ия на сумму 32 млн. долл. Со стороны некоторых министерств (МВД, Минобороны) последовали ходатайства в уже упомянутую комиссию с просьбой ввезти приобретаемые фондом продукты беспошлинно, поскольку фонд обещал из вырученных от реализации денег предоставить министерствам гуманитарную помощь. В результате, после того как ввезенные продукты питания были реализованы, фонд сумел выделить в качестве гуманитарной помощи: один автомобиль «БААВ» для ФПС; один автомобиль «БААВ» для Управления исполнения наказания ГУВД Санкт-Петербурга; дорогостоящий бильярдный стол для одного из отделов ГИБДД г. Москвы. В войсковые части обещанная гуманитарная помощь так и не дошла.
Еще более распространены случаи злоупотребления служебным положением со стороны военных комиссаров при призыве на действительную военную службу.
Инертность и безразличие должностных лиц на руку представителям организованной преступности, которые стараются активно использовать недовольство офицеров задержками с выплатой денежного довольствия и плохими бытовыми условиями. Они предлагают посреднические услуги при заключении договоров на поставку вооружения, продуктов питания в войска, не без их участия действуют те же ветеранские фонды. Кстати, известные события, связанные с убийством руководителей ветеранских фондов, объединявших военнослужащих, воевавших в Афганистане (М. Лиходей, Д. Матешев, взрыв на Котляковском кладбище), говорят об активном проникновении в Вооруженные Силы организованной преступности. Также имеется достаточно фактов о подкупе организованной преступностью государственных чиновников. Обращают на себя внимание правонарушения со стороны военнослужащих-контрактников, находящихся на рядовых и сержантских должностях, которых в армии становится все больше и профессиональный отбор которых еще не отвечает современным требованиям. Особенно низкие требования к личности военнослужащего-контрактника предъявлялись в период боевых действий в Чечне. Например, после вывода из Чечни одной из войсковых частей, состоявшей в основном из контрактников, около 1/3 военнослужащих самовольно оставили часть. При этом среди оставшихся широко распространилось пьянство, грабежи местного населения, распродажа боеприпасов и оружия.
На личности военнослужащего-контрактника следует остановиться более подробно в связи с особым социальным статусом данной категории военнослужащих и провозглашением все более активного перехода Вооруженных Сил на профессиональную основу. Следовательно, во многом состояние преступности среди военнослужащих в недалеком будущем будет зависеть от них. Динамика качественных характеристик контрактников улучшается. Так, 60% из них — рабочие, 18% — служащие, 6% — интеллигенты, менее 1% — предприниматели. Около 58% контрактников имеют среднее специальное образование, 23% — среднее, 14% — неоконченное высшее или высшее образование. Наиболее серьезно относятся к службе по контракту молодые люди в возрасте от 21 до 30 лет, обладающие корпоративными, специальными или собственными «военными» чертами характера. Наиболее подходящие из них — выходцы из интеллигентов, крестьян и рабочих, имеющие среднее техническое образование, прослужившие срочную военную службу. Среди приоритетных характеристик направленности личности, которые выделяли сами контрактники при опросе, можно отметить следующие: желание продолжить службу по специальности (62%); дисциплина (42%); трудолюбие (34%); профессиональное совершенствование (36%); воинская честь (21%); неудовлетворенность профессиональной перспективой в гражданском обществе (22%); интересная работа (19%); честность (13%); приверженность военным ритуалам (6%); получение необходимых специальностей, которые пригодятся после службы (19%).
Кстати, в последнее время делается немало для того, чтобы привлечь к контрактной службе наиболее подготовленных молодых людей. Так, заметно улучшается их материально-бытовое положение.
На основании изложенного можно сделать вывод, что личности преступников-офицеров присущи следующие черты:
1) возраст от 21 года (окончание военного училища) и старше, т. е. в психологическом аспекте это сложившиеся личности;
2) агрессивно-насильственный опыт, приобретенный в военных училищах, и низкая общая и правовая культура. Низкая правовая культура офицеров проявляется двояким образом: незнание права; сознательное нарушение норм права. В свою очередь, незнание норм права обусловлено: обилием нормативных документов, в том числе приказов и распоряжений вышестоящих начальников; незнанием законодательных актов, которыми офицер должен руководствоваться в повседневной жизни; нарушением закона в деятельности офицера, выражающемся в издании незаконных приказов, распоряжений, а также неправомерном поведении; наконец, отсутствием в обществе традиций законопослушного поведения. Следует подчеркнуть, что офицеры сознательно нарушают закон по следующим побудительным мотивам: во имя достижения конечной высоконравственной цели, т.е. для получения положительного результата любой ценой; по убеждению, что с подчиненными иначе поступать нельзя, поскольку они не в состоянии понять необходимость предпринимаемых шагов;
3) отсутствие хорошей психолого-педагогической подготовки;
4) боязнь принятия ответственных решений по службе и руководство правилом выполнения того, что требует непосредственный начальник, даже если это требование вступает в противоречие с интересами службы и нарушает действующее законодательство;
5) существующая система «накачек», выражающаяся в оскорблении начальниками подчиненных, в том числе за проступки, совершаемые военнослужащими срочной службы;
6) отвлечение офицеров на хозяйственные работы и потеря ими воинского статуса и боевых навыков (имевшие место события в Чечне и других «горячих точках», к сожалению, подтверждают этот тезис);
7) распространенность бытового пьянства и наркотизма, особенно среди молодых офицеров. Число погибших военнослужащих в результате токсического и наркотического отравлений в последние годы постоянно увеличивается. На почве бытового пьянства среди офицеров совершено около 1/3 самоубийств и семейных ссор с тяжкими последствиями, 60% бесчинств по отношению к местному населению, 25% автокатастроф;
8) переложение части своих обязанностей (например, по воспитанию молодых солдат) на военнослужащих срочной службы второго года, или, как их чаще называют, — старослужащих, ведущее к дальнейшему росту глумлений и издевательств одних военнослужащих над другими («дедовщина»);
9) коррумпированность среди должностных лиц (в том числе связь с коррумпированными должностными лицами в гражданском обществе) и втягивание в преступную деятельность сослуживцев, включая военнослужащих срочной службы;
10) связь с представителями криминального мира, в том числе с представителями организованной преступности;
11) алчность, стяжательство, безразличие к судьбам подчиненных;
12) нарциссизм;
13) регресс жизни;
14) психология «временщика», которая может выражаться как в абсолютном игнорировании карьеристских устремлений, так и, наоборот, в доминировании карьеристских побуждений, оказывающих влияние на повседневную деятельность и на отношение к сослуживцам.
Таким образом, преступник-офицер — это сложившаяся личность холерического темперамента, имеющая опыт агрессивно-насильственного поведения (приобретенный в военных училищах), исключительно корыстные побуждения (связанные и не связанные с карьеристскими устремлениями), испытывающая косвенное влияние представителей криминального мира (в том числе организованной преступности), обладающая психологией «временщика» и безразличная к судьбам подчиненных в частности и армии вообще.
Хотелось бы заострить внимание еще на одном немаловажном обстоятельстве.
Существенным психологическим фактором, с нашей точки зрения, отрицательно влияющим на дисциплинированность и правопослушность военнослужащих, следует признать абсолютно непонятную и легкомысленную утрату в армии строгого и неукоснительного соблюдения достойного внешнего вида и приличного форменного обмундирования.
В тяжелейшие годы Отечественных войн русский солдат, офицер и генерал всегда и везде, как в мирное, так и военное время, были одеты по форме (вспомним суворовских гренадеров и офицеров), гордились этим и свято соблюдали эту государственную атрибутику.
В настоящее время всех и вся, кроме торжественных мероприятий, мы видим в неряшливых, уродливых и сиротских камуфляжах, в которых практически невозможно отличить солдата от офицера и генерала, военнослужащего от штатского охранника, а всех вышеупомянутых — просто от бандитов, мошенников и попрошаек-нищих.
Это отрицательно влияет не только на индивидуальное, но и на общественное сознание, поскольку, когда, например, на экранах телевизоров за столом мирных переговоров в зонах конфликтов и военных действий сидят представители противоборствующих сторон, одетые неряшливо, некрасиво и абсолютно одинаково, трудно надеяться, что указанная странная мода последнего времени не будет оказывать негативного и деформирующего воздействия на психологические, идеологические и патриотические установки как военнослужащих российской армии, так и общества в целом.
2.11. Неосторожные преступники
Криминальная неосторожность слагается из различного уровня дефектов поведения и их комбинаций, что предполагает наличие у неосторожных преступников дефектов интеллектуальной, эмоциональной и волевой сфер. Те дефекты, которые считаются устойчивыми, нередко напрямую связываются с отрицательными чертами личности, и эти последние принято рассматривать в качестве основной причины неосторожного преступления. При таком подходе психологические факторы неосторожных преступлений фактически отходят на задний план, хотя именно их анализ и учет позволяют вскрыть действительные механизмы этих преступлений.
Изучение личности неосторожных преступников с помощью ММ ИЛ выявило следующее.
Профиль ММ ИЛ лиц, совершивших неосторожные преступления, свидетельствует, что они являются относительно однородной категорией по своим психологическим особенностям. Профиль определяется выраженным пиком по шкале 7 ММ ИЛ (фиксация тревоги и ограничительное поведение). По сравнению с нормативными данными (выборка законопослушных граждан) совершившие неосторожные преступления имеют статистически достоверные отличия (р