Я был у Бори Азерникова, взял у него стеллаж для книг (в счет обмена), перевез домой и установил его в нашей спальне.
2 октября. Шб. Иерусалим. Бейт Заит. Мы были семейством в Доме художника. Открытие выставки Иосефа Хирша. Хорошая выставка. Много знакомых художников.
Всем семейством были в Бейт Заите у Майка Фелера и Даны. Был отец Даны, генерал Иосеф Авидар, и ее мать – писательница Чернович. Мы все мило беседовали, дети гуляли, собаки бегали. Осматривали собрание Майка. Жемчужиной его является мой «Иудейский пейзаж».
Вечером у нас: Юрий Милославский, Фима, Саша Аккерман, Боря Азерников, Офек с Тальмой. Пили чай. Фима говорил без перерыва. Милославский все же успел тоже вставить пару слов. Под конец остались к 2 ч. ночи только Фима и Юрий, и я стал засыпать. Тогда Фима воскликнул: «Гробман! Вы спите!» И Юрий встал, и за ним и Фима. Юрий довольно забавный светский человек, любит арабских мальчиков.
3 октября. 1. Иерусалим. 5 лет назад ночью со 2 на 3 мы прибыли в Израиль.
Полдня я был у Бори Азерникова в кабинете, и он сточил мне 4 зуба, надел коронки временные, снял слепки, и мы беседовали. Потом Ирка накормила нас обедом.
Начался Иом Кипур.
4 октября. 2. Иерусалим. Иом Кипур. Мы с Иркой постимся. Яшка тоже ничего не ест, кроме нескольких конфет и питья. Читаем.
После поста мы с Иркой чувствуем себя неважно. Ирка легла спать.
Были Саша Бененсон и Вика Раскин вечером. Я показывал свои работы.
5 октября. 3. Иерусалим. Был Шмуэль из Шин-Бета, спрашивал о художнике Вчерушанском.
Я на Совете в Доме художника: Д. Сузана, Д. Кафри, Я. Малка, И. Мареша, А. Снеур, Д. Михаэлис, И. Гринфельд, Шушанна.
Был на аукционе – ничего интересного.
Ирка с Хамуталью Бар-Иосеф занимаются языками.
Рами Коэн приехал; теперь он настоящий мой хасид.
Саша Арарий приехал, у него заботы с выставкой у Сафрая.
Рами и Саша ночевали у нас.
6 октября. 4. Иерусалим. Тель-Авив. Гиватаим. С Иркой и Сашей Арарием были в магазине Майка, Ирка выбрала себе косметику.
С Сашей были в эстампной мастерской: Фима, С. Ротенберг, Рабин Амос. С Сашей выехали в Т.-А. на моей «Марине».
Встретились с журналисткой Нааман, вместе смотрели фильм Катмора обо мне, беседовали, смотрели альбом мой и фото.
Я вернулся домой в Иерусалим уставший как собака.
7 октября. 5. Иерусалим. С Иркой в Амидаре; Ирка купила новое платье; встретил Л. Вайсблат.
Ицхак Шафлан из Ямита приезжал и взял 5 шелкографий для выставки.
Был в Доме художников, говорил с Д. Ракией, самое смешное, что он еще и делит художников на плохих и хороших. Говорил с Б. Зеленым – я делаю выставку ему и С. Бронфенбреннер. Говорил с Шушанной, с Милкой Чижик, с Д. Сузаной.
8 октября. 6. Иерусалим. Мы с Иркой ведем домашнюю жизнь; она стряпает, я читаю ей стихи.
Вечером я был у А. Офека, и мы обсуждали всякие вещи; я пытаюсь внушить ему исподволь, что он должен измениться в работах.
Мы с Иркой были у Мордехая Эвен-Това и Клары. Пили кофе, беседовали о картинах и марках. Мордехай болеет.
9 октября. Шб. Иерусалим. Кабинет Бори Азерникова. Он пилит и точит мои бедные зубы, снимает слепки, готовит к протезированию. Совсем замучил меня, было больно, и ассистентка Юля жалела меня.
Открытие выставки Элишевы Ландман в Доме художника. Хорошие скульптуры, картины и офорты. Были: М. Таль, Авраам Офек, нудник И. Гринфельд. Было мало людей.
Открытие выставки Иосифа Якерсона у Норы. Почти вся публика – русские. Кроме нас с Иркой: Иосиф Якерсон, М. Таль, А. Офек, И. Гринфельд, Фима с семейством, суетливый Лёва Сыркин, жалующийся на жизнь, А. Априль с Леной (купил работу Якерсона за 1000 лир).
Дома: подписывал листы «Левиафана».
Была у нас мать Яшкиного школьного приятеля Эльдада Шемеша.
Были Саша Арарий с Мишель и с Мордехаем … известным экономистом (живущим в Натании и Калифорнии) + его приятельница. Я показывал свои работы. Экономист хотел купить «Бабочку Стесина» за 12 000 лир, но я ее не хочу продавать.
Были Фима с Карин и девочкой и с его друзьями – металлургом из Хайфского техниона с женой. Фима жаловался на жизнь в Израиле и как его не признавали. И тогда я сказал, что все это не так, всех признали, кого надо. Фима вышел из себя, но потом все успокоилось.
А под конец были у нас Иосеф Бар-Иосеф и Хамуталь. Мы пили чай и беседовали.
10 октября. 1. Иерусалим. Получил от мамы 2-томный справочник сов. художников. А пару дней назад – справочник выставок сов. худ-ов.
Вечером у нас: Боря Азерников, Саша Аккерман и Юля. Пили чай и болтали.
11 октября. 2. Иерусалим. Эйлат. Шофер Рами Коэна заехал за нами, мы: я, Ирка, Златка, Яшка поехали в Эйлат. Дорога длинная, вдоль Мертвого моря, вдоль Иордании, ок. 350 км, ок. 5 ч. дороги. Горы, пустыня, море, редкие поселения.
И вот мы в Эйлате.
12, 13, 14 октября. 3, 4, 5. Эйлат. Нуэба. Иерусалим. 5 дней в Эйлате. Купались в море. Дети плавали на матрасе и круге. (С нами была дочь Рами – Талия, 13 лет, но, т. к. она всем была недовольна, была обузой.) Ирка наступила на морского ежа, и он всадил ей свои колючки с ядом. Читали стихи. Ели фалафели. Рами дал мне свой «Ситроен», и у нас была своя машина. Дети были в подводной обсерватории. Шофер Рами возил нас в Нуэбу (80 км от Эйлата, на берегу Акабского залива). Дети купались там. Был ветер с песком. Были в Музее соврем. искусства – жалкое зрелище, руководит им дама, не имеющая ни малейшего представления о том, что такое искусство. Были в отеле «Ле Ром» с Рами на аукционе, там продавали всякое говно за бешеные цены. Повстречал там некоего Арье Сарагоса.
14-го числа поехали домой, по пути были у Столбов Соломона, снова пустыня, дорога у Мертвого моря, остановка на берегу (сэндвичи, питье). Резкое похолодание на подступах к Иерусалиму. И вот мы дома. Пили чай с шофером Моше, Талией. И они уехали.
Был Мишель Бейтан, рассказывал, как он бежал от немцев.
15 октября. 6. Иерусалим. Мевасерет Цион. В «Едиот Ахронот» целая страница обо мне.
По городу развешаны мои портреты, а на Кинг Джордже целый щит заклеен Гробманом.
В «Нашей стране» – мой портрет, репродукции и статья обо мне.
В «Маариве» статья обо мне и репродукция.
Все эти события – прекрасная реклама, которая значительно подвигает мое дело. Саша Арарий отлично поработал. Все мои знакомые только и говорят об этом.
Были с Иркой в «Суперсоли». По городу висят Гробманы.
Явился Боря Азерников с «Нашей страной», он очень доволен событиями. С Азерниковым – Эрнст Кац, оле из Карпатии, врач-хирург, бывший миллионер в СССР, где они с отцом занимались черным бизнесом. Привез на консультацию свои иконы (малоинтересные).
С Кацем и Азерниковым были в Мевасерет Ционе у Симы Бронфенбреннер и ее семейства: 1) насчет выставки, которую я ей устроил в Доме художника; 2) чтоб соединить Кацев с их антикварно-барахольным магазином в Тель-Авиве и Симу на предмет продажи ее работ. Но Сима полна самомнения и фантастических надежд и не хочет никого слушать; увы, скоро время подрежет ей крылья снов. Семейство очень убогое, жалкое. Без меня никто бы ей не дал выставку в Доме художника, но она стара, больна, и я решил сделать ей это. Все же мечтали об Израиле.
Мы были у Бар-Иосефов. Они позвали нас, т. к. приехал отец Иоси – писатель Иошуа Бар-Иосеф. Мы пили чай и говорили об искусстве, в котором они ничего не понимают, это для них белая страница. Впрочем, с литературой подобная ситуация. А ведь Иошуа – известный местный писатель. Вид у него потрепанного Вакха. Удивительная жизнь провинции. Но мы расстались очень тепло.
16 октября. Шб. Иерусалим. Утром старик Иошуа Бар-Иосеф пришел с шахматами. И мы сыграли пару партий. Обе я выигрывал, но первую все же ему я проиграл, а вторую ему удалось свести на ничью. И я был этим доволен, чтоб не огорчать старика.
Стихи я читал Ирке. Яшенька заболел: t°, головная боль. Златка тоже – понос. Читал детям книжки. Занимался библиотекой.
Были у нас: Саша Аккерман и Боря Азерников. Мордехай Эвен-Тов с Кларой. Мордехай Хоп. Пили чай, шутили, беседовали.
Ночью у Яшеньки болел сильно живот и все время понос. Мы с Иркой возили его в больницу.
17 октября. 1. Иерусалим. Тель-Авив. Занимаюсь библиотекой. Читал детям сказки. Был Рами Коэн.
Яшенька и Златка ночуют сегодня у Бар-Иосефов.
С Иркой в нашей «Марине» выехали в Тель-Авив.
Открытие моей выставки «12 + 1» в галерее «Сафрай». Выставлены: 12 шелкографий из альбома, 1 шелкография Варшавского; кроме того – постеры: Ночь + мой постер – фигура. Людей было не много, но и не мало. Почти все – знакомые мои или Сашины. Был беспрерывный показ фильма обо мне. Были среди прочих: М. Визельтир и Нахум Коэн – архитектор, Амнон Барзель, М. Бишофс и Виктоша, Ф.-Л. Збарский, Хадасса Клячкина (очень хвалила мои работы), М. Лиор с женой, печатник Розенблюм с женой, Зимрат Моше и Ора, Яна Гурвиц, Я. Александрович, Рита из «Нашей страны», И. Люден из газеты на идиш, Фима, Митка Яфе.
Саша Арарий работает в поте лица.
После закрытия были в кафе: я, Ирка, Бишофсы, Збарский, Барзель, Сафрай и Саша Арарий.
В Иерусалим вернулись, взяв Д. Сафрая, и по пути беседовали.
Постер с моей фигурой производит на всех сногсшибающее впечатление. Да и альбом тоже всех приводит в восторг.
18 октября. 2. Иерусалим. Возил Ирку в Амидар, в налоговое упр., в почтовый банк.
Были с детьми у Любошица, он осмотрел их, прописал лекарства.
Взяли Янкеле Розенблата из его мастерской, и он сфотографировал меня с семейством на фоне щита рекламного с моими постерами на ул. Кинг Джордж. Еще один такой щит напротив центральной почты на ул. Яффо. И везде висят одиночные. И целая тумба на Яффо.
Вечером открытие моей выставки «12 + 1» у Сафрая в Иерусалиме. С непрерывным показом фильма на двустороннем экране. Было очень много людей, знакомые и незнакомые. Постер с моей фигурой производит огромное впечатление. После выставки пили у нас чай: Д. Сафрай, жена Иосефа Бен-Шломо – прокурор, Э. Гинзбург с Леей, Дуби Эйлат с товарищем. Многие хотели заехать после выставки к нам, но мы были в галерее допоздна.