведи геодины в действие как. можно быстрее. Единственный наш шанс — убраться отсюда подальше, прежде чем один из кораблей Легиона поймает нас в поисковый луч и вызовет флот себе на подмогу.
— Очень хорошо, сэр, — Жиль Хабибула одним глотком допил вино, отдал честь и вышел из рубки.
— Джон, ты будешь прокладывать курс. Прежде всего нам надо обойти окружившие нас корабли. Будем держаться над поясом астероидов, подальше от Юпитера и Урана с их легионерскими базами. И как только сможем вырваться за пределы поисковых лучей, направимся к Плутону.
— Очень хорошо.
— Хал, будь любезен, проверь большую протонную пушку. Она должна быть наготове.
— Да, Джей.
— А я буду нести вахту.
— Который час? — спросил Джей Калам несколькими часами позже. Они по-прежнему беспомощно дрейфовали в вакууме. Глядя на предательские красные искорки на экране курсопрокладчика, Джон Стар медленно ответил:
— Семь. Боюсь, Джей, они нас нашли.
Проверив все приборы, Джей Калам произнес в микрофон:
— Хал, приготовься действовать. Семь крейсеров Легиона направляются к нам.
Он сообщил их местоположение.
— Жиль, как геодины? Еще не готовы? И ты не можешь положиться на поставленный блок? Они нас видят. Мы должны двигаться. Сейчас или никогда.
Через несколько минут в зоне поражения протонной пушки показался крейсер. Язык ослепляющего фиолетового пламени метнулся из огромной иглы, находящейся в турели над ними.
— Он пятится, — прошептал Джон Стар. — Ждет остальных.
— О, Джей, мы можем попытаться, — прокричал в динамике тонкий и дрожащий голос Жиля Хабибулы. — Хотя этот сломанный блок может выкинуть любое коленце.
Джей Калам резко кивнул, и Джон Стар повернулся к клавиатуре. Мелодичное гудение генераторов усилилось, заполнив звучной песней корабль. Джон медленно перевел их на максимальную тягу. Звук стал тоньше, отчетливее, пока не превратился в вибрирующее завывание.
— Уходим! — радостно воскликнул Джон.
Глаза его следили за дисками, за красными пятнышками, светившимися на экране курсопрокладчика. Он увидел, что «Пурпурная Мечта» движется все быстрее — прочь из центра вражеского кольца. Его сердце вторило гулу генераторов.
Вдруг чистый звук работающих генераторов сменился хриплым, рвущим нервы звуком вибрации. Из микрофона донесся тонкий, испуганный голос Жиля Хабибулы:
— О, эти подлые генераторы! Я переставил блок, но они разбалансироваяы. Эта коварная осцилляция уползает. Она пожирает тягу — наш корабль может разнести на кусочки.
— Мы теряем скорость, — озабоченно сообщил Джон Стар. — Корабли Легиона догоняют.
— Жиль, прошу тебя! — взмолился Джей Калам. — Все зависит от тебя.
Жиль Хабибула старался. Чистая песнь энергии возобновлялась и прерывалась снова. «Пурпурная Мечта» ускоряла свой бег, увеличивая разрыв между собой и преследователями, когда генераторы гудели чисто и отчетливо, но теряла скорость, чуть ли не пятясь назад, когда возвращалась вибрация.
Джон долго вглядывался в свои приборы.
— Мы не уходим, но и они не приближаются, — заключил он, наконец. — Пока генераторы тянут, мы можем двигаться так и дальше. Хотя нам от них так просто не уйти. Но, в любом случае, можно сказать Солнцу и Системе «до свидания» и…
— Нет, — тихо возразил Джей Калам. — Мы еще не готовы.
— Почему? — спросил Джон Стар.
— Нам необходим запас топлива для путешествия к Звезде Бернарда. Это же шесть световых лет туда и обратно. У нас каждый фут корабельного пространства должен быть заполнен запасными катодными платами и геодиновыми генераторами. Мы должны и себя обеспечить необходимым: продуктами и кислородом.
Джон Стар не мог не согласиться с доводами Джея.
— Мы должны приземлиться на какую-нибудь базу Легиона и пополнить запасы.
— На базе Легиона? И это когда за нами гонится весь флот Легиона! Да они же поставили на ноги все пограничные силы Системы.
— Будем садиться, — с обычной тихой убежденностью сказал Джей Калам, — на базу, что на спутнике Плутона. Она дальше всего по нашему курсу, и это самая изолированная станция Легиона в Системе.
— Но и там нас наверняка поджидает яростный отпор.
— Несомненно… Но мы должны получить запасы. Мы теперь пираты… Мы возьмем то, что нам нужно.
Пять дней длился полет к Плутону — самому дальнему посту Системы. Это было так далеко, что даже Солнце отсюда казалось яркой звездой. Пять дней они вели свой корабль не сквозь пространство, а вокруг него. Скорость корабля намного превосходила скорость света.
Жиль Хабибула нянчился с непослушными генераторами с удивительной заботливостью и старанием. Его толстые руки оказались способны на поразительную деликатность и сноровку. Он регулировал поврежденный блок до тех пор, пока тот не заработал, как следует. Уже на протяжении часа песнь генераторов была чистой и отчетливой.
Один за другим патрульные крейсеры дальнего плавания присоединялись к флоту, и вот уже шестнадцать кораблей гнались за «Пурпурной Мечтой». Но постепенно они отстали. Находясь возле Плутона, Джон Стар установил, что они оторвались почти на пять часов. Это означало, что они имели пять часов, чтобы высадиться на враждебной базе, достать и доставить на борт около двадцати тонн припасов и благополучно уйти.
Во время полета Джон Стар часто замечал, что думает об Аладори Антар. Мысли о ней были наполнены музыкой и болью.
«Пурпурная Мечта» опускалась на спутник Плутона. Плутон — черная планета — представлял собой голые скалы и древний лед, убийственный холод и одиночество. Единственными людьми, населявшими его, были несколько суровых шахтеров, по большей части потомков политзаключенных, высланных сюда Империей — одиноких отшельников, нашедших пристанище в вечной ночи.
Цербер — спутник Плутона — был крошечным каменистым образованием, еще более пустынным, чем черная планета. Мертвый спутник, он никогда не был обитаем. Кроме экипажа станции Легиона, других жителей на нем не было. У Джона Стара имелись все основания полагать, что находившееся на Цербере подразделение флота Легиона предупреждено и ждет их. Но посадочное поле, когда они спускались, оставалось пустынным. Появилась надежда, что паутина измены Адама Ульнара еще не распространилась так далеко.
Станция на Цербере представляла собой квадратное поле, лежащее между темными острыми утесами. Светящиеся красным рефлекторы, расположенные по периметру, излучали достаточно тепла, чтобы воздух не смерзался в снег. В длинном приземистом здании, построенном из изоляционных блоков и покрытом белым металлом, находились бараки и хранилища. Силовая установка для борьбы с холодом, должно быть, находилась где-то под землей. Паукообразная станция и башня ультраволновой радиостанции поднимались из черной поверхности спутника. Дальше простиралась мрачная пустыня. Сломанные, уродливые зубья гор, разверстые пасти кратеров, изъеденные, потрескавшиеся и взорванные камни и слой льда — все навеки мертвое.
В форме, принадлежавшей ранее капитану Мадлоку, Джон Стар вышел на маленькую площадку над входным люком. С трудом сохраняя спокойствие, он подождал, пока к нему приблизятся двое из длинного низкого дома.
— Здравия желаю, станция Цербер, — приветствовал их Джон.
— Салют, «Пурпурная Мечта», — отозвался один из них — низкий, лысый человек с красным лицом. Весь его вид свидетельствовал о неопрятности, что иногда случается на изолированных постах. Он выглядел так, словно вывалил на китель весь обед целиком. На нем были выцветшие знаки отличия лейтенанта Легиона.
— Я капитан Джон Ульнар, — сказал Джон Стар. — «Пурпурной Мечте» нужны припасы. Капитан Джей Калам произведет реквизицию. Припасы должны быть погружены немедленно.
Коротышка прищурился подозрительно.
— Джон Ульнар? — голос у него оказался насморочным. — И капитан Калам, да? Командуете «Пурпурной Мечтой», да? — На его неумытом лице было злобное и хитрое выражение. Джон Стар посмотрел на эту продувную бестию и вдруг понял, что перед ним один из людей Адама Ульнара…
— Именно, — он решил блефовать. — Мы выполняем крайне важную миссию и должны получить припасы немедленно.
— Я капитан Нана, комендант станции, — в хмуром голосе отсутствовало всякое почтение. С нескрываемой злобой Нана добавил:
— Специальные депеши в моем досье свидетельствуют, что «Пурпурная Мечта» находится под командованием капитана Мадлока и Командора Адама Ульнара. Она внесена в реестр как флагман Командора…
На раздумья не было времени.
— Произошла смена командования, — кратко информировал его Джон Стар. — Теперь капитан — Калам.
Возле него появился Джей Калам, тоже в трофейной форме. Он протянул документ:
— Приступаем к реквизиции, лейтенант!
Подняв взгляд на нижнюю турель корабля, Джон Стар сделал быстрое движение рукой. Длинная протонная пушка корабля мгновенно взметнулась над их головами и развернулась в сторону длинного белого строения — Хал Самду был на посту.
Маленькими, налитыми кровью глазами Нана взглянул на иглу. Его грязное лицо не выразило ни удивления, ни особой тревоги. Прищурившись, он взглянул на Джона Стара с мрачной враждебностью, а затем небрежно принял список.