– Чем?
– Мы проведем конкурс рисунков.
– А какой будет приз? – лукаво спросил Джош.
– Я отведу вас в «Сладости Моны». Угощения на выбор победителя.
Это было все, что Джош хотел услышать. А что бы старший брат ни делал, Хлоя следовала его примеру. Дети выполнили домашние задания в рекордное время. Бекка даже не успела углубиться в первый акт «Венецианского купца», с которым ей следовало ознакомиться для урока английского языка. Текст оказался таким же скучным, как учебник восточной цивилизации. Бекка отложила книгу в сторону.
– Ладно, – сказала она. – Начинаем наш конкурс. Вы рисуете меня, и лучший портрет побеждает.
Хлоя запротестовала. Она еще не могла хорошо рисовать. Джош без труда одержал бы победу. Но Бекка сказала, что конкурс заключался не в мастерстве рисования. Им нужно было изобразить ее в любом месте мира. Они должны были догадаться, как оно выглядит. Выиграет тот, чья догадка будет самой близкой.
– Мы проводим конкурс не на лучший рисунок, а на лучшую догадку.
Это понравилось Хлое, и оба ребенка приступили к рисованию. Устроившись на софе, Бекка начала читать «Венецианского купца». Но она так устала, что скоро погрузилась в сон. Ее разбудила хлопнувшая дверь офиса. Вскочив на ноги, девушка услышала два женских голоса. Вскоре Дебби ввела в комнату свою гостью. Ее спутницей была Татьяна Примавера – консультант старшей школы Южного Уидби.
– Посмотрите, кого я встретила, – сказала хозяйка мотеля. – Татьяна возвращалась с репетиции хора.
Взглянув на Джоша и Хлою, она спросила:
– Надеюсь, уроки уже сделаны? Чем вы тут занимаетесь?
– Мы проводим конкурс, – ответил Джош.
– Рисуем Бекку, – добавила Хлоя.
– Значит, все в порядке, – констатировала Дебби. – Что-то Бекка выглядит замученной. Вы продолжите конкурс завтра. Ей нужно поспать, и вам, кстати, тоже.
– Нет! Еще рано!
– Бабуля!
– Дети, быстро в постель!
Дебби и мисс Примавера обменялись недовольными взглядами. Взрослые так обычно делают, когда кто-то мешает их планам.
– Я могу остаться с ними, – сказала Бекка. – В любом случае мы почти закончили. Что у вас с рисунками, художники? Вам хватит десяти минут?
– Десять минут, бабуля! – закричала Хлоя.
Дебби фыркнула и покачала головой.
– Только ни секундой больше.
Она повела Татьяну на кухню. Вода из-под крана и звон посуды предполагали, что женщины решили приготовить кофе. Затем Бекка услышала шепот – реальный, а не тот, что проникал в ее голову. Она могла слышать каждое слово, и ей даже не нужно было приближаться к двери. Шепот взрослых всегда означал секретную информацию, а Бекка находилась в такой ситуации, когда чужие тайны могли определить ход ее жизни. Поэтому она сидела на софе, прислушиваясь к приглушенной беседе двух женщин.
– …и теперь Дэйв хочет прийти в школу, чтобы взглянуть на нее, – прошептала Татьяна. – Я отговариваю его, как могу. Просто какой-то ребенок вызвал «Скорую помощь», потом разнервничался и не захотел оставаться на месте происшествия. Но он уперся как бык. Дэйв уверен, что эта девочка была свидетельницей преступления. Он убежден, что Деррика столкнули с обрыва. Я не могу убедить его в обратном. Недавно полиция получила новую информацию, связанную с тем телефоном. Он назвал мне имя…
– Ты ничего не перепутала? – прервала ее Дебби. – Звонок был сделан давно. До падения Деррика.
– Да, сразу после смерти Кэрол. Дэйв попросил меня вспомнить это имя. Я знала всех ее подруг. Но среди них не было никакой Лаурель. Во всяком случае я никогда не слышала о ней.
У Бекки все внутри заледенело. Каждая мышца ее тела напряглась от ужаса.
– Возможно, это была Лаура, а не Лаурель, – предположила Дебби.
– Лаурель! – возразила Татьяна. – Я знаю, о чем говорю. Тем вечером, когда Кэрол скончалась от приступа, эта женщина позвонила ей, но Пит, ошеломленный происходящим, не подошел к телефону. Ее сообщение осталось на автоответчике. Он дал мне послушать его. Я думаю, оно действительно странное. «Кэрол, это Лаурель. Хотела убедиться, что вы с ней встретились. Запомни, она больше не Ханна». Довольно загадочно, не находишь? Дэйв убежден, что это была Лаурель Армстронг – хозяйка телефона, которую он ищет. Поэтому он хочет прийти в школу…
– Я сделал! – крикнул Джош.
Он вскочил на ноги и замахал листом бумаги перед самым носом Бекки.
– Я тоже, я тоже! – запищала Хлоя. – Ты должна выбрать лучший рисунок!
Продолжение конкурса было последним, что хотела девушка. Ей не терпелось узнать, что еще расскажет мисс Примавера. Она взглянула на листы бумаги. «Бекка сидит в лесу и читает книгу». «Бекка сидит на софе и читает книгу».
– Прекрасные рисунки, – сказала она. – Вы оба победили!
– Так нечестно! – закричал Джош.
– Ты должна выбрать лучшего из нас! – обиженно напомнила Хлоя.
– Но вы оба уловили правильную мысль, – ответила Бекка. – Любое место становится моим любимым, если я могу читать там книги. Вы поняли это. И значит, вы оба победители. В субботу мы пойдем в «Сладости Моны», и каждый из вас выберет то, что захочет. Теперь давайте сложим цветные мелки назад в коробку.
Это утихомирило их на минуту, и Бекка, подойдя к кухонной двери, смогла услышать еще несколько фраз.
– Я сказала ему, что голос на автоответчике не похож на детский, – произнесла Татьяна Примавера. – Но он буквально помешался на том глупом телефоне. Ты же знаешь Дэйва. Он не успокоится, пока не найдет девчонку, позвонившую в службу спасения. Если бы Кэрол была жива, она рассказала бы ему о Лаурель, но так получилось…
Да, так получилось, подумала Бекка. Она смотрела на два рисунка, которые держала в руке – на себя в лесу и на себя в комнате. Однако в уме девушки застыла другая картина: несчастная Бекка Кинг, стоявшая у дома Квинн на Блю-Леди-Лейн в ее первый вечер после прибытия на остров Уидби. Вот, значит, когда Лаурель позвонила Кэрол. Но если на ее звонок никто не ответил, почему она не приехала на остров и не нашла свою дочь?
Глава 24
Как только Хэйли Картрайт вернулась домой, ее младшая сестра рассказала ей о визите Сета на их ферму. Брук специально подчеркнула, что он приезжал именно к ней – соскучился и решил повидаться. Но Хэйли знала, кого он хотел увидеть. Наверное, жить без нее не мог.
– Он все тут осмотрел, – добавила Брук. – Похоже, Сет заметил, что наше хозяйство пошло под откос.
– У нас все прекрасно, – ответила Хэйли.
Младшая сестра посмотрела на нее печальным мудрым взором.
– Как скажешь, Хэйли.
И она ушла.
Теперь, сидя в школе, Хэйли вспоминала слова Брук. Если Сет действительно приезжал на ферму, значит, он хотел продолжить их разговор. В прошлый раз его интересовала только одна тема – лес Саратоги. Она так и осталась незаконченной.
Отработав час за стойкой дежурной по школе, Хэйли увидела, как в фойе вошел отец Деррика. Старший помощник шерифа выглядел неважно. Его глаза покраснели. Лицо осунулось от усталости. Раньше люди называли Дэйва Мэтисона «крепким человеком», что для Хэйли означало силу и здоровье. Но теперь он был разбит своим горем.
– Здравствуйте, мистер Мэтисон, – сказала она. – Как дела у Деррика?
Мужчина покачал головой.
– Без изменений. Симптомы хорошие, но он не просыпается. Доктора собираются провести новые тесты. Они планируют перевезти его в Сиэтл, в Центральный детский госпиталь. Тогда можно будет привлечь специалистов из Огайо.
Помощник шерифа потер лицо руками.
– Я знаю, он проснется, – заверила его Хэйли. – Это только вопрос времени.
Ответ мистера Мэтисона немного удивил ее.
– Иногда ты поступаешь неправильно, а потом винишь себя.
Он вздохнул и сменил тему.
– Я договорился о встрече с мисс Уорд и консультантом, курирующим учеников с фамилиями от «А» до «Л». Это мисс Примавера, верно?
Хэйли утвердительно кивнула и потянулась к телефону, чтобы сообщить заместителю директора о визите помощника шерифа. Мистер Мэтисон остановил ее жестом руки.
– Ты знакома с Лаурель Армстронг? Она учится в вашей школе?
Подумав немного, Хэйли медленно покачала головой.
– Я не знаю такую девочку, – ответила она. – Может, кто-то из новеньких? Из девятиклассников? А что случилось?
– Это ей принадлежал телефон, из которого звонили в девять-один-один. Понимаешь?
Глаза Хэйли расширились.
– Как вы узнали ее имя?
– Я же говорил тебе, что телефоны имеют серийные номера. Мобильник этой девушки привел нас к магазину «Семь-одиннадцать» в Южной Калифорнии.
– И там вам указали имя Лаурель Армстронг?
Хэйли восхищалась работой полиции. Их расследование было таким же потрясающим, как в детективных сериалах.
– След привел нас к кредитной карточке, – продолжил помощник шерифа. – Вряд ли она принадлежала ребенку, который сообщил о раненом Деррике. Но мы должны проверить все версии. Калифорнийская полиция обещала наведаться в дом, адрес которого был указан при оформлении карточки. Наши коллеги выяснят, не было ли там кражи. Это свободный конец, который нам нужно отсечь.
Он осмотрелся по сторонам. Его глаза казались такими тусклыми, словно он не видел ничего перед собой.
– В любом случае…
Хэйли вспомнила, что ей следовало предупредить мисс Уорд и мисс Примаверу. Она подняла трубку телефона. Интуиция подсказывала ей, что мистер Мэтисон пришел в школу по другой причине. Но это было его личное дело. Главное, чтобы он не приставал к ней с вопросами.
Вечером, когда Хэйли направилась к семейному пикапу, она заметила, что полицейская машина по-прежнему стояла на парковке. Подходя к стоянке, она увидела старшего помощника шерифа, который вышел из административного корпуса. Судя по выражению его лица, он так и не нашел ученицу Лаурель Армстронг.
Его сопровождала мисс Примавера. Татьяна убеждала в чем-то папу Деррика, и было видно, что она немного злилась. Возможно, она говорила мистеру Мэтисону, что он зря тратил время, выискивая в школе злодея, который столкнул Деррика с обрыва. Наверное, она уверяла его, что в их учебн