И все это только благодаря тебе. Я открылась, я стала другой. И сама признаю перемену в своем характере. Меня удивляет только одно. Зачем тебе все это нужно было? Неужели интересно было смотреть, какая я странная? Неужели было вообще любопытно со мной разговаривать? Что же ты во мне такого нашел, чего не видят другие люди, Хайден Бартлет?
Ответить на эти вопросы мне, наверное, никогда не удастся. А спросить тебя напрямую об этом я не смогу. Поэтому ты теперь будешь точно знать, о каких глупостях я постоянно думаю.
За эти 7 дней, что мы провели вместе, не расставаясь, до меня дошло, что ты покидаешь меня – навсегда. Не знаю, как я это переживу, да и не хочу думать. Напоследок скажу, что я люблю тебя, Хайден Бартлет, дружной любовью, которая не существует в мире больше ни у кого, потому что она единственна и неповторима. И только у нас. Н.а.в.е.к.и»
С любовью, твоя подруга Гризли Браун.
Когда наступил последний день, который мы должны были провести вместе, Хайден сказал мне подойти к парку.
– А почему именно в парке? – спросила я, стоя на месте встречи.
– Здесь неподалеку есть заброшенная студия танцев. Я часто там бывал, когда хотелось побыть одному. Место хорошее, чтобы провести ужин при свечах и танцевать.
– Что? Снова сюрпризы?
– Нет, это обычный ужин. Просто в немного таинственном месте.
Место и в правду оказалось загадочным. Я думала, что будет грязно и пугающе, но ошиблась. Внутри было очень чисто и совершенно спокойно.
Хайден вытащил раскладной столик, покрыл его скатертью и положил много разнообразной еды: сэндвичи, пирожные, конфеты, чипсы, соки, кофе…
– Устроим небольшой пир! – гордо произнес он.
– Ого! Ты не на шутку запасся.
– Да, мы же здесь всю ночь будем!
– Что?
– Не переживай! Я принес два одеяла. А если ты паришься на счет того, что я не высплюсь к поездке, то забудь. Да, и еще. Родителей я твоих предупредил.
– Ты предусмотрительный, Хайден Бартлет! – каждый раз ему удавалось меня поразить в прямом смысле этого слова.
– Безусловно, так и есть, – улыбаясь, произнес он.
Мы долго баловались пищей и разговаривали. Я думала, как преподнести ему подарок, который приготовила… Когда наступила небольшая пауза, двинулась к делу.
– Хайден, у тебя скоро день Рождение… Я приготовила тебе подарок, –достала из сумки коробочку. – Только, прошу, не открывай сейчас. Откроешь, когда уже будешь на севере.
– Хорошо, Гризл. Спасибо большое, не стоило этого делать…
– Хайден, прекрати! Включил из себя доброго мальчика? Не проведешь!
– Ладно, ладно! Не буду. Спасибо, Гризл. – Он улыбнулся. – А сейчас… сейчас мы будем танцевать!
– Ты издеваешься, да?
– Ни в коем случае! Я хочу, чтобы ты снова почувствовала ритм музыки и забыла обо всем, что тебя окружает. На этот раз я включу очень энергичную музыку! – вставая, произнес он.
– О, Боги… – вздохнула я.
Он достал магнитофон и включил зажигательную песню.
– Давай, вставай!!! – он схватил меня за руку и потащил к себе.– Представь, что ты одна. Нет никого! Танцуй, расслабься.
Он начал вытворять движения, похожие на хип-хоп.
– Ты что? И это танцевать умеешь?! – с огромным удивлением спросила я.
– Гризли Браун! Танцуй!
Я начала пытаться сделать хоть какие-нибудь движения под музыку. Сначала получалось коряво и некрасиво. Но с каждой секундой я понимала, что ради Хайдена должна это сделать. В итоге, вышло все так, как на катке. Мы взялись за руки и закружились так, что головы начали вибрировать, и вокруг все поплыло. Это весело и помогает забыть о сложных предстоящих временах.
Музыка закончилась… Мы остановились и рухнули на одеяло от массивной энергичности.
– Гризл, у меня есть кое-что, что ты должна выполнить обязательно!
– Да, все, что угодно… – на одном дыхании проговорила я. На этот раз во мне была уверенность, что совершу любое его пожелание.
– Вот тебе коробка, – он вытащил коробку из своего рюкзака. – Ты все поймешь, когда ее откроешь. Я не буду ничего говорить. Пообещай мне лишь то, что не выкинешь ее содержимое до последнего?
В голову мне ничего не приходило. Что он надумал? В любом случаем отказываться было поздно.
– Обещаю.
– Пожалуйста, сдержи свое обещание! Иначе мы никогда с тобой не встретимся…
«Иначе мы никогда с тобой не встретимся» – эти слова прозвучали, как яд. Я не хотела этого!
– Да, я даю слово!
Пол ночи мы разговаривали, бывало наступала тишина, но мы оба наслаждались ею. Моя голова упала на его плечо, я задремала, и это была…возможно самая лучшая ночь в жизни, которая останется в памяти у такой девушки, как Гризли Браун, навсегда.
Часть 2.
«Смириться с тем, что жизнь несправедлива и жестока мучительно трудно. Вроде бы я жила до появления Хайдена обычно и спокойно, но был Дилан, который вселял в меня хоть какую-то надежду. А сейчас судьба решила предъявить мне счет.
Хочется быть той, которая всё это время дружила с лучшим другом. Но я чувствую, что могу сломаться в любой момент и стать прежней. С ним я другая, и решительно не понимаю, почему такое происходит.
Я не имею ни малейшего представления, что со мной будет дальше. Но…иногда решения находишь не ты сам, а человек, который и оказался причиной этого раздора. А я, собственно говоря, остаюсь снова глупенькой девочкой, которая сама бы ни за что не предприняла такое.
Спасибо тебе, Хайден»
1998 год. Август. Сентябрь.
Август.
Месяц тоски и одиночества. Множество мыслей, наполненных тоской. Ничего не поделаешь, я осталась в душе – одна, а по-настоящему с людьми, окружающими меня, но совершенно меня не понимающими.
Связь была основательно потеряна. Я на всякий случай дала ему свой электронный адрес. Но гарантии было слишком мало, что Хайден напишет, потому что интернет у него вряд ли появится. Мы слишком просто потеряли связь друг с другом. В этом и заключается неразрешимый парадокс.
Идти в выпускной класс мне не хотелось. А когда-нибудь у меня возникало желание посещать школу за исключением 10 класса? Нет. Сейчас всё заново. Заклеивать то, что было прочно расклеено.
На то, что Хайден уехал, родители сказали: "Дочка, нам жаль".
Спасибо, что хотя бы как-то отреагировали на ситуацию. Если бы я услышала в ответ тишину, то абсолютно бы не расстроилась.
Сентябрь.
Наступило время учебы. Я снова сидела одна и не пыталась ни с кем завести разговор. В столовой обедала в полном одиночестве, вспоминая о тех днях, когда Хайден и я рвались туда после второго урока и смеялись над всем, что происходило вокруг.
А что же Питер? Он обычно всегда подсаживался к нам, когда Хайден был рядом. Сейчас он понимает, что я…совершенно не та девушка, которая ему нужна. Я не вписываюсь ни в какой коллектив, замкнутая, отчужденная. До него наконец-то это дошло, и он не пытался даже поговорить. А мне это и не нужно.
Признаться честно, я с нетерпением ждала сентября. Мне очень хотелось открыть коробку, которую Хайден вручил мне в последний день нашей встречи. Я не знала , что там было, и не хотела об этом задумываться, но внутри все равно жил маленький человечек под именем – любопытство.
Где-то в первых числах месяца я открыла посылку. В ней лежала пачка писем. На первом было написано:
«№1. Сентябрь. Открывай!»
Я разорвала конверт и раскрыла листок:
"Привет, Гризли Браун. Ну, что? Учеба уже началась? Я уверен, что ты грустишь. Ради меня, улыбнись сейчас же!
Мои губы невольно расплылись в улыбке. Я слышала где-то в своем внутреннем мире его голос. Я разговариваю с ним!
Вот, это совсем другое дело. Как прошел месяц август? И я снова уверен, что ты думала о чепухе и разных неприятных мыслях? Я прав, да? Конечно, я это знал. Гризл, ты всегда отличаешься от всех тем, что думаешь не о том, о чем нужно. Я понимаю, мы теперь не вместе, и то, что я уехал, стало для тебя настоящим ударом… Но, поверь, для меня это тоже самая настоящая боль! А жизнь продолжается, и мы должны верить только в лучшее. Словам сложно придать какое-то значение, пока ты не начнешь действовать. Да, да, Гризл, именно действовать.
Я уверен, что это не станет для тебя проблемой. В конце концов, ты уже научилась первой заговорить с человеком, если захочешь. Мне всегда было интересно (да и тебе тоже я думаю), почему твои родители назвали тебя таким необычным именем? Не просто Мэгги, Дженнифер, а именно породой животного – Гризли? Это имя придает тебе такой неординарности, а ты и не знаешь, почему родителям в голову пришло так назвать тебя. Давай, вперед! Прямо сейчас, если не сейчас, то завтра. Сделай это, малышка Гризли. Узнай о себе. А потом запиши это на бумаге и храни. Когда-нибудь, я поинтересуюсь у тебя, почему ты так названа.
Да, забыл напомнить тебе о правилах. Следующее письмо открывай только тогда, когда будет исполнено мое желание. Срок: месяц. Если уложишься раньше, открой не раньше чем через две недели после прочтения письма.
И…не надо меня проклинать за столь эгоистичные требования. Поверь, это лучше для тебя. Ты ведь дала слово, помнишь?
Удачи, малышка Гризли Браун.
С любовью, твой друг Хайден"
Его письмо…как будто вернуло меня к нему, и я не с первого раза поняла смысл содержимого. Только перечитав дважды, мне стало понятно.
Я никогда не спрашивала у родителей по поводу имени. Прекрасно знала, что оно странное, но узнавать у них мне не хотелось. Это еще один факт, подтверждающий мою отчужденность.
Желание было приемлемым для меня, но застать маму или папу дома было сложно. Постоянно в разъездах или по делам. Я жила практически одна.
Один раз, когда прошла уже неделя после прочтения письма, мне выпала возможность застать маму, сидящую за компьютером. Как я заметила, она работала.