В тот самый момент меня и осенило.
– Никого искать не надо.
– Это еще почему?
Клянусь, Орм Волчья Пасть с Казимиром посмотрели на меня с таким подозрением, что пришлось торопливо пояснить:
– Да потому что наши парни ни при чем: наверняка это работа лерокса.
– Лерокса? Ты в этом уверен, Леннарт?
– Слишком все сходится.
Прежние получили лероксов, скрестив котов и медведей. От первых им досталась мягкая и шелковистая шерстка, а от вторых – любовь к меду. Получалось, зверь проник к ним в лагерь, наткнулся на запасы меда и, как правильно выразился Анандр, не смог удержаться от соблазна.
Все бы ничего, но мед в Айсейнте варят на редкость крепкий, и непривычный к алкоголю организм лерокса отреагировал таким вот образом. Ну а когда сильно припрет, уже не до выбора – обеденный ли шатер правителя Гарданики, или такие милые в нужный момент кустики. То-то лерокс, когда я застал его в зарослях спящим, больше всего напомнил мне пьяного мужика – и позой, и храпом. Помимо того, сегодняшним утром я не обнаружил у входа в свой шатер ни оленя, ни кабана, ни даже самого захудалого зайца. Словом, все сходится. Как бы в подтверждение этих мыслей, откуда-то сверху по течению реки раздался полный муки рев. Он вынудил всех вздрогнуть, а меня удовлетворенно кивнуть: «Что, голова болит? Во всем необходимо знать меру!»
– Лучше бы лерокс порвал их десяток-другой, чем вот это, – печально вздохнул Блез. – В какое положение он меня поставил?!
– Необходимо все объяснить Анандру, – твердо сказал Волчья Пасть. – Сколько ни копаюсь в памяти, ничего подобного вспомнить не могу, и не хотелось бы создавать прецедент. Падешь в бою – и кем предстанешь перед Громовержцем?
– Надо, – согласился с ним Блез. – Только как это сделать? Анандр сейчас в таком состоянии, что сгоряча может и голову гонцу снести.
– Я могу рискнуть, – заявил Казимир. – Только желательно, чтобы не на словах передавать, а в письменном виде. Во-первых, так будет солиднее, а во-вторых, если он меня казнит, недоразумение все-таки объяснится.
– Ты мне здесь нужен, – сказал Блез. – Жалко тебя лишаться.
– Быть может, в таком случае отправить послание стрелой? Или арбалетным болтом? – предложил виконт дю Эскальзер. – Леонард у нас стрелок знатный, и ему будет несложно. А письмом, если позволите, займусь я. Давненько не приходилось мне работать в эпистолярном жанре, пора бы обновить навыки.
– Леннарт? – Блез посмотрел на меня.
Я пожал плечами. Что бы эпистолярный жанр собой ни представлял, объясниться с Анандром нелишне, а отправить письмо по назначению нисколько не затруднит.
– Единственное, господа… Что вы думаете, как лучше к нему обратиться? Первое, что приходит в голову, – высокочтимый. Но он – наш враг, и не примет ли Угольная Нога подобное обращение как знак того, что мы его боимся? Тут ведь каждое слово важно!
– «Высокочтимый» не пойдет точно. – Блез даже не задумался. – К тому же, виконт, в наших краях все куда проще.
– Насколько проще?
– Если бы писать пришлось мне, я бы начал послание с «трусливой собаки», например. Да и вообще обошелся бы без всяких имен. Затем проехался бы по всем его родственникам, перечислил бы все их пороки и уже в самом конце сделал приписку – «это был лерокс». Так сказать, коротко и по существу.
– Тогда почему бы не написать всего-то – «это был лерокс», чтобы по существу? – предложил Казимир.
– Нет. – Блез и виконт дружно помотали головой.
Затем дю Эскальзер пояснил:
– Наше послание – официальный документ, который наверняка будет храниться в архивах, и потому должно соблюсти все формальности. Как вы там говорите, господин Простоблез, – трусливая собака?
– Можно добавить еще – тупой осел. Стоп, господин виконт, в документах сразу двумя животными у нас не принято. Тут либо собака, либо осел.
– А если их объединить? Нет, не животных.
– Трусливая тупая собака? Практически идеальный вариант. Впрочем, как и тупой трусливый осел. Только вы непременно обращение цветом чернил выделите, лучше всего красным.
– Заметано!
Я переводил взгляд с одного на другого. Нет, оба были совершенно серьезны.
– Пойдемте, господа, нечего здесь торчать на виду. То, что их не боимся, показать мы успели.
Откровенно говоря, я и не предполагал, что передать письмо будет настолько сложно, с моим-то чудесным зрением и дальнобойностью арбалета. Выждав, когда Анандр на миг застынет возле дерева, я и отправил болт. Поначалу хотел, чтобы тот вонзился в ствол, срикошетировав от его шлема, но в последний момент передумал. Посчитает еще, что произошла пытка убийства, а не передача послания. Помимо того, вполне возможно, оно действительно займет место в архивах, чем бы наше противостояние ни закончилось. Чем плохо остаться в анналах истории? По той причине, что виконт, обойдясь без имени адресата, в самом низу сообщения перечислил все наши. Так вот, скользнув по шлему Анандра, прикрепленное к древку болта письмо могло серьезно повредиться.
– Что он там делает? – спросил Блез, которому боги дали силу, мужество, твердость характера, но обделили зрением.
– Да, господин Леонард, какова его реакция?
Дю Эскальзер, потратив на письмо добрых два часа, перевел уйму писчей бумаги, а ее в связи с утренними событиями, и без того значительно поубавилось, и потому его интерес был понятен.
– Беснуется, – коротко ответил я.
Не упомянув, что вначале Анандр, когда рядом с его головой раздался характерный звук от вонзившегося в древесину болта, присел, испуганно оглядываясь по сторонам. Затем срочно сделал вид – приседание произошло в результате того, что он запнулся. Чтобы все походило на правду, торл усиленно начал массировать колено – мол, виновато оно. И только потом уже начал бесноваться, очевидно давая разнос охране – как она смогла подпустить стрелка так близко, когда только чудо спасло его от смерти? Ему даже в голову не пришло, что тот самый стрелок находится от него дальше некуда.
– А теперь? – спросил Орм Волчья Пасть некоторое время спустя.
– Продолжает бесноваться.
– Но послание хотя бы прочел?
– Нет. Никто из них вообще на болт внимания не обратил.
– Незадача, – скрипнул зубами Блез. – Вся затея насмарку!
– Может, отправим очередное? – предложил виконт. – На всякий случай я их три приготовил, идентичных. Справедливости ради, почти идентичных.
– И чем они различаются?
– Чтобы выделить «трусливая тупая собака», красных чернил у меня хватило только на первое из них. Но в остальных я обращение несколько раз обвел! – торопливо добавил дю Эскальзер. – А также обмотал ими еще два болта, тоже на всякий случай.
– Лео? – Блез посмотрел на меня.
– Давайте отправим, – пожал плечами я.
Благо что даже сейчас дистанция была не запредельная, а спасающийся бегством Угольная Нога, чтобы перевести дыхание, на время застыл, теперь у другого дерева, опершись на него плечом. На этот раз я вонзил болт в древесный ствол перед самым носом Анандра, чтобы он точно его увидел. Рисковал, конечно, ибо за время полета болта торл Гарданики мог сместиться в сторону, как раз под выстрел.
– Ну и как? – В голосе Блеза помимо интереса был еще и азарт.
– Снова неудача.
– Опять беснуется?
– Не без этого.
– Может быть, послание слетает с болта от потока набегающего воздуха? – предположил Казимир.
Виконт дю Эскальзер взглянул на него в какой-то мере даже уничижительно.
– Полагаете, вероятность сего не приходила мне в голову? Так вот, господин Казимир, послания закреплены на совесть!
– Ну так что, третья попытка? – предложил Блез.
Анандр к тому времени находился куда дальше и практически бежал, но на неудачу повлиял совсем другой фактор. В тот самый миг, когда я нажимал на спуск, где-то вдалеке опять горестно взвыл лерокс, и рука у меня непроизвольно дрогнула.
– Попал?! – И столько в голосе Блеза было надежды…
– Попасть-то попал, но не совсем удачно.
Болт, вместо того чтобы вонзиться в дерево, мимо которого пробегал Анандр, угодил ему в шлем, сбив его с головы. Но Угольной Ноге повезло с тем, что болт попал в верхнюю часть шлема – в один из рогов. Иначе послание точно добралось бы по назначению – в мозги.
– Наверняка ведь подумает, что его пытались убить, – вздохнул Блез после моего подробного рассказа. – Жаль, конечно, что передать послание не получилось.
– Надо было сразу отправить письмо ему в рот, – пожалел Орм Волчья Пасть. – Как Гендрику Двухголовому.
– Какому еще Двухголовому? – полюбопытствовал Блез.
– Был такой торл Васнетии. И ситуация примерно походила на нашу. Там даже река присутствовала. Так вот, утром они должны были сойтись – Сарм Пятнистый и Гендрик Двухголовый, но накануне вечером болт последнему в рот и прилетел. Правда, без всякого послания.
– И чем дело закончилось?
– Когда рассвело, выяснилось – вся дружина Гендрика за ночь разбежалась. И как можно исключать, что у нас не произошло бы того же самого?
– Как будто бы против чести так поступать.
– Простоблез, ну с чего бы? – не согласился с ним Волчья Пасть. – Гадить в обеденных шатрах – согласен полностью. Но если подвернется подходящий случай, почему бы не оставить врага без торла? Леннарт, ты наверняка ведь смог бы Анандру дополнительную дыру в голове сделать?
– С легкостью, – кивнул я.
И две, за мной не заржавело бы. А то и все три – по количеству болтов в арбалете. Чего там сложного, случались у меня выстрелы и куда сложнее.
– А вообще идеальным был бы вариант, – продолжил рассуждать Орм, – первым болтом передать послание, а вторым, когда бы Анандр его прочел, дыру ему в бошку. Так сказать, и условия чести соблюдены, и точку в его жизненном пути поставили бы всем во благо. Но чего уж теперь жалеть?
– Кстати, Анандр Угольная Нога женат? – некстати спросил я, вспомнив о внезапной любви к нему Мэри.
– Это важно? – удивился Блез.
– Вы хотите организовать Анандру «медовую ловушку»? – попробовал догадаться виконт Антуан. – Опасаюсь, у нас не хватит времени на подготовку: вода на глазах спадает. Да и кого посылать?