Управляющий сказал правду. Фамилии «Искандеров» (или хотя бы отдалённо похожей) в списке не было. И Майклов не было. Только этот Майк… с супругой.
Но это явно не тот человек, которого ему нужно найти.
— Не может быть… — растеряно прошептал Алексей.
И спросил помощника:
— Ты не ошибся? Точно «Синди»? Есть в городе ещё вилла с таким названием?
— Только одна, — уверено ответил помощник. — Я проверял… Так, на всякий случай. И выходил он именно отсюда. Его мой информатор видел, а он этот район хорошо знает.
— Значит, под чужим именем зарегистрирован! — уверенно произнёс Алексей. — Ну да, конечно, под чужим! Он же Искандеров только для моей жены…
И осёкся.
Вениамин, покашляв, спросил управляющего:
— Здесь есть одинокие постояльцы? Вы говорили, их тринадцать…
— Пять семейных пар без детей и одна пара с ребёнком, — ответил Джеймс. — Мальчику лет десять и живёт он в одном номере с родителями. Так что одиноких нет… Вот есть ещё один номер, который не занят. Но там никто не живёт! Пустует…
— Номер? — встрепенулся Алексей. — Пустой?
Переглянулся с Вениамином.
«В Нараке за деньги в любой отель пустят… На ночь или на час. И безо всякой регистрации!»
— Покажите! — попросил Алексей.
— Сейчас? — уточнил Джеймс (впрочем, уже предвидя ответ и, не дожидаясь его, потянувшись за ключами).
— Сейчас, — подтвердил Алексей. — Именно сейчас!
Джеймс, приоткрыв дверь, боязливо заглянул внутрь номера и, пошарив по стене рукой, включил свет.
— Заходите, пожалуйста… Здесь немного не прибрано. То есть, мы убираем… Но редко. И, видите…
Он подошёл к столу и провёл ладонью по столешнице.
— Пыль!
Алексей, осторожно ступая и удивлённо крутя головой, зашёл в номер.
Вид у этого места был явно не жилой.
Сгустившийся, затхлый, напитанный пылью воздух. На постели — ни простыни, ни подушки. Лишь цветастое, сильно несвежее покрывало и уголком высовывающийся из-под него матрас.
Минимум предметов. Лампа на столе. Пустой графин и пара стаканов на подносе. Пустая ваза-фруктовница.
Алексей, включив свет, заглянул в ванную комнату. И здесь — нежилая пустота.
И запах… Повсюду запах — заброшенности.
— А почему пустует? — уточнил Вениамин, для чего-то заглянув под кровать. — Скоро сезон, туристов всё больше и больше… А он, смотрю, не меньше месяца пустой стоит!
Джеймс переступил с ноги на ногу.
— Трудно объяснить, господа. Атмосфера в этом номере… И звуки… Я, знаете ли, и сам не могу понять… Здесь вечно какие-то шумы, трески. Иногда даже стуки слышны. Никакого вреда постояльцам от этого нет, но гостей странности нервируют. Возможно сырость так действует на стены, или виноваты сквозняки, но шумы, господа, измучили гостей. У номера — не самая лучшая репутация. Некоторое время назад здесь остановилась ненадолго супружеская пара. Туристы из Великобритании. Милые люди!
Джеймс вздохнул.
— Увы, гости сбежали отсюда примерно через полчаса. По моему, они даже не успели распаковать вещи. Нечего боятся, господа, но люди пугаются.
Они постояли в тишине, прислушиваясь.
Но не услышали ничего. Ни треска, ни шума, ни стуков.
Тишина.
— Англичане были здесь примерно недели три назад, — добавил Джеймс. — Впрочем, из-за краткости пребывания их трудно назвать гостями. Но, по крайней мере, они последние, кто пытался исправить несправедливо дурную репутацию этого номера. Больше никто сюда не заглядывал. Я с уверенностью это говорю, господа. Ключ от номера….
Он показал гостям звенящую связку.
— Я вся время ношу с собой. Не хочу, чтобы сюда залез какой-нибудь сумасшедший хиппи, накурившийся весёлой травы. Слава «комнаты скрипов», как некоторые фантазёры называют этот номер, одних отталкивает, а других может и привлечь… Я уж присматриваю за этим местом, поверьте мне!
У самой калитки, на выходе уже, к поникшим гостям подскочил низкорослый, бородатый бродяга в толстом, тёплом не по погоде и не по месту, свитере.
— Ай, кури-кури! — завопил бродяга и запрыгал вокруг гостей.
— Это что? — и Алексей попятился от безумца.
Управляющий поморщился и погрозил танцору пальцем.
Бородач, фыркнув, с весёлым пением упрыгал прочь, скрывшись вскоре в предрассветном сумраке.
— Дядя Джа, — пояснил управляющий. — Он безобиден. Поёт и танцует. Он не мешает постояльцам, некоторым даже нравится, когда он прыгает вокруг них. У каждого приличного квартала есть свой сумасшедший. В нашем квартале это дядя Джа. Утверждает, что ему больше десяти тысяч лет от роду, рассказывает сказки о каком-то разрушенном городе и раздаёт всем самодельные сигареты, набитые сорной травой. А ещё носит старый свитер и живёт в заброшенном коллекторе. Но, как видите, весел и энергичен. Не бойтесь его, он не причинит вреда!
Вениамин поморщился.
— Да уж… Интересный тип… И такой безобидный! Только бы не испачкал ненароком!
Управляющий закрыл за ними калитку.
— Ну что, Алексей Валерьевич… Часа через четыре начальник полиции на рабочем месте покажется. Тогда я поиск супруги ваше и начну. Непременно начну!
И Вениамин осторожно повернул впадающего в забытьё Алексея в сторону машины.
— А теперь — домой! И спать, спать…
Прошло пять дней.
Поиски Ирины были безрезультатны.
Вениамин развил необычайную, сверхкипучую энергию, многие часы ежедневно проводя то в полицейском управлении, то в конторах весьма немногочисленных в Нараке частных розыскных служб (а таковых, строго говоря, обнаружилось всего три на весь город), то встречаясь с информатором (пользы от которого в этих поисках не было никакой), то просто обходя квартал за кварталом и на ломаном, приспособленном к местному языковому колориту английском опрашивая продавцов, таксистов, уборщиков, уличных фокусников, клерков мелких экскурсионных контор, барменов, рикш, зазывал, носильщиков, чистильщиков обуви и даже заклинателей змей (хотя змей боялся до крайности и потому беседовал с заклинателями, не подходя ближе чем на два метра, и при этом беспокойно поглядывая на закрытые плетёными крышками соломенные корзины, покачивавшиеся от шевеления в них гадов).
Всё тщетно. Никто не видел белокожую женщину по имени Ирина, никто не встречался с ней (хотя бы мельком), не подвозил, не заметил в уличной толчее.
Ирина пропала бесследно.
И подвозивший её той памятной ночью таксист (последняя зацепка!), которого стараниями Вениамина удалось-таки найти, категорически утверждал и клялся самыми страшными клятвами, что пассажирку вёз лишь до виллы «Дильмун», где она и покинула такси, предварительно расплатившись по оговоренному тарифу (но вот сверху не прибавив не рупии… прочем, уж таковы женщины и так устроены они, что платят лишь оговоренную сумму и ничего сверху, что таксисту было хорошо известно).
А более он эту пассажирку не видел, не встречал и ничего не слышал…
В общем, никакой зацепки не нашлось и здесь.
На пятый день, в вечерний час, бродил Алексей по вилле, едва переставляя ноги и шаркая подошвами стоптанных тапочек по неметеному полу (слуг он рассчитал на третий день… потому что хотел теперь быть один… или с женой, или — один… и лица раздражали его, любые… и голоса раздражали… хотелось тишины).
Одет он был лишь в заляпанную валокординовыми пятнами пижаму, видом своим и запахом походя на пациента больницы.
Впрочем, Алексей и впрямь был болен. Уход жены подкосил его. Бессонные ночи вымотали окончательно.
На пятый день, в вечерний час, когда бродил он бесцельно по вилле, бродил из угла в угол, напевая тихо сочиняемые на ходу глупые и нескладные песенки, позвонил ему Вениамин.
Извинившись за поздний звонок, спросил:
— Алексей Валерьевич, я могу сейчас к вам подъехать?
И тут же, чтобы не6 заронить ненароком в душу зерно ложной надежды, добавил:
— Об Ирине пока ничего… Но это только пока! А вот есть интересная штука. Очень интересная! Мне кажется, вам надо посмотреть.
— Приезжай, — бросил равнодушно в ответ Алексей, не вдаваясь в подробности.
— Ты не попросил меня открыть ворота, — заметил Алексей, встречая помощника.
Тот замялся на секунду и сказал:
— Я тогда, в тот день…
— Тайком от меня сделал запасной брелок? — догадался Алексей. — Видимо, решил, что я схожу с ума? И подстраховался… Да, Веня, понимаю тебя. Мало ли что…
Алексей растопыренными пальцами залохматил себе волосы.
— Вот так… Похож на сумасшедшего?
Вениамин опустил голову.
— Отвечай уж!
— Подлечиться не мешало бы, — отозвался Вениамин. — Вы бы съездили куда-нибудь развлечься. Охоту можно организовать, путешествие… Или вот бунгало на берегу…
— Веня, ты спятил посильней, чем я! — заявил Алексей. — У меня и так роскошная вилла на берегу океана и свой собственный кусок пляжа. А так же сад, пальмы и целый парк поблизости. Куда же ещё ехать за счастьем, Веня? Вот оно, тут!
И Алексей с размаху ударил кулаком в стену, оставив глубокую вмятину в раскрошившейся и частью осыпавшейся декоративной штукатурке.
Вениамин вздрогнул и тихо взял начальника под локоть.
— Вот сюда, сюда вот!
Подвёл к креслу и осторожно усадил.
— Вот здесь посидите. Не волнуйтесь только, Алексей Валерьевич. Просто посидите спокойно.
Алексей отдёрнул руку и отвернулся от него.
— Я вам хотел показать…
Вениамин достал из папки листок.
— Вы посмотрите, просто посмотрите.
Алексей забрал бумажку, глянул искоса и хмуро.
— Это что?
— Фотография вашей супруги, — гордо произнёс Вениамин. — Точнее, ксерокопия этой фотографии. Оригинал, к сожалению, найти не удалось. То есть, пропала фотография. Но копия осталась. Один человек сделал с неё копию, потому что…
Вениамин замешкался, подбирая подходящие слова.
— В общем, этот человек надеялся лично с вами встретиться и немножко заработать. Наивный… Вы бы не стали с ним разговаривать?
— Не стал бы, — ровным, бесцветным голосом ответил Алексей и вернул бумагу Вениамину.