Галина ГрановскаяЛетучее Семечко
ВСТРЕЧА с РЫЖИМ
Летучее Семечко прилегло отдохнуть после долгого полёта. Но спокойно полежать в кустах ему не дали. Кто-то быстро пробежался по его крылу, а потом вдруг укусил за бок.
– Ой! – вскрикнуло Летучее Семечко. – Больно! Зачем кусаться?
– Ага, – произнёс кто-то. – Живое. Но несъедобное.
– Ты кто? – спросило Летучее Семечко, приподнимаясь, чтобы получше разглядеть незнакомца.
– Разве ты не знаешь? – удивился рыжий, блестящий, с большими чёрными глазами.
– Нет, – честно призналось Семечко.
Рыжий пошевелил своими антеннами.
– Удивительно. Меня здесь все знают.
– Я не из этих мест, – объяснило Семечко. – Я издалека.
– Тогда понятно. Меня зовут Воин из Муравьиного племени Большого Муравейника на опушке леса.
– Какое длинное имя!
– Можно и короче. Муравей, если одним словом.
– А я Летучее Семечко, – представилось Летучее Семечко.
– Из какого племени?
– Этого я не знаю, – призналось Семечко.
– Плохо, – сказал сурово Муравей. – Все должны знать, из какого они племени. Тогда скажи, откуда ты взялось.
– Я прилетело с северным ветром, – подумав, сказало Семечко. – Значит с севера.
– И это всё, что ты о себе знаешь? – поразился Муравей.
Семечко снова призадумалось. И вспомнило, что сначала оно летело, крепко сцепившись с другим таким же семечком, но это было неудобно и они разделились, каждый отправился путешествовать поодиночке. А ещё раньше оно было маленьким цветком и сидело вместе с другими такими же цветками на веточке. Веточка была частью большой ветки, а большие ветки вырастали из толстого ствола.
– Ага, ты выросло на дереве. Значит, когда-нибудь тоже станешь деревом, – cказал Муравей.
– Я? Не думаю, – засомневалось Летучее Семечко. – Посмотри на меня, я маленькое, а деревья просто огромные. Да и с виду разве я похоже на дерево?
– Нет, – оглядев Семечко, сказал Муравей. – Но дерево дало тебе жизнь. Значит, ты можешь стать только деревом и ничем больше. Таков закон. Но разве оно не сказало вам, своим семенам, какого вы роду-племени? Деревьев много и все разные, у каждого свое имя.
– Наверное, нам это говорили, только не каждый мог слышать, – объяснило Семечко. – Нас на дереве было так много, что и не сосчитать.
– Нас в муравейнике тоже тысячи. Но всех учат, каждому с детства рассказывают, кем он станет, когда вырастет.
– Разве муравьи не все одинаковые? – удивилось Семечко.
– Конечно, нет! Муравьи-добытчики приносят в муравейник еду. Муравьи-фермеры расселяют и всё лето пасут тлю на молодых листьях, получают от тлиного стада вкусный мёд. Муравьи-строители строят и перестраивают муравейник, рабочие поддерживают в нём порядок. Глубоко под землей живёт королева, которая откладывает яйца. Из яиц появляются личинки, из них вырастут новые муравьи. За личинками присматривают муравьиные няни. Охраняют муравейник солдаты, они в два раза больше рабочего муравья.
– Нет, у нас, семян, нет ничего подобного, – сказало Семечко. – На моём дереве все семена были одинаковыми. Разве что одни потолще, другие потоньше. И нас ничему не учили.
– Но это невозможно! – воскликнул Муравей. – У каждого есть пред-наз-на-чение, то есть, дело, которое он должен делать. Кто-то – добывать еду, кто-то – кормить и воспитывать младших, а кто-то всех охранять. Как ты будешь выполнять свои обязанности, если ты их не знаешь?
– А у меня и нет никаких обязанностей, – сказало Семечко.
– То есть, ты вообще не знаешь, что тебе делать? – поразился Муравей.
– Нет. Да я ничего и не делаю.
– Но ты умеешь летать, – напомнил Муравей.
– Само по себе я и летать-то не умею, – призналось Летучее Семечко. – Я летаю, когда поднимается ветер. У меня есть крыло…
– Два крыла, – уточнил Муравей. – У тех, кто летает, обычно два крыла, как у птиц. Или четыре, как у бабочек.
– Я не птица и не бабочка, у меня только одно крыло, – сказало Летучее Семечко. – Когда ветер подхватывает меня, я вращаю его туда и сюда и лечу.
– Любопытно, – произнес Муравей.
Он быстро обежал несколько раз вокруг Семечка, разглядывая его. Потом обмерял его хвойной иголкой, сначала вдоль, а потом поперёк. Попрыгал на крыле, проверяя на прочность.
– А на тебе никто не пробовал летать? – спросил, наконец.
– Такое никому в голову не приходило! – рассмеялось Семечко.
– А мне пришло, – сказал Муравей. – Я подожду, когда поднимется ветер. Не возражаешь, если я полетаю на твоем крыле?
– Я-то не возражаю, – ответило Семечко. – Только не знаю, выйдет ли что-нибудь из этой затеи. Понимаешь, я никогда не знаю, где окажусь после полёта… И потом, я лёгкое, но поднимет ли ветер нас двоих?
– Поднимет. Иногда в воздухе кружатся огромные листья в десять раз больше, чем ты. И даже…
Муравей не успел договорить, как из-за кустов вылетел Умеренный Южный Ветер, который слышал разговор Семечка и Муравья.
– Хотя я и не самый сильный в нашей ветренной семье, – просвистел он, – но могу не только листья переносить, а и целые ветки. Что уж говорить о такой мелочи, как семена!
– А кто в вашей семье cамый сильный? – спросил Муравей.
– Тайфун. Он летает над морями-океанами, поднимает огромные водяные горы. В плохом настроении он может разбить даже самый большой и крепкий корабль. В пустыне живёт мой другой брат, жаркий Сирокко. А cамый быстрый – Торнадо, сильный вихрь, который вырывает с корнем огромные деревья, и поднимает на большую высоту даже тяжёлых животных. И может унести их далеко…
– Нам далеко не надо, – вежливо перебил его Муравей. – И слишком высоко тоже. Не мог бы ты поднять нас лишь так, чтобы я мог оглядеть владения нашего муравейника?
– Я всё могу! – засмеялся, зашелестел листьями Ветер. – Так и быть, покатаю вас немного.
Он легко поднял Летучее Семечко в воздух вместе с Муравьём и понёс их в сторону небольшого озера.
– Вижу воду! – забеспокоился Муравей. – Вода – крайняя граница и дальше мне нельзя. Иначе я могу не вернуться в cвой муравейник. А в чужой меня не пустят.
– Как хочешь, – сказал Ветер и опустил Летучее Семечко у самой воды.
– Прощайте! – крикнул Муравей, соскакивая на землю. – Делу время, а потехе час. Надо закончить обход границ и посмотреть заодно, нет ли чего-нибудь съедобного. Может быть, попадётся дохлая гусеница или медовое яблоко… Счастливого пути, Летучее Семечко, был рад знакомству! Будь осторожно, с ветрами шутки плохи. Никогда не знаешь, куда они тебя занесут.
И махнув лапкой, он исчез в зарослях травы.
– Ах, вот как! – возмутился Умеренный Южный Ветер. – Я доставил вас точно по назначению, а вместо спасибо услышал всякие обидные слова! Я вам больше не помощник, ищите себе других!
Обиженный, он полетел дальше, оставив Летучее Семечко на берегу.
На ОЗЕРЕ
Летучее Семечко некоторое время лежало неподвижно. Оно ерзало по песку, зевало, и собралось уже вздремнуть, как вдруг позади него раздался шум и треск, и на берег вышел великан. Семечку показалось, что рядом быстро передвигается гора. И эта живая шагающая гора задела своей огромной ногой Семечко, которое тут же запуталось в густой шерсти. «Похоже, дальше я буду путешествовать на этой мохнатой горе, – подумало Семечко. – И можно немного расслабиться. Всё-таки утомительно всё время летать… Посмотрим, в какие края занесёт меня эта гора». Оно стало устраиваться поудобнее, поглубже зарываясь в мохнатую шерсть. Только напрасно старалось. Великан совсем не собирался никуда идти. Он собирался искупаться. И через мгновение Летучее Семечко оказалось под водой. Это ему так не понравилось, что оно тут же выпуталось из шерсти и быстренько всплыло на поверхность. Не то, чтобы оно так уж боялось воды. Ему уже случалось мокнуть под дождем. Но одно дело, когда тебя поливает сверху и совсем другое – оказаться на глубине, где никакое солнце своими лучами тебя не достанет и не высушит. Вынырнув, Семечко огляделось. Мохнатая гора была уже на середине озера и, похоже, возвращаться не собиралась. Как же быть? Как добраться до берега?
– Погляди-ка, дорогая, что-то плывет, – раздался скрипучий голос, и круглый чёрный глаз уставился на Летучее Семечко сверху. – Возможно, это съедобное семя. Не хочешь его попробовать?
Над Семечком тут же склонилась вторая голова, и другой глаз начал его рассматривать.
– Не думаю, дорогой, что оно вкусное. Я таких раньше не встречала. Но попробовать можно.
И не успело Семечко пискнуть, как крепкий утиный клюв ухватил его за бок. Впрочем, тут же его и выплюнули.
– Несъедобноe. Давай-ка, отправимся в заросли камыша, там наверняка будет чем полакомиться.
После этих слов обе утки исчезли так же быстро, как и появились. «Ох, кажется, пронесло, – облегченно вздохнуло Семечко. – А могли бы и съесть». Впрочем, то, что не съели, было слабым утешением. Вокруг была вода, долго оставаться в которой было опасно. Семечко почувствовало, как разбухает и становится всё тяжелее. Так и утонуть недолго. А это совсем не то, что полагается делать Летучему Семечку. Семечко ещё не знало, что ему полагается делать, но уж точно не тонуть. Оно огляделось. Берег был совсем недалеко, но как до него добраться? Вода была неподвижной. Вот если бы ветер погнал волну… Летучее Семечко прислушалось. Кто-то шелестит камышами, не ветер ли там прячется?
– Ветер! – позвало Семечко.
Никто не отозвался. Но камыши зашелестели сильнее, и оттуда показался сначала длинный клюв, а следом и голова на длинной шее. Потом рядом высунулась вторая, точно такая же и, повернувшись к первой, спросила:
– Как будто кто-то кричал?
– Нет, Длинношейка, тебе просто показалось.
– Не показалось! – что было сил крикнуло Летучее Семечко, чувствуя, что действительно может утонуть. – Спасите! Помогите выбраться на берег!
– Нет, Журавушка, не показалось. Действительно кто-то кричит.
– Это пищат комары, Длинношейка. В этом году очень много комаров.