Лучший друг молчал. Юрка встал.
— Постой. Ты куда? — кинулся за ним Витя.
Пляж бурлил криками, музыкой, смехом. Лучшая подруга встревоженно огладывалась по сторонам.
— Ребята, а где Лена?
Все пожали плечами, а самый высокий сказал:
— Она побежала вон туда.
Лучшая подруга заглянула в раздевалку. Лена стояла, уткнувшись в ребристую стенку. Плечи ее беззвучно вздрагивали.
— Что с тобой?
Лена повернула к ней зареванное лицо и лихорадочно зашептала:
— Как же так? Ведь он говорил мне, что любит. А сам… А сам смеется. Разве так может быть? Неужели ему весело?.. Нет, он меня не любит. Не любит!
Тамара вдруг часто заморгала глазами и заревела.
— Не плачь, Ленка, — всхлипывая, сказала она. — Я сейчас пойду и все ему скажу… Все-все!
— Не надо. Я сама. — И Лена вышла.
В спасательной станции только что окунувшийся радиобудочник растерся полотенцем, надел наушники и изумленно выпучил глаза. Затем поспешно щелкнул рычажком.
«…Межгалактический корабль внеземной цивилизации совершил посадку на Байконуре!!! — торжественно понеслось из динамика по всему пляжу. — В этот незабываемый миг взгляды всего человечества прикованы к СССР! Вот открывается люк. Сейчас появятся дорогие гости из Галактики. Вот они выходят… Они такие же, как мы, — люди!!! Только у них три глаза. Итак, впервые в истории человечества установлен прямой контакт с мыслящей вселенной!!!»
Что тут началось! Незнакомые люди бросались друг другу в объятия, что-то кричали, подбрасывая в воздух шляпы, башмаки и гитары. Пляж ликовал!
Лучшая подруга схватила лучшего друга, случайно оказавшегося рядом, закружила его, чмокнула в щеку — и покраснела. Он тоже смутился.
А по берегу, перешагивая через бутылки и одежду, журналы и гитары, безучастные ко всеобщему восторгу, не видя и не слыша ничего вокруг, шли Юрка и Лена. Они сошлись в центре пляжа.
— Слышишь, я тебя больше не люблю, — она закусила губу.
— Я тебя больше не люблю — как эхо, повторил он.
— Прощай.
— Прощай.
Он пошел в одну сторону, она — в другую, и ни разу не обернулись.
А на пляже продолжалось ликование. Никто даже не заметил, что произошло в этот миг с двумя влюбленными. Кроме лучшего друга и лучшей подруги. Они все видели, все поняли и переглянулись.
— И все-таки мы действовали правильно. Да? — сказал Витя.
— Ради них, — подчеркнула Тамара.
— Вы слушали радиопостановку по фантастической повести «Трое с Альдебарана», — объявил по радио диктор.
— Тону-у! — раздался в море чей-то отчаянный вопль.
Юрка ринулся в воду. И вытащил на берег своего… начальника, потерявшего сознание. Он поднял его за талию головой вниз и начал трясти. Хлынула вода — к морю побежал ручеек, в котором заковылял крошечный краб.
— Сердце зашлось от волнения… — слабо оправдывался лежавший на песке начальник. — Такой обман! Значит, никто не прилетел?.. — Наконец, он узнал своего подчиненного и удивленно сказал: — Расспасался! Вот ведь… не поругай я тебя тогда — утонул бы! Понимаешь, — внезапно оживился он, — пока я сознание терял, я для нового плакатика стишата придумал: «При перестройке все — умельцы, а в море — пьяные, как Ельцин!»
Решительно все теперь изменилось для Юрки и Лены. Он одиноко бродил по улицам. И она грустно ходила по другим улицам. Он погладил по голове смеющегося малыша, и тот заплакал. Она взглянула на счастливых влюбленных, и те начали ссориться.
И невидимые скрипки больше не пели для Юрки и Лены о любви.
Море плескалось о каменные плиты, и по воде неторопливо плыли две тени — большая и маленькая. По ступенькам набережной шли уже не Лена с Юркой, как вы, наверное, подумали, а Тамара с Витей. Она деликатно спустилась на две ступеньки ниже своего спутника. Общие заботы сближают людей. Наши заговорщики не были исключением из правил.
— Конечно, очень мне ее жаль, — вздохнула лучшая подруга и, посмотрев на своего спутника, добавила: — И его тоже.
— Сейчас не до жалости, — сумрачно ответил он.
— Жалость принижает, — согласилась она и спустилась еще на ступеньку. — Пожалеем — наплачутся.
— Да, — подтвердил он. — Потом сами будут нас благодарить. Что нам нужно сделать дальше?..
…А дальше события приняли головокружительный оборот. Утром на следующий день Тамара повезла Лену куда-то из города на такси по извилистым, слаломным петлям приморского шоссе.
— Время и расстояние — главное, — говорила лучшая подруга.
— Мне теперь все равно, — безучастно отозвалась Лена.
— Вот это и плохо. А мне не все равно. Потому я взяла себе тоже отпуск без содержания, — сказала Тамара.
В тот момент, когда их такси въезжало во двор отдаленного пансионата «Лесное озеро», Юрка и Витя в городе с трудом открывали окованную бронзой, массивную дверь «Южного филиала Главсевморпути». Справившись, наконец, с ней, они очутились в крохотном холле этого учреждения.
— Я прочел ваше объявление, — обратился Юрка в окошко вербовочного отдела. — Для работы на Севере вам срочно требуются метеорологи. И вообще — люди. Я, правда, еще только учусь заочно…
— Куда бы вам конкретно хотелось на Севере? — вежливо спросил кадровик. Видать, желающих было не слишком много, прямо скажем, не ломились.
— Куда подальше, — ответил Юрка. — На самый край!
— Правильно, — поддакнул сзади Витя.
Оставим Юрку заполнять обширную анкету и перенесемся в загородный пансионат.
Тамара и Лена уже устраивались в уютной комнате на третьем этаже. Лучшая подруга выложила из чемодана огромную кипу книг.
— Заодно почитаем, — ободряюще заявила она.
А что же Юрка?.. Оформив документы, получив назначение, проездные и подъемные, он рассеянно расстался с Витей на улице. Лучший друг тут же тайно поехал в пансионат — доложить Тамаре, что операция развивается успешно, по плану.
А Юрка побрел в детский сад № 5.
— Она уехала, — сказала ему пожилая няня. — А зачем вам она?
— Попрощаться… Куда уехала? Няня, замявшись, оглянулась.
— Мне надо попрощаться, насовсем, — подчеркнул Юрка.
— А-а. Тогда не знаю, — сухо ответила няня и закрыла двери.
События продолжали нарастать…
У входа в пансионат «Лесное озеро» Тамара столкнулась с Витей и озабоченно сказала:
— Хорошо, что вы здесь. Я сейчас звонила в город по таксофону. Он ее ищет. В детский сад заходил!
— Примем меры.
— А как там?.. — не договорила Тамара.
— Полный порядок.
— Скорей бы… — вздохнула она. — И отмучаемся.
Мимо них пробегали мальчишки, пасуя друг другу футбольный мяч. Один из них, белобрысый нахал, увидев высокую Тамару и коротышку Витю, прыснул от смеха и прошелся на корточках.
Витя возмутился и дал такого пинка мячу, что тот с высоты холма, описав гигантскую кривую над санаториями, упал в море!
Две старушки, вяжущие носки на лавочке, неодобрительно поглядывали на Витю с Тамарой и довольно громко хихикали:
— Стрекоза и муравей! Башня Крылова!.. Чего-чего?.. Башня!.. Она-то, ясно, башня, а он — в яслях плохо ел!
Лучшая подруга гневно покосилась на старушек и вновь повернулась к Вите:
— Надо опустить жалюзи на окне, отключить внутренний телефон, закрыть дверь на ключ!
Лена взглянула в окно, посмотрела на них и взволнованно заходила по номеру. Подошла к телефону и выхватила шнур из розетки. Заперла изнутри дверь на ключ, а ключ швырнула далеко во двор. Затем снова высунулась в окно. Тамары и Вити внизу уже не было. За воротами, метрах в двадцати от корпуса, в обе стороны шоссе ветренно проносились с обрывками мелодий легковые машины и поющие туристские автобусы. Люди вовсю наслаждались жизнью.
Лена убрала стаканы с блестящего подноса, выдернула шпильку из волос и начала выцарапывать на нем какие-то слова.
Тощий мужчина, сидевший на арбузах в кузове мчащегося грузовика испуганно удивился, когда ему прямо на колени со страшным звоном упал откуда-то с неба большой сверкающий поднос.
На нем было нацарапано «SOS» и еще что-то.
Он громким басом прочел:
— «СОС! Кто бы вы ни были, позвоните 41–57, скажите: Юрка, на помощь! Пансионат «Лесное озеро», номер 35, второе окно слева. Меня заперли! Лена».
Закрыв окно, Лена с треском опустила металлические жалюзи. Потом отломила у них раздвижную рукоятку и гордо уселась в кресле.
Мужчина с арбузной машины… А что бы сделали вы, получив такое послание на подносе? Так и он не успокоился до тех пор, пока не дозвонился до загадочного Юрки. Мало того, он еще и задержал грузовик, чтоб лично вручить послание адресату в условленном месте.
Безуспешно пытаясь остановить на дороге все попутные машины подряд, Юрка, к счастью, повстречал ремонтный дредноут Витиного напарника, правда, едущий в другую сторону. Дядя-достань-воробушка, хоть и знал Юрку, поначалу отказался подбросить его к пансионату «Лесное озеро», ссылаясь на неотложные дела. Но, увидав «SOS» на подносе, сразу же развернулся и заявил:
— Скорей садись! Чего волынку тянешь?! Пружина раскручивалась все стремительней. Тамара, а затем и Витя, настойчиво стучали в запертую дверь 35-го номера.
— Ленка, открой! — требовала лучшая подруга.
— Ключа нет, — наконец, послышался отрешенный голос Лены.
— Что с тобой?
— Ничего… Читаю.
— Что читаешь? — машинально спросила Тамара.
— «Анну Каренину»…
— Тебе еще рано, — обеспокоилась лучшая подруга. — Я для себя привезла.
— Пожалуйста.
И больше ни единого слова.
— Беги за ключом к дежурной, — тихо приказала Тамара Вите.
А ремонтная машина уже приближалась к пансионату.
— Нет дежурной, — нервно вернулся Витя к Тамаре. — Ушла куда-то. Отключилась… то есть отлучилась.
На бешеной скорости дредноут Дяди-достань-воробушка влетел в ворота «Лесного озера» и, резко затормозив, остановился впритык к стене.
— Лена! Не дури! — все еще требовала у двери на третьем этаже лучшая подруга. — Открой, слышишь?