таря УЕФА. Жеребьевка первого круга проходила в Стокгольме за несколько дней до начала чемпионата мира по футболу в Швеции, поэтому новорожденный турнир не очень-то и заметили.
Чемпионат Европы был призван стать единым соревновательным пространством для любителей с Востока и профессионалов с Запада. Но в большей степени этот турнир стал состязанием внутри социалистического лагеря, соревнованием, которое мобилизовало и привлекло огромное количество зрителей. Первый чемпионат Европы, который начался осенью 1958 года и закончился 10 июля 1960 года, отличался доминированием социалистических стран. Из 17 стран, которые заявились на соревнования, восемь были социалистическими: СССР, Чехословакия, Польша, Венгрия, Румыния, ГДР, Болгария и Югославия. Не участвовали в соревновании ФРГ, Италия, Британская футбольная ассоциация, Бельгия, Нидерланды и Швеция. Единственными значимыми в то время западноевропейскими участниками чемпионата были Испания и Франция. Всего в ходе турнира было сыграно 28 матчей. В 1988 году на последнем турнире перед падением Берлинской стены и распадом социалистического лагеря игр стало уже 117.
Первый круг соревнований, 1/8 финала, начался с матча сборных СССР и Венгрии. Восстание в Венгрии было уже позади, но угли этого пожара еще дотлевали. Тренер советской сборной Гавриил Качалин (по словам Валентины Яшиной, прекрасный человек) готовил свою команду очень профессионально, впрочем, как обычно. Перед первой игрой с Венгрией все члены команды отправились на тренировочную базу в Тарасовку, где Качалин решил попробовать тактику 4–2-4 и применить ее на практике.
Тренер решил обойтись без травмированного Игоря Нетто, тем не менее сборная без проблем одержала победу 28 сентября 1958 года перед 100-тысячным стадионом со счетом 3:1. Исход был понятен уже после получаса игры, после того как Ильин, Метревели и Иванов обеспечили своей команде перевес в три гола. Во втором тайме команда СССР играла уже спокойнее, а венгры решили поставить на чашу весов всю свою мощь. На 84-й минуте сборная Венгрии все же забила гол престижа, но в глазах зрителей оставила неоднозначное впечатление о себе. Последствия политически обусловленной эмиграции Пушкаша и многих его партнеров были очевидны. Только спустя год команды встретились в ответном матче в Будапеште. Перед 78 тысячами зрителей на стадионе «Непштадион» под проливным дождем советская сборная вновь одержала победу со счетом 1:0. Гол забил Войнов. В очередной раз команда своей победой была обязана вратарю Яшину.
Четвертьфинал начинался «битвой» между Востоком и Западом, между, пожалуй, сильнейшей западноевропейской футбольной державой Испанией и сборной Советского Союза. Игры должны были пройти в мае – июне 1960 года.
Сборная СССР сосредоточилась на чемпионате Европы, поскольку команда не прошла отбор на олимпийский футбольный турнир 1960 года в Риме. Будучи в третьей группе, сборная СССР проиграла команде Болгарии. В Москве счет встречи был 1:1, в Софии в сентябре 1959 года сборная проиграла со счетом 0:1. В обеих встречах на воротах стоял вратарь ЦСК МО Борис Разинский.
В феврале 1960 года сборная СССР отправилась на три недели на тренировочную базу в ГДР. Издание «FuWo» напечатало репортаж о пребывании советской сборной: «21 февраля 1960 года для футбола ГДР стал знаменательным днем. В воскресное раннее утро советская команда приехала на берлинский Восточный вокзал, чтобы провести три недели тренировок в нашей республике. Мы сердечно приветствуем наших друзей из Советского Союза и надеемся, что их визит послужит дальнейшему развитию футбола».
Советских спортсменов встречал президент Футбольного союза ГДР Курт Штоф (его брат Вилли возглавлял Государственный совет ГДР в 1973 году), Генеральный секретарь Зепп Камм и тренер Футбольного союза Фриц Гёдике. С вокзала делегация в составе 30 человек поехала на автобусе в расположенное в 40 км восточнее центра место под названием Кинбаум в Бранденбурге, которое являлось тренировочной базой для элитных спортсменов ГДР (сейчас Кинбаум – известный центр профессионального спорта, в том числе по легкой атлетике, гимнастике, велоспорту, спортивным играм, а также центр для людей с ограниченными возможностями. Здесь находится спортивная база государственной полиции). Журналист из Восточной Германии Готфрид Вайзе писал: «Для Яшина это было идеальное место – тренировочная база располагалась у огромного озера, где он мог рыбачить. Там с ним можно было побеседовать. Яшин всегда оставался единственным спортсменом, которому не надо было просить разрешения у тренера. Он всегда выделялся на фоне остальных, по-другому быть не могло. Лев всегда был в хорошем расположении духа, охотно давал интервью, абсолютно без проблем. Мы также пригласили его в телевизионную студию, еще пару раз он был на традиционных мероприятиях футбольного клуба «Динамо» в Берлине».
Руководителем советской делегации был Андрей Старостин. Бывший игрок «Спартака» и узник ГУЛАГа теперь стал ответственным секретарем Федерации футбола СССР и начальником команды в сборной. Сборная начала тренироваться под управлением Михаила Якушина, который был также главным тренером ФК «Динамо» (Москва). Среди игроков были в том числе Игорь Нетто («Спартак»), полузащитник и капитан национальной сборной, правый полусредний Валентин Иванов («Торпедо» (Москва), Игорь Численко («Динамо»), левый крайний Михаил Месхи («Динамо» (Тбилиси), центральный нападающий Виктор Понедельник (ФК «Ростов») и правый крайний Слава Метревели. Главный интерес журналистов из ГДР вызывал, безусловно, самый возрастной игрок команды вратарь Лев Яшин.
Репортеры издания «FuWo» Ханц Вольфрум и Герман Гене приехали в гости к советской команде: «Дорога привела нас к причалу у озера. Там одиноко сидел Лев Яшин и удил. Курт Штоф спросил его: «В СССР рыбы клюют лучше?» Яшин мгновенно же ответил: «Рыба везде одинаковая, в основном глупая, чтобы клевать». Когда журналисты издания похвалили и заверили Яшина, что в игре он был настолько же спокоен, как и на рыбалке, тот ответил: «Нужно быть терпеливым в любом деле».
1960 год стал для советского футбола годом большой реформы. Класс «А» огромной империи, в год назад состоявший всего из 12 команд, был расширен почти вдвое и теперь насчитывал 22 команды почти из всех союзных республик. Он разделялся на две группы по 11 команд, в которых проводились двухкруговые турниры. По три лучшие команды из каждой группы в финальном раунде, опять-таки в два круга, разыгрывали звание чемпиона. Кроме того, количество команд в классе «Б» увеличилось со 102 до 142. Старостин говорил: «Такие меры дают уверенность, что уровень футбола будет расти, при этом молодежь из новых команд сможет развиваться в соперничестве с лучшими игроками». Поскольку сезон начинался в начале апреля и заканчивался в октябре, советские спортсмены могли участвовать в Кубке европейских чемпионов. Клубы Югославии, Венгрии и Польши уже дебютировали в нем в сезоне 1955/1956 года. Чуть позже к ним добавились команды Болгарии, Румынии, Чехословакии, а в 1957/1958 году к ним примкнул и чемпион ГДР.
Старостин говорил, что вскоре в СССР появятся крытые манежи, что ослабит зависимость продолжительности сезона от климата. В сезоне 1966/1967 года чемпион СССП наконец дебютировал в КЕЧ. «Торпедо» (Москва) тогда проиграло в первом круге будущим финалистам, миланскому «Интеру».
26 мая 1960 года испанская сборная находилась в мадридском аэропорту и готовилась к отлету, как вдруг стало известно о приказе министра внутренних дел Вега остаться в Испании. Как позже написало французское агентство «France Press»: «Футбольная игра стала жертвой холодной войны».
Антикоммунистический режим Франко был раздосадован советской поддержкой республиканцев в испанской гражданской войне, и поэтому Испания прекратила дипломатические отношения с СССР и другими социалистическими странами[56]. Встреча с командой Польши в 1/8 финала также не воодушевила диктатора. УЕФА попытался поспособствовать разрешению конфликта, который, как было понятно с самого начала, серьезнейшим образом угрожает репутации новорожденного турнира. Таким образом, дееспособность УЕФА, действующего в политически расколотой Европе, оказалась под угрозой. Команде Испании и сборной Советского Союза предложили проведение игр на нейтральном поле. Испанское правительство согласилось на такое решение конфликта, но советская сборная предпочла альтернативу[57]: пройти в финальный раунд соревнований без борьбы. УЕФА дисквалифицировал Испанию, а также оштрафовал Испанский футбольный союз на 2000 швейцарских франков.
Финальный раунд во Франции состоял из 4 игр, которые посетили более 100 тысяч человек, что в среднем составляет 43 тысячи человек за игру. На Востоке интерес к предварительным раундам был значительно больше, чем на Западе: на пять домашних игр СССР, Венгрии, Польши и Румынии пришли в общей сложности 375,5 тысячи болельщиков, то есть в среднем 75 тысяч на каждую команду. Самая большая посещаемость была отмечена на игре между сборными СССР и Венгрии.
До полуфинала дошли три команды из социалистического лагеря: СССР, Югославия и Чехословакия, а также команда Франции, принимающая финальный раунд.
Советскую сборную снова возглавлял тренер Гавриил Качалин. Во Франции спортсменов поселили на тренировочной базе французской команды. Центральный нападающий Виктор Понедельник в интервью 2016 года газете «Freitag» вспоминал: «Это было фантастически. (…) Мы могли там действительно тренироваться, было много футбольных полей, хорошее обеспечение, прекрасные условия благодаря гостеприимству французской стороны. Я не могу это забыть до сих пор». Понедельник играл за армейскую команду Ростова-на-Дону и был единственным игроком в команде, который приехал из провинции. Его отец был журналистом и освещал события Нюрнбергского процесса после войны.