– Я их больше не вижу, – говорит Элфи. – Они под самолетом.
– Сколько их? – спрашивает Терри голосом чуть громче шепота.
– Восемь, может, десять, – отвечает Элфи. – И еще другие на подходе.
Майлз снова выглядывает в иллюминатор. Вторая группа, как минимум из сорока-пятидесяти зомби, пересекает бетонированную площадку.
– Чего он так долго возится? – бормочет Майлз, потом делает глубокий вдох, оценивает сдавленность в груди и решает, что движение ему не навредит. Кроме того, если они не взлетят сейчас же, сердечный приступ будет самой меньшей из его бед.
Он выскакивает из кресла и направляется в кабину пилотов. Через дверь он видит, как Барри щелкает переключателями, пока Гилберт читает инструкцию, приколотую к пюпитру с зажимом.
– Ты умеешь управлять этой штуковиной или нет? – требовательно вопрошает Майлз, страшась услышать ответ.
– Разумеется, – отвечает Барри.
Гилберт поднимает голову от контрольного листа и пожимает плечами.
Майлз ощущает новые удары под ногами.
– Сейчас или никогда. Подкрепление на подходе, только не для нас.
Барри кивает, отмахивается от Гилберта и решительно врубает несколько тумблеров.
– К черту инструкции, – говорит он. – Сам управлюсь.
Взревывает один мотор, потом другой, и маленький самолет содрогается. Майлз чувствует, как нарастает мощь, потенциальная энергия, которая оторвет их от земли и понесет… куда? В панике и замешательстве он до сих пор не выбрал пункт назначения. Остальные ждут решения от него.
– Просто вытащи нас отсюда, – говорит он Барри.
Барри жмет на рычаг, и самолет начинает катиться вперед.
– Надеюсь, ни одну из этих мразей не затянуло в двигатель, – бормочет он.
Удары под фюзеляжем не прекращаются. Они ничего не могут с этим поделать, так что Майлз решает не волноваться. Если одному из них удалось проникнуть в багажный отсек, эту проблему нужно будет решать уже в воздухе. У них, в конце концов, есть ножи и топоры. Большинство из членов группы оказались в ней именно потому, что знают, как отражать атаки этих тварей.
По мере того как самолет набирает скорость, удары постепенно становятся реже, потом стихают вообще. Майлз пытается рассмотреть, что делается позади самолета, но обзор из иллюминатора слишком ограничен. Единственное, что он видит, это вторую группу зомби, стоящую на бетонированной площадке и следящую за самолетом, словно кучка провожающих, желающих им счастливого пути.
Майлз облегченно вздыхает.
– Все пристегнулись? – спрашивает он. – Сейчас будем взлетать. – Он надеется, что это правда, что они не съедут со взлетной полосы и не врежутся в растущие за ней деревья. Если такое случится, то самым лучшим для этого самолета будет вспыхнуть синим пламенем, которое пожрет их всех. Это положит конец всем их бедам.
Все занимают места и пристегивают ремни безопасности. У Майлза мелькает мысль: не должны ли они позаботиться о правильном распределении тяжести? Но Барри ничего об этом не говорил, а пока он вроде знает что делает. Майлз берет навигационные карты. Он должен срочно принять решение.
Самолет дергается влево и замирает: значит, они достигли начала взлетной полосы. Рев моторов усиливается, и самолет рвется вперед, быстро ускоряясь. Мимо бортовых иллюминаторов пролетают деревья. Майлз откидывается назад, ожидая, когда нос самолета начнет задираться, и через несколько секунд именно это и происходит.
Сила тяжести прижимает его к спинке кресла. Маленький самолет отрывается от земли, поддерживаемый невидимым давлением воздуха под крыльями. Все мировые проблемы отпадают, оставаясь внизу. Если бы можно было остаться в воздухе навсегда, это было бы прекрасно.
Несколькими минутами позже самолет выравнивается. По привычке Майлз смотрит на табличку «Пристегнуть ремни», но, видимо, Барри не слишком заботится о правилах обслуживания пассажиров. Майлз расстегивает свой ремень и снова погружается в изучение карт. С таким же успехом он мог бы, закрыв глаза, ткнуть в какую-нибудь точку наугад. У него нет никакой информации, которая помогла бы ему принять решение. Существуют ли места, до которых эта чума еще не докатилась? Например, какой-нибудь остров вроде Исландии? Он, кстати, вполне в пределах досягаемости. Может, Барри удастся что-нибудь услышать по радио?
У Майлза есть только один шанс принять правильное решение. Но необходимость принять его прежде, чем они сожгут слишком много топлива, парализует его. Почему они ждут, что все решения буду принимать я? Единственное, чего мне хочется, – так это заснуть, я так устал, думает он.
Тяжесть снова наваливается ему на грудь – то же ощущение, что и во время взлета. Но ведь теперь он не испытывает воздействия ускорения: они летят на крейсерской высоте, достаточной, чтобы минимизировать трение воздуха и подняться до максимального уровня. Он пытается сделать вдох, но грудная клетка у него сжата, как в тисках. Вдруг дыхание вообще перехватывает – тяжесть в груди становится такой, что легкие не могут расправиться.
Все остальные, словно зомби, пялятся в иллюминаторы. Там не на что смотреть – только облака и время от времени мгновенный проблеск земли далеко внизу. Наверное, они гадают, что там, впереди, думает он. Что мы обнаружим, когда снова коснемся земли.
Майлзу это уже безразлично. Он знает, что́ у них впереди, и не в силах ничего с этим поделать. Простреливающая боль парализует его. Он не может ни достать из кармана пластмассовую коробочку, ни произнести хоть звук, чтобы привлечь внимание. Дыхание становится частым и судорожным. Давление в груди нарастает, как стена воды, навалившаяся на дамбу, уже готовую рухнуть.
Он надеется, что остальные будут готовы, когда он явится за ними. Интересно, чувствуют ли боль зомби, мелькает у него в голове. Все равно она не может быть сильнее, чем эта. Или может?
Питер ТремейнУбийство в воздухе
Ни один сборник рассказов, действие которых связано с самолетами, не может считаться полным хотя бы без одной тайны запертой комнаты (самолеты представляют собой идеальные запертые комнаты), но в данном случае их целых две. Добро пожаловать на борт «Джамбо джет»[97] компании «Глобал эйруэйз», где вот-вот найдут тело незадачливого путешественника. К счастью для экипажа рейса 162, один из пассажиров, Джерри Фейн, окажется криминалистом и займется своим делом. Питер Тремейн – псевдоним Питера Эллиса, который, вдобавок к тому, что является автором почти сотни романов и более ста рассказов, имеет степень магистра по кельтологии. Он родился в Ирландии, работал репортером, а в середине 1970-х стал профессиональным писателем. Этот рассказ – его жемчужина.
Старший стюард Джефф Райдер заметил встревоженное выражение лица стюардессы Сэлли Бич в момент, когда она входила в кухонный отсек бизнес-класса «Боинга-747», летевшего рейсом GA162 компании «Глобал эйруэйз», и удивился, поскольку никогда прежде не видел старшую стюардессу взволнованной.
– Что случилось, Сэл? – спросил он, бодро приветствуя ее в надежде вернуть обычную озорную улыбку на ее лицо. – Неужели среди пассажиров бизнес-класса нашелся волк, который так тебя напугал?
Она покачала головой, не меняя озабоченного выражения, и ответила:
– Мне кажется, один из пассажиров застрял в туалете.
Улыбка Джеффа Райдера стала еще шире, и он был уже готов отпустить какое-нибудь фривольное замечание, но Сэлли, словно угадав его намерение, поспешно произнесла:
– Нет, я серьезно. Боюсь, что-то случилось. Он там уже очень давно, и человек, с которым он вместе летит, просил меня проверить, все ли с ним в порядке. Я постучала, но он не отвечает.
Райдер подавил вздох. Пассажир, застрявший в туалете, – явление не частое, но и не невиданное. Однажды Джеффу пришлось вытаскивать из туалета техасца весом килограммов в сто двадцать, и он предпочитал не вспоминать о том случае.
– И кто этот незадачливый пассажир?
– В списке он значится как Генри Кинлок Грей.
Райдер тихо застонал.
– Если в этом самолете заело замок двери в туалете, то внутри туалета конечно же оказывается Кинлок Грей. Знаешь, кто это? Президент «Кинлок Грей и Броуди», крупной международной медиакомпании. У него репутация человека, живьем пожирающего даже своих директоров, что же до таких, как мы с тобой, мелкой рыбешки в море жизни… – Он выразительно закатил глаза. – О господи! Ладно, проверю.
Райдер направился к туалетам бизнес-класса, Сэлли побрела следом за ним. Больше там никого не оказалось, и он сразу увидел, какая из кабинок была занята. Подойдя к ней, он тихо позвал:
– Мистер Кинлок Грей? У вас все в порядке, сэр?
Немного подождав, он деликатно постучал.
Ответа по-прежнему не было.
Райдер взглянул на Сэлли.
– Известно, сколько приблизительно он уже там сидит?
– Его спутник сказал, что он пошел в туалет около получаса назад.
Райдер приподнял брови и снова повернулся к двери. Теперь его голос звучал на октаву выше:
– Сэр? Мистер Кинлок Грей? Сэр, мы беспокоимся, не случилось ли с вами чего-нибудь. Я намерен взломать дверь. Пожалуйста, если можете, встаньте подальше от нее.
Отступив назад, он поднял ногу и нанес сокрушительный удар в районе замка. Слабенький замок слетел с болтов, и дверь частично приоткрылась внутрь.
– Сэр?.. – Райдер надавил на нее. Она плохо поддавалась, что-то внутри мешало ей открыться. Приложив немалое усилие, Райдер все же отодвинул ее настолько, чтобы можно было просунуть голову в крохотное помещение, и тут же резко отпрянул. Лицо у него побелело. Уставившись на Сэлли, он несколько секунд не мог произнести ни слова, но наконец выдавил шепотом: – Думаю, его застрелили.
Занавески, отделяющие туалеты от салона, были задернуты. Послали за командиром экипажа Моссом Эвансом, одним из старших пилотов «Глобал эйруэйз», которому кратко сообщили, в чем проблема. Крепкого телосложения, с серебряной сединой в волосах, капитан, ничем не выдавая тревоги, проследовал из кабины экипажа через салон бизнес-класса, улыбаясь и приветливо кивая пассажирам. Он был весьма раздражен, потому что всего несколько минут назад самолет перевалил на вторую половину маршрута – прошел «точку невозврата». Лететь оставалось еще четыре часа, и ему не нравилась перспектива откло