Коррупционер корыстолюбивого типа последовательно, целеустремленно и постоянно стремится к удовлетворению своих, прежде всего материальных, потребностей, умножению и сохранению личного благосостояния, используя для этого все имеющиеся у него возможности: должностное положение, властные полномочия, связи и т.п.
Для престижного типа характерно стремление не столько обеспечивать себя материально, сколько с помощью криминальных денег создавать и постоянно поддерживать свой личностный статус, имидж. Он должен ощущать всеобщее почтение, уважение, занимать высокое положение в обществе, входить в известные элитарные социальные группы (дорогие клубы и т.п.). Для этого он легко, не скупясь, использует финансовые и иные резервы, добытые в результате преступной, коррупционной деятельности.
Для игрового типа важны прежде всего не власть, не деньги, а сам процесс реализации власти. Ощущение реальной опасности при балансировании на грани правопослушного и преступного, дозволенного и запретного доставляет ему остро требуемое моральное удовлетворение. Для этого он стремится к созданию для себя максимально комфортных условий и возможностей, нарушая закон, «рулить во власти».
Среди последовательных преступников-коррупционеров особое место в современных условиях занимают отдельные представители финансовой, экономической и политической элиты.
Криминолого-психологический анализ этой категории преступников представляется исключительно актуальным и важным в связи с их повышенной общественной опасностью.
Если, например, в советский период самые крупные коррупциогенно уязвимые теневики, взяточники, расхитители независимо от своего должностного или общественного положения всячески маскировали, прятали от посторонних глаз свое богатство, нажитое преступным путем, и старались максимально оградить себя от какого-либо афиширования, публичной шумихи, огласки, что делало их нажитое неправедным путем материальное благополучие, «умение жить, вертеться и делать деньги» не столь уж соблазнительным примером для массового подражания, то сегодня все наоборот.
Определенная часть финансовых воротил, олигархов, руководителей крупнейших корпораций, структур, так называемых нуворишей отечественного бизнеса, считают вполне оправданным и просто необходимым самую широкую рекламу своих миллиардных заработков и других социально-экономических успехов, используя для этого любые возможности и наиболее эффективные рекламные средства и технологии.
И в этих условиях неизбежно возникает реальный риск благоприобретения или активного развития сугубо негативных, психогенных мотивационных установок и состояний, имеющих опасную тенденцию повышенного внимания, болезненно-завистливого восприятия и распространения в социуме, подавляющее большинство которого с трудом сводит концы с концами.
Это в первую очередь патологическое корыстолюбие, алчность, бессовестность, безнравственность, жестокость, цинизм, равнодушие, нарциссизм, уверенность в непогрешимости, вседозволенности и безнаказанности и подчас даже антипатриотизм и др.
С учетом также и того, что работа и личная жизнь подобных субъектов повседневно протекает в постоянной и тесной взаимосвязи, контактах, сотрудничестве, соперничестве с широчайшим кругом самых разных представителей социума (партнеры, конкуренты, друзья, помощники, советники, сотрудники, охранники, пресса и др.), то происходит неизбежное и постоянно действующее активное и исключительно вредное взаимозасорение психогенностью и криминогенностью как на массовом, так и на индивидуальном уровнях сознания.
Можно смело утверждать, что такие, например, распространенные привычки и проявления, как неудержимое хвастовство своими самыми крутыми возможностями, связями, материальным благополучием (яхты, недвижимость, спортивные клубы, автотранспорт, самолеты, раритеты искусства и антиквариата, драгоценности и т.п.), — реальный путь к стойкой психолого-психиатрической зависимости. Другими словами, это можно квалифицировать также как отсутствие в нашем обществе элементарной «культуры богатства».
Так, для определенной, наиболее уязвимой части указанных личностей «яхта меньшей длины и комфортности», «замок или вилла в менее престижном месте», «более скромные затраты на отечественных и зарубежных “звезд”», «меньшие затраты на свадьбы и корпоративные вечеринки» могут порождать реактивные и стрессовые состояния, нервные срывы и тем самым способствовать активизации психогенных и криминогенных проявлений и установок. И не случайно в последние годы появились и успешно функционируют частные клиники и кабинеты, специалисты которых оказывают нуждающимся необходимую психолого-психиатрическую помощь.
В определенной мере подобные криминолого-психологические признаки могут иметь тенденции к благоприобретению и развитию также у криминогенно уязвимых представителей высших эшелонов общественно-политической и чиновничьей элиты. С той лишь разницей, что этим личностям, в силу специфики должностного, профессионального и общественного статуса, в значительно меньшей степени присущи и позволительны публичные бравирование и показуха, но общественная опасность от их теневой противоправной деятельности по своим последствиям неизмеримо более значительна и вредоносна.
Очевидно, что выделение любых типов преступников имеет условный характер. Вместе с тем уяснение глубинных мотивов, которые лежат в основе поведения человека, занимающего важные посты и положение в государстве, может оказать существенную помощь, например, в кадровой политике. Общепризнанным сегодня является тезис о том, что никакое богатство или повышение уровня оплаты труда чиновников, сотрудников правоохранительных органов и других работников исполнительных органов государственной власти не может служить надежной гарантией от коррупции, если у них отсутствуют государственно-патриотическая, профессиональная и нравственная установки, на уровне индивидуального сознания, препятствующие искушению всевозможными соблазнами. Поиск, призыв и ориентирование на людей с надлежащими позитивными установками и есть главная задача общества и государства.
2.9. Преступники — представители правоохранительной системы
Речь идет о личности той категории правонарушителей, которые являются представителями особой многопрофильной системы органов, структур, объединений, функционально предназначенных для решения социально-правовых конфликтов, обеспечения законности в жизни общества, противодействия преступности и другим нарушениям правопорядка.
В системе этих органов выделяются: суд, государственные правоохранительные органы (прокуратура Российской Федерации, Министерство внутренних дел РФ, Следственный комитет при прокуратуре РФ, Министерство юстиции РФ, Федеральная служба безопасности РФ, Федеральная служба охраны РФ, Федеральная таможенная служба, Федеральная налоговая служба, Федеральная служба РФ по контролю за оборотом наркотиков, ведомственная охрана), негосударственные правоохранительные органы (адвокатура, нотариат, частные охранные и детективные предприятия).
Так, преступность и совокупность суда и государственных правоохранительных органов можно рассматривать как две большие, кардинально различающиеся подсистемы современного общества, ведущие постоянную непримиримую борьбу между собой. Преступность наносит огромный урон людям, обществу, государству. Правоохранительная система стремится этот урон предотвратить, минимизировать, выявить и наказать виновных. Преступность в целом аморфна, отдельные ее акты непредсказуемы, она растворена в массе добропорядочных граждан, многолика и изменчива. Государственная правоохранительная система, хотя и не имеет единого центра, состоит из органов, тесно взаимосвязанных между собой и координирующих свою деятельность на основе закона. Можно указать и еще на многие различия. Говоря философским языком, эти две подсистемы олицетворяют собой борьбу добра со злом, права и морали с беззаконием и произволом.
Столь же в принципе различны и люди, из которых состоят эти подсистемы. Не совпадают даже их демографические данные. Если, как говорилось выше, средний возраст преступников колеблется в пределах 25—30 лет, то сотрудники правоохранительных органов в целом заметно старше (около 40 лет). У них более высокий образовательный уровень, устойчивое социальное положение и материальное обеспечение.
Но главное различие не в этом — оно лежит в духовной, мировоззренческой и поведенческой сферах.
Население вправе требовать и рассчитывать на то, что его охраняют честные, неподкупные, опытные и смелые профессионалы, на опыт и знания которых можно положиться в любой опасной и тяжелой ситуации. В целом так и есть. Однако, к сожалению, преступления совершаются и судьями и иными сотрудниками правоохранительных органов, что особенно опасно для общества, если учесть, что эти люди, как правило, обладают большой и авторитетной властью, а их служебное положение охраняется законом.
Основные преступления, совершаемые сотрудниками правоохранительных органов, предусмотрены в гл. 31 «Преступления против правосудия» УК РФ. Это привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 299), незаконное освобождение от уголовной ответственности (ст. 300), незаконные задержание, заключение под стражу или содержание под стражей (ст. 301), принуждение к даче показаний (ст. 302), фальсификация доказательств (ст. 303), провокация взятки или коммерческого подкупа (ст. 304), вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта (ст. 305). Но сюда примыкают некоторые преступления, предусмотренные другими главами УК РФ, например должностные преступления и взяточничество.
Если в 2000 г. за преступления против правосудия было осуждено 2155 лиц, а в 2001 г. — 2487, то в 2008 г. привлечено к уголовной ответственности около 4000 представителей правоохранительной системы.
Статистика свидетельствует о том, что преступлений, совершаемых сотрудниками правоохранительных органов, регистрируется сравнительно немного. Если представить себе уголовное судопроизводство в виде лестницы, то на нижних ее ступенях (оперативно-розыскная деятельность, дознание) преступлений больше, чем на последующих ступенях (следствие, суд, исполнение наказания). Соответственно чаще рассматриваемые преступления совершаются сотрудниками милиции. Если в 2001 г. за должностные преступления было привлечено к уголовной ответственности сотрудников милиции 2171 человек, осуждено — 338, то в 2006 г. — 4020, осуждено — 1964; в 2007 г. — 4367, осуждено — 1200; в 2008 г. — 3785, осуждено — 1629. Реже преступления совершаются прокурорами и судьями. Так, к уголовной ответственности в 2006 г. было привлечено 27 прокуроров, осуждено — 6, в 2007 г. — 22 и 7, соответственно, в 2008 г. — 10 и 4.