Разбирал книги, полученные от Цви Навона. Утром учился водить машину.
5.4. Разбираю и читаю книги, полученные от Цви Навона. Был на Совете в Доме художников: А. Бецалель, И. Амир, Д. Кафри, Д. Герштейн и др. Ирка заболела, простуда, t°.
6.4. Учился водить машину. Занимаюсь книгами, полученными от Цви Навона.
Ирка лежит больная. Я варил курицу. Приехала Ев. Ар.
Разговор со Свечинским Вит. (и Балабановым) – что такое евр.-русская культура. У них нет ни малейшего представления об этом. Они отвергли советскую власть, но оставили себе ее псевдоэстетику.
7.4. Занимаюсь книгами, полученными от Цви Навона. Играл с Балабановым в шахматы.
Приезжали Ванд-Поляки: Маша переводила письма, Павел рассказывал анекдоты.
Приезжал Л. Я. Шварцман, вел медленные разговоры с Ев. Ар.
8.4. Учился водить автомобиль. Занимался книгами от Цви Навона.
Приехал Марк Шепс, мы обедали и беседовали до вечера.
9.4. Меир Нехуштан привез мои работы, выставка в Ашдот Яков закончилась. Я подарил им в музей свою работу из серии «Старики» – «Еврейский Бахус».
Занимался книгами, полученными от Цви Навона.
10.4. Заходила к нам маклерша Ривка, соседка по улице. Ирка вчера водила детей в парикмахерскую, Златка особенно забавна с короткой стрижкой.
11.4. Гуляли со Златкой в окрестностях. Я бездействую.
12.4. Учился водить машину. Заходил В. Григорович.
С Иркой были в Доме художников. Я был на Совете. Потом было открытие «выставки» – художники рисуют на стенах – жалкое зрелище. Я нарисовал на стене юмористический рисунок. Ирка приехала с М. Таль, которая была у нас, привезла канадский журнал «Либерте» со статьей о изр. худ., в т. ч. и обо мне. Были: А. Мандель, Д. Ракия, Д. Кафри, Д. Герштейн, И. Амир и др.
Были с Иркой у архитектора Стонхилла и юриста-профессора Бар-Якова. Смотрели коллекцию, пили вино и беседовали. Они и их жены очень милые люди.
13.4. Раскладываю вырезки по своей «Энциклопедии искусств».
Приехал неожиданно Яков Бар-Гера, привез письмо от Стесина. Виталька вот уже 2,5 месяца как ждет разрешения на выезд. Обсуждали с Б. дела выставочные и пр. Ирка поехала с ним в Тель-Авив, устраивать получение в Москве 12 000 рублей на покупку картин русск. худ.
Ев. Ар. приехала на пару дней.
В «Джерузалем пост мэгэзин» большая статья М. Агурского против меня за Солженицына. Вообще вой в защиту Солженицына поднят страшный, и, что удивительно, в основном евреями. Публика эта абсолютно нечувствительна к плевкам Солженицына.
14.4. Ирка не вернулась еще из Тель-Авива. Ев. Ар. с детьми.
Утром были: г. Стонхилл с женой, г. Бар-Яков с женой и тремя прелестными детьми. Смотрели картины, каталоги, журналы. Г. Стонхилл купил маленькую темперу «Серафим» и акварель «Речное путешествие». За 300 и 700.
Заезжал худ. Монтарье, милый человек.
У Балабанова я выиграл в шахматы, а ведь у него какой-то высокий разряд.
Были Ванд-Поляки, смотрели телевизор, переводили письма.
Была Илана Литвин с мужем Яиром, смотрели картины, пили кофе, беседовали.
15.4. Учился водить автомобиль.
Зашел в Шац, в Дом художников, в Сохнут (к Гидону Жарини), к Норе в галерею.
Зашел в Хан и встретился там с Наоми Бахар, мы познакомились 1,5 года назад, и сейчас она прислала мне письмо с желанием встретиться. Теперь она играет в «Хане» и живет в Иерусалиме.
С Мишей Кандом ездили по его бухарским родичам насчет денег в СССР – публика неописуемая – я таких еще не видел.
16.4. Бездействие, мелкие дела. Ирка, Златка, Яшка, Рикки Кусиков. Ев. Ар. приехала.
Златка спала дома, а за нами заехал Итамар Барнеа, и мы – я, Яшка, Ирка, Ев. Ар. – отправились на пасхальный седер к Цви Эйалю. Было много его родственников. Я подарил акварель Эйалям и акварель И. и Т. Барнеа. Пели, пили и ели.
17.4. Я пытался начать писать пьесу, но не вышло. Бездействовал.
Люди: Н. Портная, Д. Якоби, Н. Бартман.
18.4. Заходил к Наоми Бахар, беседовали о политике и пр., я пил арак.
19.4. Был у Наоми Бахар. Пил вино с врачом-«румыном» и партнершей Наоми Фредерикой. Беседовали с Наоми о разном.
Заезжал днем Ю. Красный. Приехал Яша Александрович с приятелем-миллионером Шломо (Стефан) Орлеаном из Германии. Ш. О. купил темперу за 1200 лир, и я ему продал портрет еврея за символич. плату 20 лир. Я беседовал с Ш. О. о миллионерах для финансирования Центра. Приехал Гад Разгур. Пили водку.
20.4. Писал разоблачение Ю. Купермана, но Ирка забраковала. А Красный очень хочет, чтоб я написал. Был Леон Яковл. Шварцман, пытался анализировать мою работу по Фрейду.
21.4. Сидел у Красного. Там же был Григорович, психанувший в процессе разговора и замахнувшийся на меня бутылкой. Я в ответ ухватил его и хотел побить, но только слегка ударил лбом в лицо, и дело замялось, ибо он испугался.
Красный мазал, а я сидел скучал, потом мы ездили на его авто и взяли чету Подольских и Таню Бородулину. Потом все были у нас.
22.4. Иерусалим. Тель-Авив. Яффо. Рамат-Ган. Утром Ю. Красный заехал за мной, потом взяли Юлия Панича, Таню Бородулину и мать Раи Подольской и поехали в Тель-Авив, беседуя на актуальные темы. Люди они все милые, но дикие, темные, советские.
Говорил в «Нашей стране» с Ш. Гиммельфарбом, и он сказал, что моя 2-я статья о Солженицыне выйдет в пятницу. На самом деле он боится ее публиковать после бури, поднятой первой статьей.
Встретился с Яшей Александровичем, ездили с ним, расстались.
Зашел в Лим – видел Амалию Арбель.
Зашел в Бергман-галерею, видел Л. Бергмана и отвратительного сюрреалиста И. Порта.
Приехал в мастерскую к Давиду Мешуламу, беседовали, пили вино, печатали его офорт, потом были у него дома, ужинали, пили арак, видели чету проф. Даниэля, потом Давид отвез меня к Шепсам. Еще выпили с Шепсом, и, пьяный, беседовал с Эстер.
23.4. Рамат-Ган. Проснулся в сильном похмелье, пил сок, играл с Офиром и Ялоном в пинг-понг, беседовал с Марком, обедали, приезжала чета родственников Эстер.
Был у экономиста Ицхака Ладора. Беседовали о Центре.
Вернулся к Шепсам. Пинг-понг с Офиром и Ялоном. Марк пересказывал мне свою статью о Пикассо в «Едиот ахронот». Говорили о Центре. Легли спать.
24.4. Рамат-Ган. Тель-Авив. Иерусалим. Рано покинул дом Шепсов. Заглянул в Обществ. совет, видел и говорил с Д. Приталем и Янкелевичем. Был в редакции «Бюллетеня» русских евреев из Китая, познакомился с редактором Клявером, беседовал. Газетка их страшно убогая.
Был в маг. Болеславского, виделся с Сашей Арговым и Леной и др. Был в маг. у Тверского, беседовали. Был в редакции «Исраэль мэгэзин», взял 5 экз. с моими фото.
Сел в маршрутку и вернулся в Иерусалим. Ирка, Златочка, Яшка и Кусиков.
В «Трибуне» за 22.IV. большая статья против меня, в защиту Солженицына.
25.4. Иерусалим. Приезжал Яша Александрович с Ружей Орлеан, которая выбирала картину мою. Потом я повез ее к Григоровичу, но Р. О. ничего не купила. Я получил еще 1020 лир.
26.4. Были с Иркой и Златкой в «Амидаре» и банке насчет покупки квартиры.
Приезжал писатель-обществовед Ладор. Выбирали стихи в его альманах и пили кофе, и вдруг – звонок в дверь, входят – молодой еврей со знакомым лицом и с ним симпатичная женщина. Я смотрю и не узнаю! 4 дня они в Израиле, из Вены, из Москвы. Это – (!) Нина Семенова (!) и Слава Цукерман, ее муж. Я не узнал ее, мы не виделись ок. 2 лет. Ирка накормила и напоила гостей, Ладор уехал, и Н. и С. рассказывали о Москве и людях. Ирка нашла для Н. и С. одежду, и у Жени Балабановой что-то нашлось, т. к. Н. и С. приехали без ничего, а багаж неизвестно где. Слава производит впечатление неглупого и понимающего человека, он режиссер научно-популярных фильмов, в Москве мы виделись всего один раз. У нас с Иркой ощущение, что приехали свои люди – время это проверит.
27.4. Был еще раз экономист Ладор. Неожиданно был Павел Гольдштейн со своим хвостом – Шмуликом и хвостом Шмулика – огромным мастифом Александровичей – Гуром. Рикки был весьма заинтересован Гуром, опасался, но потом привык и ходил за ним по пятам. Павел пришел сказать мне, что я должен в связи с огромным шумом вокруг моей статьи против Солженицына написать новую статью, с философским обоснованием. Он прочитал мою 2-ю статью, и она ему совсем не понравилась. Он был очень мил и сказал, что слышал, что я добрый человек. Смешно.
28.4. Были Нина Семенова-Цукерман и Слава. Обед, стихи, переделка одежды.
Вечером: Леон Як. Шварцман, Ванд-Поляки, телевизор, кофе.
29.4. С Иркой и Златкой были в «Амидаре» и банке, оформляли квартиру. Случайно встретились с Мириам Таль на улице. Вечером дырявил стены и вешал рамки.
30.4. С Иркой и Златкой ходили гулять на Абу-Тор. Были в галерее у Моше Бар-Эзера. В магазинчике старья купили столик под письменную машинку.
1.5. Безем с Ханной были у нас. Безем человек хороший, но художник не очень умный.
Говорил по телефону с Яковом Бар-Герой в Кёльне о Стесине и делах перевоза.
Стесин 19 мая будет в Вене. Наша встреча в Израиле – это что-то грандиозное. Кончается одиночество.
2.5. Написал стихи «Иерусалиму».
3.5. Приезжали Нина и Слава Цукерманы. Я был на Совете в Доме худ. + Бецалель, Амир, Ракия, Герштейн, Иоси Гольдштейн. Пил коньяк, сидел в кафе с разными людьми, гуляли по ночному Иерусалиму, смотрели ночной парад.
Ирка с Яшкой и Балабановыми тоже были в центре на ночном параде, и на Яшеньку это произвело большое впечатление.
4.5. Златка время от времени выбрасывает с балкона вещи. Приехала Ев. Ар., она получает временно квартиру в Холоне, работает в Црифине, в больнице.
5.5. Ссора с Иркой. Прогулка с Златкой. Написал стихи «Расплавленный день обтекает цветы, и деревья, и травы…». 8 строк. Вечером надоевший Леон Як. Шварцман. Ванд-Поляки. Ев. Ар. Телевизор. Чай. Ев. Ар. скулит, ноет, скандалит, врет.