Я вернулся домой. Был Саша Аккерман, с ним и с Иркой обсуждали мой «Жезл Аарона».
5 апреля. 4. Иерусалим. Тель-Авив. Яффо. Поехал в Тель-Авив на своей «Моррис-Марине».
Был в «Едаграфе», печатали «Жезл Аарона». Эзра Султан и печатник. Был Саша Арарий.
Я был у Нафтали Безема в его новом жилище. У них еще вещи не разобраны после приезда. Мы поцеловались с Нафтали и Ханной. Нафтали рассказывал о США, Нью-Йорке. Я слушал и чувствовал, как мы далеки друг от друга. Нафтали был в Нью-Йорке у коммерсанта Авербуха (у которого была его выставка), но не в Нью-Йорке художников и поэтов. Он рассказывал об успехе Галанина, а в моих глазах стоял китчист Галанин со своими иллюстрациями, рассказывал о Григоровиче, все те же плачи, жалобы, надежды. Нафтали говорил о деньгах, но не об искусстве. Нафтали принадлежит к миру делателей картин, но не к миру современного искусства.
Я бродил по Тель-Авиву, по галереям.
Зашел к Аарону Алкалаи. Мы пили чай и беседовали, он милый, добрый «болгарин», хороший живописец.
Я был у барабанщика Зоара Леви. (Он один из музыкантов, популярных среди молодежи.) Мы говорили за чаем об искусстве, о жизни, об истории, урбанизме, Уолте Уитмене[101], арабах и об Эрец-Исраэль.
Я был у Меира Визельтира, но застал его уходящим из дома (на обязательный карточный вечер). Он подарил мне свою новую книжку стихов.
Я был у Ури Лифшица. Мы разговаривали с ним о том о сем. Ури сейчас популярен, и очень, в Израиле. Он талантлив, но человек небольшого ума и небольшой оригинальности. Он «гений» местного масштаба.
Зашел с Ури к Ивану Швебелю, и мы болтали о разном.
Я поехал в старую Яффу. Бродил по галереям. Беседовал с каким-то китчистом Крачмаром в его галерее.
Я зашел в галерею Блатмана. Менаше и его жена восседают в этом храме искусства китча. У них художник Сабин (Сами Биджерано). Мы болтали и пили коньяк. Менаше дал мне в подарок бутылку водки. Просил найти ему художников.
Спал я на квартире Ев. Ар.
6 апреля. 5. Яффо. Тель-Авив. Я был в «Едаграфе» у Эзры Султана, мы печатали «Жезл Аарона».
Я был у Збарского, у Романа и Тамары Винокуров, которые дали ему помещение на Бен-Иегуде, ок. своего ювелирного магазина. Он отправил свои скульптуры в США на выставку и скоро улетит туда и сам.
Я гулял по Тель-Авиву, ел питу с сосисками, заходил в галереи. Был в галерее Гивона, беседовал с семейством Гивонов, смотрел выставку художников Эрец-Исраэль.
Я был на вернисаже выставки Освальдо Ромберга в галерее Рихтера. Он устроил некоторое словоговорение в компании с Раном Шхори и неким Краусом. Ничтожные, жалкие люди, маленькие человечки, они пыжились, играли в интеллектуалов. Я встал и выступил; я сказал, что они разговаривают так, как будто сейчас не XX век, а XIX и еще не было Малевича, Татлина, Мондриана, Корбюзье и др.; что они непрофессионально разговаривают, что разговор их не об искусстве, а о личных психических проблемах, о литературе вокруг искусства; что они нуждаются в психиатрах (эти мудаки все талдычили о нехватке коммуникации). Я говорил о неактуальности Рембрандтов, Веласкесов и пр., я говорил, что они мелкие отсталые эстеты и пр. Публика слушала с большим вниманием, и некоторые потом подошли ко мне и выразили свое одобрение.
Я беседовал со скульптором (хорошим) Инглендером, с фотографом Авраамом Хаем и его красивой женой, с Рихтером (галеристом) и его помощником и др.
Был Лев-Феликс Збарский, он показал свою скульптуру и слайды с тех, что послал в Чикаго. Он сделал огромные успехи и сейчас производит хорошие конструктивные скульптуры. Я высказал ему свое удовлетворение. Потом мы с ним сидели в кафе, потом гуляли до 3 ночи по старой Яффе и разговаривали. Лёва плел что-то о Христе, о евреях, против «нонконформистов» и пр., как одержимый. Мы расстались – я пожелал ему полного успеха в США.
Я ночевал у Ев. Ар.
7 апреля. 6. Яффо. Иерусалим. Ев. Ар. вернулась из поликлиники. Мы позавтракали и выехали в моей «Марине» в Иерусалим.
Мы приехали. Ирка дома. Яшка идет на день рождения к Веред, тщательно оделся.
Были Боря Азерников с зубным врачом и его женой.
С Иркой, Ев. Ар., Азерниковым пили чай и болтали.
8 апреля. Шб. Иерусалим. Ирка со Златкой и Ев. Ар. гуляли и были у Дины и Шурика Гольдшмидтов.
Я занимался книгами.
Заходил к Аарону Априлю (М. Блатман просил поговорить с ним о выставке).
Говорил по телефону с Мириам Таль.
Заезжал Мордехай Эвен-Тов.
9 апреля. 1. Иерусалим. Тель-Авив. Яффо. Утром: встреча в Кинг-Дэвиде: Ами Шавит, Исраэль Хадани, Артур Спектор, я, Комкоммер; плюха Бейтани и Бен-Хорин из Мин. иностр. дел. Д. Резник и Бецалель Наркис от худсовета; Юдит от Мин. иностр. дел. Мы показывали проект, модель и пр. Объясняли и пр. Дело двигается.
После Кинг-Дэвида я заехал к Ирке в «Став», попрощался и поехал в Тель-Авив.
В «Едаграфе» печатаю с Эзрой Султаном и Арье «Молитву».
Я был у Мариса Бишофса и Виктоши.
С Марисом были в галерее «Лавана», пили водку и пиво. Алина Слоним была там, Игаль, бывший продюсер, а ныне хозяин этого белого кафе. Подсел к нам некий гнусного вида тип Иона Бен-Иуда, поэт-дилетант, коммунист, кретин. Я издевался над ним, ибо он, кроме всего прочего, зовет себя Еби. Саша Арарий был с Нехамой. И пр.
Ночевал я у Ев. Ар.
10 апреля. 2. Яффо. Тель-Авив. Первая половина дня: «Едаграф». Эзра и др. Печать «Молитвы».
Зашел в магазин Корнеля Поллака, искал книги.
Был недолго у Меира Визельтира.
Зашел в магазин Якова Тверского, у него был художник Эфраим Лесов; беседовал с ними.
Искал ателье Баруха Агадати, но на его месте уже ничего нет, пусто. Ходил по улицам, книжным местам.
Дошел до магазина Винокуров. Сидели с Феликсом Збарским в кафе, беседовали. Потом ужинали у Тамары и Ромы Винокуров.
Вечером встретились с Шайкой Офиром и его женой Лидией в ресторане «Калинка». Пили коньяк. Подсаживались к нам какие-то бизнесмены, журналист из Америки, архитектор Цви Эккер. Мы разговаривали с Шайкой. Он прекрасный актер, но не очень умный человек и очень позирует.
Ночевал у Ев. Ар.
11 апреля. 3. Яффо. Тель-Авив. Печатание в «Едаграфе». Эзра Султан – симпатичный человек.
Я был у Мунди Иосефа и Цивии. Мунди рассказывал о своей поездке в Румынию. Сын его показывал свои рисунки.
С Мунди сидели в галерее «Лавана», пили пиво. Дуби Бар-Гера привез еще часть работ русских художников из моей коллекции; он давит на меня, чтоб я передал ему футуристов, а я уклоняюсь и хочу получить все свое имущество прежде всего. Мы сидели с Мунди и беседовали, к нам подсаживались люди. Некто Лёня Сапонар (7 лет как из Риги?) просил моей помощи и чтоб я посмотрел его работы, но, судя по нему и его рассказам, нечего смотреть. Мимо прошла девушка Анат, я позвал ее, и она подсела к нам. Потом я беседовал с ней; она из богатой английской семьи сионистов, живут в Герцлии. Была с подругой Лёни Сапонара и Сефи, находится в кругу псевдобогемы и ничтожеств; а все из‐за того такие вещи происходят, что родители отстают от жизни и уже не могут управлять духовно своими детьми; а те выбрасывают ребенка вместе с водой.
Я уехал из кафе-галереи в плохом настроении. Ночевал у Ев. Ар.
12 апреля. 5. Яффо. Тель-Авив. С утра и до середины дня – «Едаграф». Эзра Султан. Печать «Молитвы».
А потом некуда деваться; знакомых много, но нет желания идти к кому-то из них. Я в одиночестве бродил по улицам. В галерее «Розенфельд» встретил Адама Роговского с женой, одного из первых, кто в Израиле купил мою картину. Беседовали.
Я зашел к Нахуму Коэну и Меиру Визельтиру в мастерскую. Сидели и беседовали за бутылкой коньяка.
Потом мы с Нахумом были у него дома. Ели, пили. К его жене пришла подруга, и мы все сидели болтали.
Ночевал у Ев. Ар. У Ев. Ар. дома очень неуютно, как в гостинице.
13 апреля. 5. Яффо. Тель-Авив. Иерусалим. Утро. «Едаграф». Печать «Молитвы». Обед с Эзрой Султаном.
Я зашел к Давиду Гринбергу, он закончил фильм «Мориц Готлиб[102]» и рассказывал о нем. К нему зашла художница Тали Амрами, и мы были у галеристов, где ее выставка. Я встретил Мих. Рорбергера.
Я заехал за Анат Хадани в кожаную мастерскую. Беседовал с ней, сказал ей, что она должна поменять и друзей, и занятия, что она должна учиться, изменить образ жизни. Мы попрощались с ней, завтра она едет в Нуэбу.
Я заехал к Ев. Ар. и поехал потом домой в Иерусалим. Дома Яшенька и Златка. Ирка у Априлей и пришла позднее, и мы с ней разговаривали.
14 апреля. 6. Иерусалим. Тель-Авив. Яффо. Натания. Мы готовимся к отъезду в Т.-А.
Неожиданное появление Иосефа Цуриэля. В мое отсутствие он имел храбрость, наглость и глупость начать ухаживание за Иркой; это при том, что с точки зрения секса он производит на Ирку впечатление такое же, как мартышка из зоопарка. Бедный Цуриэль.
Погрузились в «Моррис-Марину» и поехали в Т.-А.
В Т.-А. первым делом купили Яшке сандалии. Поехали на ярмарку, но она уже закрывалась, и я только случайно повстречал Куку Бар-Геру, и… те же разговоры: я сказал, что еще не получил обратно работы моск. художников и это мешает начать новую выставку. Я все ближе к цели, уже осталось ок. только 15 работ (это из 200-то!).
Мы заехали к Моше и Менухе Гильбоа. Пили кофе с пирогами и беседовали. Наши отношения очень теплые.
Были у Ев. Ар. и с ней вместе выехали в Натанию. Кириат-Нордау. К Женьке и Тамаре Врубелям. Мы были там, взяли Аську и вернулись к Ев. Ар.
Мы с Иркой были у Ромы и Тамары Винокуров и у Збарского, который живет у них. Болтали, пили коньяк, менялись с Ромкой – я дал ему гравюру свою и взял у него книжки.
15 апреля. Шб. Яффо. Тель-Авив. Мы с Иркой, Яшкой, Златкой, Аськой и бесплатным приложением Ев. Ар. гуляли в луна-парке за Ярконом. Дети катались на разных качелях, понях, горках. А мы их сопровождали. Они были очень довольны. Повстречали Лидию, жену Шайки Офира, с детьми.