Был в Доме художн. Сузана рассказал, что «концептуалисты» хотят сжечь флаг Израиля в рамках выставки Офрата. Я решил отменить всю эту затею, вообще не допустить их в Дом художника.
Смотрел фильм по телевидению о нацизме и уничтожении евреев. Сколько же ненависти и жестокости должны упасть на евреев, чтобы повернуть их к Израилю.
12 апреля. 3. Иерусалим. Читаю историю еврейского народа.
Читаю Ирке стихи Пушкина, прочитан целый том (до 1820 г.), есть хорошие стихи, но как это слабо на фоне XX века, после футуристов.
Была у нас Ривка Симхович, маклерша – мы все еще ищем дом.
Я был у Хулио Цезаря Мошеса. Он дал мне газету на испанском яз. «Автора» с его статьей обо мне. Я подарил ему свою гравюру «Хаос», он хочет напечатать ее на обложке своей книги.
Был в Доме художника, встретил Давида Сузану. Мы беседовали с ним. Мы ездили смотреть, что рисуют художники на больших холстах (2 х 20 м) для городских плошадей. Встретили Авр. Манделя, Асафа Берга, Х. Дилиан: они намалевали гнусную мазню, отвратительную, бездарную. Другие не лучше: Авишай Эйаль, Д. Герштейн и пр. И это будет повешено на улицах! Мы с Сузаной отплевывались. Сузана сказал мне, что я совершаю ошибку, выступая в этой компании, что я известен как оригинальный теоретик и художник и мне не место среди этого говна. Я согласился с ним и решил отказаться от декораций. (Но Аккерман и Зельдич пусть сделают, это им принесет пользу.)
Я вернулся домой, Ирка пьет чай с Зельдичем. Арье принес 2 новые вещи: отличный графитный рисунок и неплохую акварель; он прогрессирует с большой скоростью. Мы играли в карты.
13 апреля. 4. Иерусалим. Читаю историю евр. народа.
Позвонил Шломи Брошу и отказался от декорации, приехал Ифтах Бракин и взял холст; он абсолютно не монументалист – можно представить, какое говно он сделает.
Читаю Ирке стихи, она стряпает.
Позвонил Лёва Сыркин, сообщил, что умер Гедалья Берман.
Позвонила М. Таль из Адассы, и мы долго беседовали.
Были Мордехай и Клара Эвен-Товы, взяли «2 солнца», оформленные Нойбергером. Новые вещи Зельдича Эвен-Тов не захотел приобрести.
Занимаюсь каталогами евр. художников.
14 апреля. 5. Иерусалим. Читаю историю еврейск. народа. Заходил Арье Зельдич, учу его.
С Иркой и Златкой – в Шекеме, на рынке: закупки.
Читал Ирке на кухне стихи.
Приходил Авраам Офек, разговаривали, оттаскиваю его от прошлого.
На улице – дождь, вой ветра, холод; неожиданный возврат зимы.
15 апреля. 6. Иерусалим. Утром пришел Боря Азерников, мы позавтракали и пошли с ним получать его авто. Он купил БМВ. На его новой машине мы вернулись к нам и играли с ним и Иркой в карты.
Я раскладывал вырезки.
Были с Иркой у соседей-архитекторов.
16 апреля. Шб. Иерусалим. Ирка печет пироги, я читаю ей стихи.
Был Азерников, играли в карты с ним и Иркой.
В «Нашей стране» статья и моя репродукция и обо мне.
Я заходил к А. Офеку за электропробкой.
Был Саша Аккерман. Обсуждали положение с Зельдичем, положение с «Левиафаном». Пили кофий, играли с ним и Иркой в карты.
Вечером еще заскакивал Азерников.
17 апреля. 1. Иерусалим. Был Саша Аккерман с Леей. Пили чай, Саша отвез холсты и краски для декорации в подвал для работы.
Азерников поставил последний мост мне, и с моими зубами закончили.
Был в Доме художника; занимался выставками; было заседание совета (я, Сузана, Мареша, Малка, Снеур и Шушанна). Приходили за мной Аккерман и Зельдич, и я с Брошем улаживал им условия работы над декорациями.
Был у Ицхака Минны, получил чек на $1000.
Был у Розы Лерон, совершили обмен. Я дал ей свою гравюру «Суббота» в рамке и взял у нее ок. 140 каталогов еврейских и европейских художников, замечательный вклад в мой архив.
На ярмарке произошла смешная история: 7-летний сын Рут и Люсьена Дебелей помогал им в работе, и они дали ему деньги – купи, что ты хочешь для себя! Он пошел и купил мой постер.
18 апреля. 2. Иерусалим. Весь день погружен в каталоги Лерон: разбираю, читаю, записываю.
Ирка ушла с работы на мебельной фабрике: малая зарплата и работа в окружении лживых рабочих-арабов, которые воруют все, что плохо лежит.
У нас были Эдик Шифрин и Саша Малкин. Пили вино, беседовали. Шифрин очень серьезный хирург. Я подарил ему один из томов Ибн-Сины. Звонила из Адассы Мириам Таль, она выздоравливает.
Заходил Боря Азерников. Азерников очень незаурядный человек.
До поздней ночи занимался новыми каталогами.
У Зельдича сегодня был суд, первое заседание благоприятно для Арье.
19 апреля. 3. Иерусалим. Читаю историю евреев.
Весь день разбираю новоприобретенные каталоги.
20 апреля. 4. Иерусалим. Ирка уже не работает, ездила по бюрократическим делам. Были Боря Азерников и Эдик Шифрин.
Ирка пекла пироги, я читал ей стихи Пушкина (насколько же он слабее поэтов XX века).
Допоздна занимался новыми книжными приобретениями.
Был у меня утром парень (22 года, 4 года как из СССР, студент Техниона), привез свои рисунки; я учил его жить и занимался педагогией, тем более неприятной, что она просто потеря времени.
21 апреля. 5. Иерусалим. Рано утром Боря Азерников заехал за нами, и мы выехали к Саше Малкину, там он нас ожидал с Эдиком Шифриным и его детьми, плюс приятельница Саши. Заехали, взяли Далию Лернер и выехали в Ашкелон.
У Ашкелона на берегу моря. Купались, играли в карты, завтракали, загорали.
Выехали по направлению в Иерусалим, остановились в горах Иудеи, в лесу. Жарили шашлык, играли в карты, шахматы, дети пекли картошку.
К вечеру вернулись домой.
Заходил Арье Зельдич с Барбарой. Пили чай, беседовали.
Приехал Саша Арарий, привез камни, постеры и тираж новой моей шелкографии «Небо над Иерусалимом».
Моя выставка на ярмарке имела огромный успех и явилась значительным шагом на пути к признанию.
22 апреля. 6. Иерусалим. Был Боря Азерников с Шушанной Ванд-Поляк. Пили чаи, вино, играли в карты до 2 часов ночи.
Днем я заходил к А. Офеку. У него Ицхак Минна.
23 апреля. Шб. Иерусалим. Мы спали допоздна.
Пришла Тальма Офек с детьми. Ирка пила с ней кофий. Дети играли. Читал Ирке стихи.
Вечером: Боря Азерников с простушкой Юлей, Арье Зельдич, Саша Аккерман с Леей-румынкой и ее страшноватой дочкой. Пили чай с пирогами, вино. Играли в карты.
На улице ветер сильный и дождь.
24 апреля. 1. Иерусалим. Возил Ирку по хозяйственным делам.
Был Рами Коэн, он прошел очередную операцию руки, работает все еще в Эйлате, но скоро получит полк.
Я был в Доме художника, некий парень (из Нью-Йорка) ешиботник показывал мне свои слабые картинки, я ему что-то объяснял.
Говорил с Давидом Сузаной.
С ешиботником был в подвале Министерства абсорбции; Аккерман и Зельдич работают над панно. Там же Сыркин рисует некий советский стандарт. И остальные мажут всякое говно.
Я отвез Зельдича домой к нему.
У нас вечером: Миша Нойбергер, Боря Азерников с девицей Дасией. Пили чай, ругали Нойбергера за рамки, играли с Азерниковым в карты.
Написал в «Нашу страну» некролог Гдалю Берману.
25 апреля. 2. Иерусалим. Наклеивал на паспарту вырезки из газет (о Мих. Гробмане).
Читаю историю евреев.
Был на аукционе; Кути и др., продажа всякого говна.
Боря Азерников и Зиник-Глузберг были на аукционе со мной.
Боря Азерников с Шушанной Ванд-Поляк были у нас.
Письмо от Лёвки Нусберга.
26 апреля. 3. Иерусалим. Были у меня некие люди: Меир Сегев (воспитатель трудных детей) с женой и его приятель-бизнесмен с женой. Они видели мои вещи, слышали обо мне и позвонили, чтобы что-то купить. Я показал им работы, пили чай, беседовали (я послал их к Саше Арарию).
Был Б. Азерников с француженкой, играли в карты.
27 апреля. 4. Иерусалим. Наклеиваю прессу о себе на паспарту, обо мне довольно много уже написано, я никак не закончу оформление.
Была Ривка Симхович, маклерша. Пили чай, говорили о делах.
Приехал Саша Малкин с прелестной девочкой Хадассой, 16 лет. Саша ставил мне антенну, смотрел телевизорное нутро.
Был Маклер Шимон Мармано с покупателями на квартиру.
Вечером были Брурия и Моше Манн. Пили чай, смотрели мои вещи, беседовали. Моше обещал, если нужно, дать еще ипотеку к той, что есть у нас. Он директор банка.
Читаю историю евреев.
28 апреля. 5. Иерусалим. Была у меня журналистка Ципора Роман с фотографом Товой, мы беседовали – для журнала «Ле Иша».
Вечером Саша Малкин чинил наш телевизор.
Приехал Саша Арарий, привез работы, новости. Ночевал он у нас.
29 апреля. 6. Иерусалим. Завтракали с Сашей Арарием.
Клею прессу на паспарту, оформил все идеально.
Были с Иркой и Златкой на рынке, в Шекеме.
30 апреля. Шб. Иерусалим. Был у меня Миша Калик, рассказывал о трудностях жизни. Я был у Мириам Таль в больнице, она с удовольствием ела Иркины бутерброды. У нее были Лев и Инна Померанцы.
Я был у Каликов. Я отдал им свою акварель и взял 16 томов русского искусства 50–60‐х гг. издания.
Я был у Ниссана и Вивиан Перец. Выбрали с Ниссаном его вещи для выставки в Доме художника. Взял у него свои пленки и фото (напечатанные им).
Был у нас (приходил за Ноей) архитектор Шилони. Златка дружит с Ноа. Был Саша Аккерман.
1–11 мая. 1–шб.–4. Иерусалим. Беэр-Шева. Шифта. Иерусалим. Одиннадцать дней учений артиллерийских в Негеве.
Я надел свою военную форму и тремпами приехал на Беэр-Шевский вокзал, там был сбор нашего полка. И дальше – в палатки Шифты. Как обычно, получение военного имущества, автоматов «Узи». Все старые знакомые. И на следующий день начали трудиться. Тренировались в стрельбе из «Узи», базуки, пулемета. И бесконечные поездки в пустыне, остановки, раскладки пушек и стрельба по цели. Я в батарее Ицхака Эли. Командир экипажа – Яков Остер. Товарищи по экипажу: Моше Лерман, Эли Замелан, Яша Пустынник, грузин Шабтай и еще один кретин – грузин Абрам Наникошвили, примитивное и ленивое животное.