Новый вигвам для Вольного Ветра и Летней Грозы был готов, и будущую семью обеспечили почти всем необходимым. Через несколько недель должна была состояться свадьба, а Гроза до сих пор не решила, что подарит Ветру. Таня постоянно напоминала ей об этом, потому что на приготовление достойного подарка для сына вождя потребуется немало времени. А его уже практически не оставалось.
Именно эта мысль крутилась в голове у Грозы, когда она шла по берегу реки. Вместе с Утренней Зарей и младшей сестрой Ветра Звонким Жаворонком она собирала хворост. В этот день они ушли далеко от лагеря и уже собирались повернуть назад, когда Гроза услышала непонятный хриплый звук.
— Ш-ш-ш! — произнесла она и приложила к губам палец. — Молчите и слушайте.
Гроза уже было подумала, что ей послышалось, когда звук раздался снова.
— Что это? — прошептала Утренняя Заря.
— Не понимаю. Похоже на раненого зверя. — Гроза уже направлялась в сторону шума.
— Подожди, Летняя Гроза. — Жаворонок удержала Грозу за руку. — Может, лучше не ходить туда. Я слышала, что раненые звери бывают очень опасны. Нужно позвать кого-нибудь из мужчин.
В свои тринадцать лет Жаворонок была славной девочкой и все больше и больше нравилась Грозе. Жаворонок была права. Испытывая боль, даже обычно мирное животное могло стать опасным, но Гроза верила в свои силы. Ей не раз приходилось успокаивать перепуганных животных, к которым боялся подойти даже Джереми.
— Не бойся, Звонкий Жаворонок, я буду осторожна. А вы с Утренней Зарей можете подождать меня здесь, если хотите.
Девочки осторожно последовали за Грозой, держась на расстоянии. А та пробиралась сквозь высокую траву и кусты, росшие вдоль реки. Через каждые несколько шагов девушка останавливалась и прислушивалась к отчаянному зову.
Наконец она нашла то, что искала. Менее чем в трех футах от Грозы сидел самый красивый орел, когда-либо виденный ею. Широко расправленные крылья птицы достигали семи футов в размахе, царственные, с белыми кончиками перья составляли предмет вожделений любого индейца: такими перьями украшали военный головной убор. Несомненно напуганный, орел тем не менее подобрался, готовый защититься. Но правое крыло его, не подчинившись героическому усилию, тащилось по траве под неестественным углом.
— Ах ты, бедненький! — проворковала Гроза, осторожно подходя к орлу как можно ближе. — Ты сломал крыло.
Огромная птица прыгнула на нее, взмахнув здоровым крылом, и чуть не упала, потратив все силы на попытку достать девушку своими острыми когтями. Гроза подумала, что никогда не видела ничего более прекрасного, чем это гордое раненое создание. Орел наклонил вперед свою величественную голову и приоткрыл готовый ударить изогнутый клюв, золотистые глаза ожидали, пока неизвестное существо подойдет поближе.
— Ладно, осмотрись, — спокойно сказала Гроза и уселась вне пределов досягаемости птицы.
Нескончаемо долго одни золотистые глаза пристально смотрели в другие, пока противники оценивали друг друга. Наконец орел оставил защитную позу.
Однако Гроза не двинулась с места. Тихо и спокойно она принялась разговаривать с птицей, чтобы та привыкла к звуку ее голоса. Одновременно девушка предостерегла своих спутниц от разговоров и резких движений. Прошла, казалось, целая вечность, пока Гроза осмелилась придвинуться ближе, все время говоря и ни на секунду не отводя взгляда от глаз орла.
— Дай я помогу тебе, гордая птица, я знаю, у меня получится. Я вылечу твое крыло, оно будет как новенькое, и ты снова сможешь парить в небесах. Не позволяй гордости и страху становиться на пути выздоровления, дружок. Если ты отвергнешь мою помощь, ты умрешь.
Гроза со всей осторожностью запустила руку под птицу и ухватила лапы орла над острыми как бритва когтями. Потом, не дав орлу опомниться, она другой рукой бережно, но крепко взяла его за шею пониже головы.
— Нет-нет, ты совсем не хочешь цапнуть меня, милая птичка.
Певучий голос Грозы немного успокоил орла, но он все время был начеку и ждал ее следующего движения. Девушке понадобилась вся сила ее рук, чтобы удержать и прижать к груди огромное существо, удерживая его за лапы и шею. А еще надо было не забывать о сломанном крыле и, не выпустив птицу, постараться встать на ноги. Гроза справилась и с этой задачей.
— Доверься мне, мой красавец, я только хочу тебе помочь. — Тем же нежным голосом она позвала Утреннюю Зарю. — Мне нужно что-нибудь, чем закутать ему голову. С ним легче справиться, если он не видит.
Гроза чуть не расхохоталась, когда ее сестра с воодушевлением обернула голову орла своими штанишками.
— О Заря, — тихо произнесла она, — какая ты умница! — Это был единственно подходящий по размеру и мягкости предмет, и Заря сообразила быстро. — Спасибо, моя хорошая. Но если ты хоть кому-нибудь об этом расскажешь, я больше не буду с тобой разговаривать, — шепотом предупредила Грозу сестра.
Всю обратную дорогу Гроза старалась как можно меньше сжимать орла, хотя под конец ей стало казаться, что руки у нее сейчас сломаются под тяжестью птицы. Девушка чуть не вскрикнула от облегчения, увидев деревню.
Известие о необычной процессии быстро облетело лагерь. Любопытствующие в немом изумлении смотрели, как Гроза идет к вигваму своего отца.
— Мама, помоги мне, пожалуйста, — тихо позвала она Таню. — Орел сломал крыло. Мне нужно обезопасить его, осмотреть и наложить шину.
Таня быстро взяла кожаный ремень и крепко, но не очень туго связала орлу лапы. Потом также сноровисто сделала из узкой полоски кожи петлю и стянула ему клюв; покров с глаз птицы снимать не стали.
Наконец укрывшись от собирающейся толпы в вигваме, Гроза отпустила своего покалеченного пленника. Разминая затекшие руки, она повернулась к Тане.
— Спасибо, мама, еще немного, и я его выронила бы.
— Ты сможешь вылечить крыло? Он будет летать? — спросила Таня.
— Да. — Гроза не сомневалась в своих силах. Она несколько лет училась у Джереми и теперь подтвердит свои знания и умения. — Чтобы кости срослись как следует, нужно время, и я подержу его здесь, под присмотром.
Таня философски пожала плечами.
— У нас и раньше были не совсем обычные домашние животные, ничего — обошлось. Можно попробовать еще раз. По крайней мере, этот не станет драть одежду и пить мой кофе.
Гроза с удивительной легкостью зафиксировала сломанные кости, потом привязала крыло к телу птицы, чтобы предохранить его от других повреждений. И только тогда сняла с головы орла импровизированный колпачок. Клюв и лапы оставила пока связанными.
— Ну вот и все, дружок. Время и природа сделают остальное.
Гроза сидела, наблюдая, как ее пациент осваивает новое пространство, и в голове у нее зародился план. Если ей удастся завоевать доверие орла, она сможет приручить его, как некогда приручили кугуаров ее родители. Какой великолепный тогда получится подарок будущему мужу — вольная, как ветер, птица для Вольного Ветра, настоящий брат по духу!
Хотя уже вся деревня знала про орла, Гроза заставила своих родных поклясться, что они не выдадут ее намерений приручить птицу. Охотник решил, что его сестра сошла с ума.
— У тебя не получится, Гроза. Это взрослый орел, дикий, привыкший к свободе. Вот если бы он был помоложе.
— Я не собираюсь ограничивать его свободу, когда он снова сможет летать. Он будет волен лететь куда захочет, мне бы только хотелось приучить его доверять мне, возможно, прилетать на зов, защищать мою семью.
— Нападать на твоих врагов и предупреждать тебя об опасности? — поддел по своему обыкновению Стрелок.
— Да, — серьезно глянула на него Гроза. — Разве это так уж невозможно?
Ее братья именно так и считали. Утренняя Заря, видевшая, как Гроза в первый раз приблизилась к орлу, воздержалась от замечаний. По ее мнению, Гроза и так уже сделала невозможное, сумев взять птицу на руки и выправив ей крыло. А Пума и Таня повидали за свою жизнь столько непривычного и необъяснимого, что решили дождаться и посмотреть, что получится из затеи дочери. Случалось и более невероятное.
Вольный Ветер был приятно удивлен необыкновенными способностями Грозы, хотя и не подозревал о дальнейших планах девушки в отношении спасенной птицы. Приблизиться к дикому раненому орлу и успокоить его, как это сделала она, было поистине неслыханно.
— Где ты научилась таким вещам? — спросил он.
— Я не училась. Животные почему-то всегда доверяли мне, я сама не знаю почему, — сказала Гроза. — Поэтому мне было интересно узнать о них больше, и я уговорила Джереми, чтобы он позволил мне учиться у него, как лечить болезни животных. Он прекрасный ветеринар. Если бы не его уроки, я не знала бы, как выправить орлу сломанное крыло.
От внимания Ветра не укрылось, как смягчились голос и лицо Летней Грозы, когда она заговорила о Джереми. Темные глаза юноши задумчиво изучали невесту.
— Ты говоришь, о двоюродном брате твоей матери, мужчине с желтыми волосами и глазами цвета молодой травы?
— Да. Я и забыла, что вы встречались.
Ветер не только встречался с ним — Джереми был одним из немногих белых людей, которые нравились молодому индейцу. Правда, теперь он уже не был в этом так уверен.
— Чтобы учиться у него, ты проводила с ним много времени? — тщательно скрыв подозрительность, спросил Ветер.
Нежная улыбка коснулась губ Грозы, когда она вспомнила счастливое время рядом с Джереми.
— Я ходила за ним повсюду, как щенок. Он очень ласково обращался с животным и был терпелив со мной, какой бы невежественной я ни была и сколько бы вопросов ни задавала. — Голос ее прервался, и она закончила шепотом: — Я его обожала.
Углубившись в воспоминания, девушка забыла, что говорит с Вольным Ветром. Вздрогнув, она очнулась от резких слов Ветра:
— Ты его любила!
Даже если бы Гроза и хотела отрицать это, она не могла. Она не собиралась намеренно ранить Ветра, но и лгать ему не хотела. Девушка ничего не сказала, она просто отвернулась и стояла, глядя вдаль.