— Вот как начнешь чувствовать ритм и без ошибок выстукивать его шагами, можно будет тебя и в пару ставить, — объясняла она мне.
— Я больше хотела бы ускользать от смерти, чем быть ею, — созналась я.
— О, поверь, совершенно не важно, с чего ты начнешь, — мудро улыбнулась Чия. — Тем более, что в процессе танца партнеры часто меняются ролями… Пришлось принять эту спорную мысль и изо всех сил стараться держать нервный, будоражащий ритм.
— Ну, началось, — сказал Мир как-то под вечер. Госпожа Альфина постучалась в наши апартаменты и попросила его спуститься вниз, потому что «его там требуют». При этом хозяйка делала большие глаза, и сразу стало понятно, что имеется в виду кто-то весьма важный. Вернулся Миртен минут через пять с белоснежным конвертом в руках и сказал то, что сказал.
У меня в тот вечер выпал неожиданный выходной, поэтому я, вольготно устроившись на диване, корпела над конспектами по основам магии и пыталась изобразить простейший сферический заряд из Тьмы. Не слишком успешно, надо сказать.
— Ты про что? — спросила, не отвлекаясь от очередной попытки, но опять что-то не дотянула, и на ладони сверкнул ярко-белый огонек… Тьфу, снова Свет, он мне явно давался легче.
— Послание из дворца. Его Императорское Величество приглашает на прием и на аудиенцию.
— Это плохо?
— Не то, чтобы плохо и уж точно не неожиданно, но спокойной жизни на этом придет конец, — тяжко вздохнул Мир.
— И когда?
— Завтра вечером.
— Ну ладно, — попыталась подбодрить я приунывшего приятеля, — зато узнаешь что к чему. А может и даму придворную хм… поймаешь. Они же там, наверное, симпатичные.
Миртена знатно перекосила.
— Симпатичные-то симпатичные… только ну их к ракшам. Вокруг тебя все эти красотки крутятся в двух случаях: или у них уж очень далеко идущие планы, или они работают в чьих-то интересах.
Ясно… значит, тот еще гадючник.
Отбытие Мира во дворец я застала. Когда он вышел из своей комнаты в гостиную, я секунды две молча таращилась на эту красоту, а потом показала ему «пальчик вверх». Мир моргнул и попятился обратно. А я запоздало хлопнула себя по лбу. Ох уж эти мне культурные различия… На Шедаре таким вот жестом девочек веселых снимают.
— Шучу, выходи, — пришлось объявлять, — отлично выглядишь.
— Обычная официальная форма, — не без самодовольства хмыкнул магистр Защиты, поняв, что никто на его честь не покушается.
Очень даже эффектная форма. Верхняя часть костюма вызывала из памяти подзабытое слово «дублет», довольно тонкий и плотно пригнанный. Белоснежный, ясное дело, с золотистыми сияющими пуговицами и заклепками. Узкие штаны в тон куртке с тонкими золотыми лампасами и сверкающие щегольские сапоги (наши модницы за такие все «лабутены» отдали бы не глядя).
— А у магов тьмы? — полюбопытствовала я.
— У мастеров — черная с серебром, у Ликарда и прочих магистров — с золотом, — не без ехидства доложил Миртен. Тоже мне великий чтец мыслей…
— А повседневная? — продолжила я допрос.
— Серая — и у нас, и у них. Хаос же. Только повязки на рукавах различаются. Ну и вместо золота — голубое железо.
— Ладно, мальчики, — вздохнула я, — хорошо и с пользой вам провести время! А мне пора на работу.
Все так: кому во дворец, а кому — к тарелкам и подносам.
После работы я снова зарулила на «танцплощадку» и под чутким руководством Чии, глядя на танцоров, выбивала каблуками ритм орданго. Ноги гудели, я умудрилась слегка стереть пятку, но домой шла окрыленная: Чия пообещала на следующем занятии поставить меня с кем-нибудь в пару.
В дом госпожи Альфины я заявилась глубоко за полночь, но Мира еще не было. Я, не слишком торопясь, приготовилась ко сну, но «защитник» так и не заявился. Поразмыслив, я легла спать, но, уснуть нормально так и не смогла, лишь слегка задремала, держа ушки на макушке — мне было бы значительнее спокойнее, если бы я знала, что защитник благополучно вернулся. Наконец я услышала в соседней комнате возню, а потом сон слетел с меня окончательно, потому что раздался сердитый шепот моего соседа:
— Выкладывай, о чем вы с Лайлом так мило беседовали, пока я отбивался от порождений придворного Хаоса?
— Хреново ты отбивался, — от звука этого спокойно-ироничного голоса я взбодрилась лучше, чем от холодного душа, и поспешила прильнуть ухом к замочной скважине, — если мы сейчас тут вдвоем сидим.
— Не уходи от темы, — ого, Миртена, кажется, всерьез проняло. — Да спит она, спит давно… Ну?
— Помнишь, я кого только не просил собрать отряд поотчаянее и двинуться с ним вглубь к самому Разлому? Ну вот… Карлайл, кажется, проникся этой идеей..
— Да вы что оба, умом тронулись? — зашипел Мир не хуже дикой кошки… — Ну с тобой-то все ясно, но Лайл?
— Это официальная версия: мы с тобой по его приказу готовим удальцов для дерзкого марш-броска..
— А на самом деле?
— А на самом деле внимательно наблюдаем, что будет дальше, и вычисляем эррагальского шпиона…
Голос Лика стал совсем уж приглушенным, и я от желания подслушать побольше и поэффективнее наклонилась ближе и легонько ткнулась головой прямо в дверь. «Бом». Я замерла как жертва василиска. Услышали или нет?
— …или шпионов. Они такой шанс уж точно не упустят, — продолжил боевик, и я выдохнула. А через секунду что-то мелкое и жужжащее кольнуло меня через скважину прямо в ухо, и я, не удержавшись ойкнула.
— Ну вот… одного, считай, поймали. Иди-ка сюда, — уже в полный голос потребовал наставничек.
— Никакой я не шпион, — заявила я, открыв дверь настежь, еще и подбоченилась для храбрости.
— Это еще доказать надо, — задумчиво проговорил Лик, разглядывая мои голые до колен ноги, — все слышала?
— Не скажу, — задрала я подбородок. Ситуация, конечно — ужас. Эти двое при полном параде — только что из Императорского дворца, а я стою тут перед ними в одной рубахе, простоволосая как утопленница.
— Ну вот, пожалуйста, — обернулся боевик к магистру Защиты, указывая рукой в мою сторону, — сотрудничать со следствием явно отказывается, наушничает, втерлась к тебе в доверие, ко мне прицепилась, как мокрый лист к за. бору.
— Хм… вообще-то, и правда, подозрительно, — со знанием дела кивнул так называемый друг, — и в Хаос так и рвется.
Спелись, значит.
— Вас послушать, так я выхожу не шпионом, а клещом-провидцем. Император еще ничего не объявил, а я — глянь — уже и втерлась, и прицепилась, куда надо.
Эти двое радостно гоготнули.
— Ладно, клещ-провидец, топай спать, — милостиво разрешил Миртен, развалившись на одном из диванчиков.
— Ну уж нет, никуда я отсюда не уйду, — тут же набычилась я. — Разбудили — теперь рассказывайте давайте.
— Шпион решительно настроен добыть нужные сведения, — Лик последовал примеру защитника и оккупировал второй диванчик, — какие методы будешь использовать: подкуп, угрозы, шантаж? –
он с интересом на меня уставился.
— Бесчеловечные пытки, — мрачно буркнула я, понимая, что все самые лучшие места заняли эти негодяи, — я вам сейчас петь буду…
Мир издал жалобный стон: он уже имел несчастье ознакомиться с моими вокальными данными.
— У любви как у пташки крылья… — проверещала я с чувством, дабы подтвердить свои намерения
— Так, я понял… — остановил это безобразие господин тер Сиаль и постучал ладонью по махонькому кусочку дивана рядом с собой, призывно на меня поглядывая, — иди сюда, будем договариваться.
Ну да, ну да, уже бегу. С него станется меня скрутить, чтоб спать не мешала.
— Нет тебе доверия, — объявила я и, подтащив поближе стул, уселась на него задом наперед, положив локти на край спинки и скрестив лодыжки, аккурат напротив этих двух… магистров.
— Зачем эррагальцам идти с вами к Разлому? — начала я свой импровизированный допрос.
— У них давний интерес к Бездне и Хаосу, — отозвался Миртен и, уловив чересчур глубокомысленное выражение на моем лице, вздохнул и принялся разъяснять: — У Эррогалии на Шедар имеется огромный зуб, но силенок влезать в открытое противостояние не хватает. Зато у нас есть своя внутренняя проблема — Бездна, и эррогальские стратеги уже давно пытаются придумать, как бы сделать так, чтобы Хаос совсем потерял берега и по-настоящему схлестнулся с нами.
— Уничтожить врага чужими руками? — поняла я.
— Неплохо, — одобрительно хмыкнул Лик. При этом он, правда, в открытую рассматривал мою задравшуюся до середины бедра рубашку… Поэтому понять, к чему именно этот хмык относился, было сложно.
— Но тогда получится, что Хаос окажется у них под носом… — размышляла я вслух, одергивая подол и бросая в сторону нахала гневный взор, оставшийся, впрочем, безо всякого внимания, — разве они этого не боятся?
— Отчасти боятся, — задумался Мир, — но скорее рассчитывают на то, что в битве с Хаосом мы друг друга уничтожим. Ну или Шедар победит, но настолько ослабнет, что его можно будет взять голыми руками.
— А Разлом?
— Прекрасный шанс многое узнать и даже устроить диверсию, — отозвался боевик… — сердце Бездны, как-никак.
— А ты его видел?
— Нет, и не потому, что не пытался, — на этом месте Лик бросил сердитый взгляд в сторону Миртена, — добираться туда долго, не меньше пяти дней, думаю. Незаметно не сбегаешь, а верхушка резко против, трясутся как бы чего не вышло.
— Да-да, — тут же отозвался защитник, — зато некоторых хлебом не корми, дай только залезть туда, где поопасней. Скажи спасибо, что жив остался.
— Ага… спасибо, — благодарность была произнесенная тоном, которым обычно посылают далеко и надолго.
— То-то же, — Мир, кажется, был и такой версией доволен.
— И как вы собираетесь искать шпиона? — мне и правда было любопытно.
— А ты с какой целью интересуешься? — прищурился боевик.
— Хочет выведать наши секретные планы, — заговорщицким шепотом сообщил блондин.
— Хорош заливать, — не выдержала я, — нет у вас никаких секретных планов.
— Продолжай считать так дальше, — проникновенно произнес господин Зубоскал, — а я не прочь поспать хотя бы оставшую