В 5 часов в Моадоне наверху собралась публика (немного, т. к. дождь и холод), были вино и закуска. Дуби выступил, представил меня. Я выступил, сказал короткую речь. Аккерман сказал несколько слов. Все мы спустились в подвал и… так открылся Музей израильского искусства в Мером Голане, и я его директор. На стенах 31 работа Аккермана (масло, акварели, гуаши, графит), есть каталог.
Ужин, обсуждение дальнейших действий, кино «Тарзан», сон.
17 апреля. Шб. Мером Голан. Иерусалим. Весь день в кибуце. Завтрак, обед, ужин, ничегонеделание, обсуждение дальнейшего. Дети играют во дворе.
Вечером в том же составе + Миша Нойбергер поехали домой.
Кинарет, Тверия, Бет-Шаан, долина Иордана, Иерихо, Иудейские горы. Все дремали, кроме Саши. Миша пил коньяк и тоже уснул. А я вел машину сквозь ночь и заставы патрулей.
Аккермана я отвез домой, а Миша ночует у нас. Мы с ним еще долго пили коньяк на кухне и беседовали, легли под утро.
18 апреля. 1. Иерусалим. Лод. Мы с Нойбергером были у А. Априля; туда же пришел А. Офек в поисках меня.
В «Аарец» Ниссим Меворах напечатал полный текст нашего манифеста и Перушим (и комментировал их по-дурацки).
Офеку уже звонят, спрашивают.
Мы беседовали о «Левиафане» с Офеком и Априлем, а Миша заснул на стуле.
Итак, начинается бум по всей стране. На нас набросятся со всех сторон, от нас откусят не один килограмм мяса, нас назовут идиотами, фашистами, коммунистами, дураками. Но все это только укрепит нас, усилит, даст имя и привлечет соратников.
Я взял Орит и Сашку, и мы поехали на моей «Марине» встречать Фиму с Карин и Анинкой в аэропорт Лод. По пути завез Мишу Нойбергера в Рамле на станцию.
Встретили Фиму с семейством. Погрузились и поехали в Иерусалим. Фима произвел на меня отталкивающее впечатление. Всю дорогу он ругал налог. управл., чиновников, Израиль и вообще вел себя как маньяк. Я довез их до дома и поспешил скрыться. Карин – милая женщина, Анинка – прелестна. Но Фима просто деградирует.
19 апреля. 2. Иерусалим. Яффо. Тель-Авив. Гиватаим. С Иркой и детьми поехали на «Марине» в Яффо к Ев. Ар., которая разошлась с Соломоном и снова живет в своей квартире у моря.
Обедали, читали.
С Иркой поехали к Яше Александровичу в галерею. Он встретил нас там, ремонт кончается, обсуждали, что и как сделать.
С Иркой и Яшей пили кофе в кафе.
С Иркой и Яшей были в Яффо в зале аукциона.
С Иркой и Яшей были у Яши и Гении в Гиватаиме. Ужинали, смотрели картины, купленные Яшей.
Я говорил с Довом Фейгиным по телефону, они два дня назад приехали из турне по США и Европе. Милые люди.
Ночевали у Ев. Ар.
20 апреля. 3. Яффо. Рамат-Хен. Тель-Авив. С Иркой и детьми ездили в сафари. Мы в авто, а зебры, носороги, антилопы, львы, птицы на свободе. Яшка и Златка очень боялись, что страус нас клюнет в открытое окно, но при львах несколько осмелели, т. к. львы были далеко. Носорог тоже несколько обеспокоил моих детей.
Были у Габи и Рашели Валков.
Ночевали у Ев. Ар.
21 апреля. 4. Яффо. Иерусалим. Дети с Ев. Ар.
Мы с Иркой были у Давида и Далии Мешуламов. Давид купил на ключ дом в Яффо. Старый арабский дом. Огромный, чудесный. Мы провели у Мешулама весь день. Беседовали о «Левиафане», смотрели картины, ели и пили. Давид показал нам дом на его улице – прекрасный арабский, старый, огромный. Ключ стоит 250 тысяч лир. Мы заходили к соседу Давида – Розенталю, который рисует преогромнейшие бездарные холсты.
Вечером вернулись домой.
Обсуждаем с Иркой дом Мешулама и другой. И вдруг я решил переехать жить в Яффо. Теперь думаем только об этом.
22 апреля. 5. Иерусалим. Ирка на работе. Дети во дворе.
Звонил Асаф Бен-Менахем насчет манифеста, долго говорили – он симпатизирует.
Был у А. Офека. Он поддерживает идею моего переселения в большой дом в Яффо. Мы обсуждали это дело и дела «Левиафана».
Взял Ирку с работы, были в супермаркете.
Был у меня Саша Аккерман. Воспитываю.
Был Аарон Априль. Был Асаф Бен-Менахем с женой и собачкой Альбой. Говорили о продаже дома, покупке ключевых, о музее Мером Ха-Голан, о «Левиафане».
23 апреля. 6. Иерусалим. Приехали Эдуард Нехамкин (еврей из Риги, 1 год в Нью-Йорке, хозяин галереи «Banakh», где выставлялись Григорович, Шемякин и др.) и его партнер, фармацевт из Нью-Йорка, тоже еврей. Они явились от Григоровича. Цель в Израиле – русские художники. Я встретил их в арабской части города, и мы приехали ко мне. Они желают, т. е. Эдуард, взять меня в галерею. Я предложил купить мои работы, и мы беседовали на эту тему.
Я возил их к А. Априлю. Арон говорил с Э. о выставке своей у них.
Я возил их к Саше Аккерману, они его хотят тоже.
Я возил их к Подольскому, но не застали его дома.
Я отвез их в центр и посадил на маршрутку в Тель-Авив.
Заходил Портной. Была Портниха.
Звонила М. Таль и уморила меня часовым телеф. разговором – вся беда, что она повторяет все те же истории.
Все наши мысли крутятся вокруг дома в Яффо.
24 апреля. Шб. Иерусалим. Читал Ирке прозу Р. Ивнева, В. Каменского, Велимира Хлебникова.
Яша Александрович ездил в Яффо смотреть дома́, которые мы видели.
Пришел Саша Аккерман, и мы были у А. Офека. У него был тоже Иуда Авшалом. Была у нас Портниха.
25 апреля. 1. Иерусалим. Я был у Руди Портного в его бюро, предложил ему издать «Антисолженицына»; он предполагает издать его в своем журнале будущем.
Со Златкой был в «Граф-пресс», встретил там В. Школьникова.
Со Златкой взяли Ирку с работы; были на рынке; заехали к Илану Сибони в «Хацриф», и я передал ему 500 лир за рамки, т. к. из Мером Голана еще чек не прибыл; купил 70 листов бумаги за 144 лиры.
Была у нас Портниха с Михалью. Ели селедку, пили чай, кофе. Зашли Крумберги говорить с Портнихой о продаже квартиры.
Я заехал к Фиме, дома только Карин с девочкой.
Я заехал к Шуре Копеловичу; выпили чаю с коньяком, и он рассказал, как Фишер и Шепс отказались от коллекции Белица.
26 апреля. 2. Иерусалим. Утром с Иркой и Златкой были у Стены Плача; бар-мицва Сашки. Фима, Мириам Таль, Рут, А. Селиктар, Цви Альдуби, Эстер Лурье и случайно Семен Розенштейн.
К нам приехал Женька Врубель с Асенькой, Ирка покупала ей игрушку на день рождения – в связи с этим я возил всех в центр.
Я нарисовал 3 рисунка тушью. Нареза́л бумагу.
27 апреля. 3. Иерусалим. Был у меня Шмуэль из Шин-Бета, они вычисляли советского агента. Нарисовал 4 рисунка тушью.
Был у меня Саша Аккерман. Был Семен Розенштейн, беседовали, Семен выбрал пачку книг на обмен.
С Сашей поехали к Семену. Он показывал свои картины – увы! – унылое зрелище. Я получил от Семена пачку книг по искусству.
28 апреля. 4. Иерусалим. Весь день я записывал, расставлял, рассматривал новые книги и также старые свои.
Ирка болеет, очевидно, грипп.
Мы с Фимой были на аукционе. Мои две вещи: монотипия Эдика Штейнберга была продана за 175 лир и офорт франц. худ. Пюже XIX в. за 325 лир. Я купил Кетубу[81] персидских евреев за 375 лир.
Учебная мобилизация – я ездил отмечаться, встретил знакомых, в т. ч. Пинхаса Мошеля, он тоже артиллерист.
29 апреля. 5. Иерусалим. Просматривал свои книги и ставил по художникам. Были у нас М. Эвен-Тов и М. Хоп. Смотрели коллекцию, беседовали.
Заехали со Златкой за Иркой, были на рынке.
30 апреля. 6. Иерусалим. Возил Ирку к врачу, и та сказала, что у Ирки общая ослабленность, и прописал витамины и антибиотики. Был у меня Авраам Кампф, смотрели книги по евр. искусству в России. Я ему объясняю, но не в коня корм.
Отдал картинку для обрамления Илану Сибони.
Вечером у Рут и Боба Магидов. Вечеринка. Я играл с Бери – бросали стрелки в цель. Пил виски. Беседовал с Норой Мойаль и ее мужем Шмуэлем (пресс-атташе Мин. иностр. дел). Как выяснилось, с Норой мы сидели рядом на аукционе. Я танцевал с Норой и Рут.
Получил от Бар-Геры пачку афиш. 17 штук.
1 мая. Шб. Иерусалим. Утром в кафе «Савьон» бар-мицва Сашки Ройтенберга. Очень много людей. Я подарил свою гравюру. Мириам Таль, нарядный Фима, У. Штетнер, Аккерман, Д. Герштейн, Ш. Бар-Эвен, Г. и Р. Тальфир, Р. Хеллер с мужем, М. Нойбергер, М. Сима, Розенбаум, Портные и мн., мн. др.
После бар-мицвы с Тальфирами поехали к нам домой. Беседовали с Габриэлем, а Ривка болтала с Иркой и Нелей Портной. Показывал Тальфиру свои работы, папку футуристов, потом обедали. Прекрасно провели время, все были очень довольны, и я отвез Тальфиров к Лерон.
Вечером я занимался книгами и записями.
2 мая. 1. Иерусалим. Платили с Иркой городские налоги.
С Иркой в кабинете у М. Хопа, он осмотрел зубы, и мы говорили о плате. Зубы стоят ок. 20 000 лир.
Отвез Ирку на ее работу.
Взял у Илана Сибони Ш. Штерна для аукциона.
Смотрел ковры в отеле «Плаза». Был в гараже у Халиля.
Дома: записывал собрание своих плакатов в каталог.
Были у нас Маша и Павел Ванд-Поляки и Портные.
Был Саша Аккерман.
Допоздна разбирал и записывал плакаты.
3 мая. 2. Иерусалим. Закончил каталог плакатов: у меня их 160 штук.
Купил воздушный фильтр для «Марины».
Был в аукционе: отдал лито Штерна, хохломской ковшик и акрилик Русалкина. Получил 425 лир за Штейнберга и франц. офорт.
Я был у Фимы, он приготовил китайское блюдо из лапши. Фима ел палочками. Он опять говорил о налоговом управлении.
Начал писать книги расходов и приходов для фискальных отчетов.
4 мая. 3. Иерусалим. Яффо. Тель-Авив. Афека. Были у меня Валид Абу-Шакр (художник-араб) и Махмуд Абу-Бакр (тележурналист). Пили чай и беседовали.
С Иркой, детьми и Валидом поехали в Тель-Авив.
Заехали к Ев. Ар. и оставили ей детей.
С Иркой были с Валидом у Одины Фельдман (актриса, жена актера Бен-Сира). Валид показывал свои офорты, очень слабые. Одина говорила о журнале «Проза», дома у них висит на стенах одно говно. Заходили к матери Одины, тухловатой русской старушке.