в темноте, на ощупь, обрезал все веревки, которые нашел.
Внимание со стороны соседнего дома проявилось отчетливо, похоже, что на втором этаже рассматривают наш дом не из одного окна. Кажется, все же, криминал это там засел, готовятся к проведению операции ночью. Наблюдатель от органов сидел бы один, у них людей всегда не хватает, да и что вдвоем делать в темноте, что тут высмотришь.
Так, Сашу с подругой на второй этаж, чтобы мне не мешались под ногами и не увидели, чего лишнего из демонстрации моей сверхсилы. Потом спустится, поможет вязать красавцев, неподвижных и беспамятных.
Приготовил веревки, обычные бельевые. Порезал на удобные куски, чтобы кисти рук сзади прихватывать и на согнутые в коленях ноги накидывать петлю.
Вроде, утихомирились мои соседи, поэтому стучу в дверь комнаты и дожидаюсь, пока приятель накинет халат и выглянет за дверь.
— Саша, у нас проблемы, могут скоро гости появиться. Одевайтесь быстрее.
Он меня понимает без вопросов и исчезает за дверью, я пока проверяю мешок с палантиром и тоже запихиваю его в рюкзак, потом подхожу к холодильнику и откладываю деликатесы, в основном, долго хранящееся копченое мясо и сало на отдельную полку, куда перемещаю и стеклянную бутылку с лимонадом «Колокольчик», с завинчивающейся крышкой, чтобы иметь тару для воды, на всякий случай, если придется уходить в горы. Хорошо бы флягу купить, для этого дела, но, не додумался до такой мысли, а теперь — поздно. Подумав, кладу еще пару бутылок пива, прихвачу с собой, раз место осталось в рюкзаке и добавляю дорогой коньяк туда же.
Короткий столовый, но острый ножик все еще со мной, мне хватит для схватки в темноте.
Появляется Саша и я прошу его отправить подругу на второй этаж, пока мы обсуждаем сложившуюся обстановку. Саша это делает и хватается за телефон, чтобы сообщить дяде о таком повороте событий, но связи уже нет, значит, где-то на улице кабель перерезали, может, и на весь район, чтобы никто не мог вызвать органы правопорядка, если дела пойдут шумно.
Время уже, около половины двенадцатого. Пора имитировать, что все мы отходим ко сну и решать вопрос с налетчиками, говорю я Саше и командую ему отправляться наверх, к подруге.
— Ты, что, хочешь один с ними драться? — поражается он и отказывается уходить, поэтому пару минут я трачу на его убеждение, заодно, выключая весь свет в доме.
— Да, один. Поверь мне, я прошел специальную подготовку и справлюсь со всеми бандитами, меня учили воевать в темноте, и я умею убивать без оружия, — такую интересную тему я транслирую ему и добавляю, — ты будешь мне мешать, я должен знать, что рядом нет своих и все, кто попадется — враги.
— Может, не надо убивать? Зачем нам кровники в нашем городе? — такая новость пугает приятеля, что его прежде приличный друг — хладнокровный убийца.
— Я и не собираюсь, поэтому вырублю всех и тебя позову на помощь, — я хочу еще что-то добавить, но, сторожок сработал и показал, что через забор лезут люди.
— Все, они идут, — и я подталкиваю Сашу в спину на лестницу, сам двигаюсь к двери проходной комнаты, ведущей на веранду, закрываю ее и прячусь в углу, за высоким креслом.
Сторожок показывает четверых людей, которые перелезли через забор и довольно шумно спрыгнули на нашу сторону. Слышны гулкие удары ног о почву, и я облегченно вздыхаю, это точно не спецназ, те так не подставятся, это просто крепкие мужики.
Двое идут к передней двери, двое заходят сзади. Нет, через забор перелезает еще и пятый и присоединяется к ним. Так, что у бандитов может быть с собой?
Дубинки, ножи, может и пистолет у кого-то оказаться, чтобы испугать нас и обойтись без лишнего сопротивления.
Слышен скрип первой двери, ведущей на веранду, потом тяжелые шаги, скрип половиц и открывается дверь, ведущая в комнату, где притаился я и кто-то освещает фонариком стену у меня над головой. Свет такой мутный и блеклый, похоже, батарейки садятся.
— Никого, дальше две спальни, где они жируют и кухня направо. Самвел, идешь вперед и открываешь переднюю дверь, — слышу я громкий шепот, — Запускаешь наших и начинаем их вязать, — низкий голос говорящего с большим акцентом мужчины приближается ко мне, он проходит мимо, не светя уже больше никуда, кроме двери, за ручку которой он берется рукой.
— Пора, — понимаю я и вскакиваю, еще с нижнего положения толкая его маной в угол. Куда он и улетает, с грохотом свернув стул и ударившись головой об стенку, фонарик вылетает из его руки, и я успеваю рассмотреть двоих бандитов, замерших один за другим в оцепенении. У среднего в руке нож, у заднего — дубинка, да и выглядит он не серьезно, молодой, худощавый парень, по сравнению с плотным, коренастым мужиком перед ним. В слабом свете тот бросается ко мне, замахиваясь ножом, получает хороший удар маной в лицо и улетает назад, на бросившегося за ним парня. Оба бандита падают, я пока подхватываю фонарик, слава богу, упавший на ковер и не разбившийся, свечу перед собой и заметив голову мужика, без чувств лежащую на полу, добавляю маной по голове парня, который приходит в себя и пытается встать с пола, нащупывая рукой дубинку.
Так, этот вырубился, второй тоже, я возвращаюсь к двери, где лежит главарь, как я понял по разговору и просто включаю свет выключателем на стене. Так мне будет проще вязать и контролировать бандитов.
У главного в руках ничего не было, кроме фонарика, зато, за поясом, нашелся пистолет, который я выталкиваю из-за ремня и запинываю под шкаф с посудой, стоящий в комнате, начиная быстро вязать руки за спиной подготовленными веревками. Школа молодого гильдейца очень помогает в таком деле и через минуту я вяжу второго мужика, который успевает прийти в себя к самому концу, когда я складываю ему ноги и накидываю петлю на щиколотки.
Мужик, начинает было, ругаться, я сразу ловко запихиваю ему в рот большое полотенце, когда же он пытается вытолкнуть его, приставляю вплотную к зрачку свой нож:
— Хочешь стать одноглазым? — одного этого хватает, чтобы мужик перестал сопротивляться и принял положенное, умеет принимать неизбежное, хотя, кто тут откажется?
Пока вязал парня, пришел в себя и главный, несколько раз страшно поугрожал мне самыми ужасными карами, я молча сделал свое дело, связав молодого и приступил к воспитанию старшего банды, так же приставив нож к его глазу и нажав на глазное яблоко.
— Молчим, отвечаем на вопросы, если хочешь видеть свет своими глазами.
— От кого вы пришли?
Мужик сопит и молчит, стараясь не дергать головой.
Тут открывается дверь, и Саша заглядывает в комнату, в одной руке он держит большой нож для разделки мяса и выглядит вполне героически. Он, обалдевши, смотрит на главаря и шепчет мне на ухо:
— Я его знаю.
— Хорошо, больше вопросов нет, — отвечаю я и пихаю и этому пленнику в рот второе полотенце, которое ему приходится так же принять.
Я выхожу из комнаты, закрываю дверь и спрашиваю Сашу, которому, похоже, стало страшно.
— Знаешь его, значит и того, на кого он работает?
— Да, это Бешеный Резо, он работает на…
— Больше не надо, ты теперь понимаешь, кто наехал на нас и можешь рассказать это дяде Тенгизу. Теперь это его проблемы, не нам их решать.
— Что делать будем? Сваливаем? — эта, на редкость, умная мысль пришла в голову Саши первой.
— Конечно, только там еще двое нас ждут, — киваю я на закрытую дверь на улицу.
Хотя, уже нет, расслышав шум за дверью, бандиты не стали долго раздумывать, почему их не запускают в дом, умение показывает мне, что засадники перемещаются к той стороне дома, откуда вошли их подельники и пора начинать вторую серию детектива.
— Саша, минутку подожди, — я заскакиваю в комнату, где лежат пленники, прихватываю обоих, лежащих у дальней двери, за шиворот оттаскиваю к главарю. Потом гашу свет в комнате и прячусь сбоку от двери, в которую должны войти новые бандиты, фонарик главаря я держу в руке, проверив, как он нажимается.
Время тянется очень медленно, оставшиеся вдвоем налетчики, поняли, что что-то пошло не так, дверь им не открывают, хотя голоса внутри дома слышны отчетливо. Поэтому они хотят понять, что произошло, похоже, что нарвались они на засаду, но и своих бросать нельзя, так сразу, поэтому один из бандитов приоткрывает дверь и светит фонариком перед собой. Свет такой же слабый и желтый, но, лежащих корешков они видят и сразу же ломятся одновременно их спасать и развязывать, не успев подумать:
— А, что, собственно, тут произошло?
И попадают под два удара, пришедшимся сбоку по не самым умным головушкам, после чего врезаются в шкаф, пробивают дверцы крепкими своими тыквами.
— Да, такие вот убытки дому принесли, — бормочу я озадаченно, впрочем, выбора у меня не было, с другой стороны, из-за широкого шкафа, меня бы увидели сразу.
На шум в комнату заскакивает и Саша, включает свет и видит новых гостей, которых я начинаю вязать заготовленными с запасом веревками.
— Забирай ее и идите в машину, — командую я ему, по ходу дела обыскивая карманы гостей, сначала новых, потом старых и нахожу у главаря ключи с брелком Жигулей, забираю их, на всякий случай, с собой.
Все, пара минут работы опытным рукам, все подлецы зафиксированы, пистолет лежит под комодом, я его не трогал, что хорошо. Что — плохо, в доме куча моих отпечатков пальцев, впрочем, есть у меня надежда, что милицию никто вызывать не станет, из участников событий точно. Тем более, хозяева уютного дома и мои бывшие компаньоны, ведь теперь понятно, что из-за такого внимания со стороны криминала, договор наш прекращает свое действие.
И мне пора в путь.
Саша заводит и прогревает машину, пока я чищу холодильник от всех запасов, которые могут скрасить мою жизнь в бегах, прикидывая, как уехать из города и не стоит ли воспользоваться машиной бандитов.
Нет, не стоит так рисковать, могут попробовать остановить на трассе гаишники и что с ними делать? Опять глушить или откупаться? А если, не возьмут деньги?
До ближайшего крупного города, Зугдиди, сто двадцать километров и Саша довезет меня за пару часов, потом вернется с докладом к дяде Тенгизу. Бандиты особо не пострадали, если только морально, с ними даже обошлись достаточно вежливо.