— Мы не причиним тебе вреда, — Джон Стар попытался успокоить Эрика Ульнара. — Мы люди. Я Джон Ульнар, ты меня знаешь.
— Джон Ульнар? — красные лихорадочные глаза уставились на него, и в них неожиданно появилась яростная надежда. — О, да, ты — Джон.
Эрик Ульнар, внезапно всхлипнув, вцепился в его плечо.
— Медузиане! — воскликнул он. — Они нас провели! Они бомбят Систему красным газом, который пожирает человеческие тела и сводит с ума. Они уничтожат человечество!
— Где Аладори? — спросил Джон Стар.
— Они заставили меня пытать ее, — захныкал он жалобно. — Им нужна ее тайна Им нужна АККА! Но она не сказала. И они не хотят подарить мне смерть, пока она не скажет! Они не дают мне умереть! Но, когда она скажет, они убьют всех нас.
Глава XVIII«Нужна некоторая ловкость»
— Моя несчастная бутылочка вина! — всхлипывал Жиль Хабибула. — Единственная бутылочка вина на всем этом черном и чудовищном континенте! Я пронес ее через пучины бед и лишений. И она упала! Каждая ее драгоценная капелька пропала! Ах, бедный старый Жиль Хабибула!
Голос его прерывался печальными вздохами и горькими рыданиями.
Эрик Ульнар спал. Его тощее изнуренное тело было обессилено взрывом истерии. Проснувшись, он сказал спокойно:
— Медузиане намерены покинуть эту планету. Они долго боролись, чтобы поддержать жизнь в своем родном городе. И они совершали чудеса. Чтобы спасти атмосферу от замерзания, они создали красный газ. Грабили другие миры, пытаясь восполнить истощенные ресурсы. Но теперь все кончено — умирающая планета притягивается к гаснущей звезде. Даже они не всесильны и вынуждены уйти.
— Ты говоришь, они уже основали форпост в Системе?
— Да, — продолжал Эрик Ульнар с безжизненной монотонностью. — Они уже покорили земную Луну. Медузиане генерируют на ней новую атмосферу, заполняя ее красным ядовитым газом; строят на ней крепость из черного сплава, который они используют вместо железа. Там будет находиться база против Земли.
— Но Легион?!
— Космический Легион уничтожен. Последние дезорганизованные остатки его были распылены в тщетной атаке на Луну. Зеленый Холл тоже прекратил существование. Системе нечем защищаться. Из форта на Луне медузиане несут гибель всей человеческой расе. Они обстреливают огромными снарядами, заполненными красным газом, все наши планеты. Постепенно концентрация газа в атмосфере увеличивается. Вскоре люди повсюду будут безумны и начнут гнить заживо. Пока лишь немногие из медузиан отправились в Систему, но их огромный флот уже сформирован и оснащен. Он готов нести мигрирующие орды, которым предстоит оккупировать покоренные планеты.
В поведении Эрика Ульнара произошла перемена — его измученное лицо стало теперь спокойным. Он равнодушно рассказывал о планах медузиан, словно судьба Системы его больше не интересовала.
— А Аладори? — спросил Джон Стар. — Где она?
— Она заперта в соседней камере, рядом с нами.
— Рядом с нами! — выдохнул Хал Самду. — Так близко!
— Но ты говорил, что ее… — Джон Стар не мог сдержать болезненного вздоха, — ее пытали!
— Медузиане хотят знать ее тайну, — последовал невыразительный ответ. — Им нужны чертежи для АККА. Поскольку они не могут общаться с нею непосредственно — она не знает кода — они заставляют меня вытягивать из нее секрет. Но она молчит. Мы использовали все способы… Запугивание, гипноз, боль. Но она молчит…
— Ты… — прохрипел Хал Самду, — ты… зверь, трус…
Он бросился к нему через всю камеру, яростно стиснув громадные кулаки.
Эрик Ульнар метнулся прочь, заорав:
— Не надо! Не подпускайте его ко мне! Я не виноват! Они пытали меня! Я не выдержал. Они не дают мне умереть!
— Хал! — воскликнул Джей Калам, — Мы должны выслушать его рассказ до конца.
— Но он… — задыхался гигант, — он пытал Аладори.
— Мы знаем, Хал, — удерживая его за руку, сказал Джон Стар. — Но то, что он расскажет, может помочь нам спасти ее.
Он повернулся к Эрику Ульнару.
— Ты говоришь, в соседней камере? Здесь есть стража?
— Не давайте ему прикасаться ко мне! — последовало в ответ. — Да. Один из медузиан всегда дежурит в большом холле наверху.
— Ты поможешь нам вывезти Аладори из города и построить ее оружие, — произнес Джей Калам, и в его спокойном голосе была удивительная уверенность. — Медузианам придется подчиниться нам, иначе мы сотрем этот город с лица планеты.
— Нет, вам никогда не выбраться из города, — тихо ответил Эрик. — Вам не выбраться из холла — он ведет в шахту глубиной в милю. Это просто пропасть за дверью. Даже если вы спуститесь, вам не пройти через город — у медузиан нет улиц, они летают. Вам не выбраться из этой камеры — скользящие решетки заперты. Вы — безоружные узники, а еще надеетесь выкрасть Аладори у медузиан!
Джон Стар осмотрел помещение- пустая металлическая камера двадцати футов в ширину. В десяти футах над головой было прямоугольное отверстие, через которое их сюда бросили, забранное скользящей решеткой с тесными ячейками. Зеленый свет просачивался сквозь решетку из тусклого просторного холла наверху. Глаза его не обнаружили в камере ничего, что могло бы помочь им бежать. Это была просто кубическая коробка из черного сплава.
— Вам никогда не выбраться из этой камеры, — повторял ровный голос, — потому что скоро вас убьют. Они придут, чтобы заставить меня вновь попытаться получить чертежи от Аладори. Она скажет на этот раз. Они приготовили луч, который жжет, причиняя невыносимую боль… Но как только она расскажет, они нас обязательно прикончат.
— Тогда, — яростно пробормотал Джон Стар, — мы должны выбраться.
Хал Самду ударил кулаком в черную стену. Стена ответила глухой тяжелой вибрацией, похожей на рокот судьбы.
— Тебе не выбраться, — ныл Эрик, — замок…
— У нас есть ловкач, — сказал Джей Калам. — Жиль, ты должен открыть решетку.
— О, да! — проворчал Жиль Хабибула Из угла камеры. — Один из нас обладает известной ловкостью. Случилось так, что его отец конструировал замки, но даже ему потребовались годы упорных упражнений, чтобы превратить увлечение в искусство. О, я несчастный! Менее достойные, чем я, люди добивались богатства, известности, не обладая и половиной моего гения! Смерть моя! Не будь я так ловок, я ни за что не оказался бы здесь — не гнил бы в руках бесчисленного количества жутких чудовищ! Если бы не это дело на Венере двадцать лет назад… Мой талант меня и сгубил… Он, да еще винный погреб…
— Ты можешь открыть замок? — прервал его Джон Стар.
— О, дружище! Почему ты ко мне так несправедлив? Раз уж и ты усомнился в моем гении…
Слезы брызнули из глаз Жиля Хабибулы.
— Начинай, Жиль! — закричал Джей Калам.
Втроем они подняли его к железному забралу в десяти футах над полом.
Жиль Хабибула посмотрел на черный ящичек замка, пощупал его необычайно уверенными, чуткими пальцами; прислонился ухом к замку, постучал по нему, сунул руку сквозь решетку и, прислушиваясь, что-то сдвинул.
— Мои жалкие глаза, — жалобно вздохнув, сказал он. — Я никогда не встречал столь хитроумного замка. Он комбинированный. Ящик удивительно крепок, и некуда вставить инструмент, чтобы проверить его. Никогда такого замка в Системе не встречал.
Вновь он внимательно прислушался к слабому пощелкиванию в замке, прижимая подушечки пальцев то тут, то там, выявляя, где вибрация выдает внутренний механизм.
— Проклятие моим бедным старым костям! — пробормотал он. — Отличная идея! Если бы я смог вернуться в Систему, патент за нее дал бы мне известность и благополучие, которых я был незаслуженно лишен. Это замок, способный бросить вызов гению даже Жиля Хабибулы.
Внезапно он судорожно вздохнул.
— Отпустите меня! Идет ужасное чудовище!
Они опустили его на пол. Наверху появилась огромная зеленая полусфера — грубая масса блестящей скользкой просвечивающей плоти, пульсирующая странной, замедленной жизнью. Огромный, овальной формы глаз пристально посмотрел на них.
Темное щупальце бросило сквозь решетку четыре небольших коричневых кирпича. Эрик Ульнар, мгновенно выйдя из апатии, схватил один из них и жадно начал есть его.
— Пища, — пробормотал он с набитым ртом. — Это все, что они дают.
Джон Стар нашел один из кубиков — темный влажный студень. Он имел странный неприятный запах и был безвкусен.
— Еда! — захныкал Жиль Хабибула, надкусив другой кубик. — Если они это называют едой… Лучше я съем сперва свои ботинки.
— Мы должны это съесть, — сказал Джей Калам. — Нам нужны силы.
Зеленоватая трепещущая масса тюремщика отплыла прочь от решетки. Они опять подняли Жиля Хабибулу. Он что-то раздраженно бормотал время от времени, лицо покрылось потом.
Наконец, послышался громкий щелчок. Жиль Хабибула потряс головой и торопливо прошептал:
— Во имя сладкой жизни, отпустите меня!
— Ты не можешь открыть? — спросил в отчаянии Джон Стар.
— Ты по-прежнему сомневаешься, дружище? — Жиль Хабибула печально вздохнул. — Вот она, плата человека за гений! Не было еще замка, который не смог открыть Жиль Хабибула.
— Так что же, он открыт?
— Да. Засовы только что отошли. Решетка свободна. Но я еще ее не отодвинул.
— Почему?
— Потому что этот жуткий летучий монстр поджидает в холле! Он висит рядом со странным сооружением на треножнике. Его глаза заметят любое наше движение.
— Треножник? — взвизгнул Эрик Ульнар. — Это машина, которую они используют для общения. Они принесли ее опять, чтобы заставить меня выпытать секрет у Аладори. Они убьют нас всех, как только она расскажет…
Глава XIXУжас в холле
— Поднимите меня, — сказал Джон Стар, и огромные руки Хала Самду подняли его. Сквозь квадратные металлические ячейки решетки он разглядел стены и потолок обширного холла — широкого и высокого. Освещался холл маленькими зелеными шарами, висящими посередине потолка. Медузианин висел над камерой чуть сбоку. Рядом с ним стоял механизм на треножнике — три тяжелые заостренные ноги, поддерживающие небольшой ящик, от которого провода шли к маленьким предметам, представляющим собой, видимо, электроды и микрофон для улавливания голоса Эрика и телепатических вибраций медузиан.