Снова все зачеркнуто, а потом подпись:
Люблю тебя,
Лили несколько раз перечитала письмо, паника охватила ее. Мисс Ванстоун сказала, что девочки обрели новую семью, а теперь она получает письмо из Австралии. Что же случилось? Приемные родители увезли их в Австралию? Они хотя бы вместе? Почему Рита ничего не написала о Рози? Что с ней? Может быть, о ней она написала на той странице, которую выкинули? Лили вновь взглянула на письмо. Ни обратного адреса, ни даты. Когда Рита написала его? Лили взяла конверт и попыталась разобрать, что написано на почтовом штемпеле. Но ничего прочесть ей не удалось, кроме трех букв: «НЮУ». Что это значит? Она выяснит. Если потребуется, пойдет в библиотеку и посмотрит в атласе.
Лили зажгла настольную лампу и поднесла письмо поближе к свету. Она надеялась, что таким образом сможет прочесть вымаранные слова, но все оказалось тщетно. Кто-то очень постарался зачеркнуть написанное, буквально замазал строчки чернилами.
«Зачем было вообще отправлять письмо, если почти все из него вычеркнуто?» — удивилась Лили.
Рита все время пишет «мы», но не упоминает Рози. Почему? А в одном месте она написала: «…здесь не только я одна из Англии». Она, должно быть, имеет в виду других девочек из приюта.
«Но если это так, — вдруг поняла Лили, — если она живет с другими девочками из приюта, значит, ее не удочерили. Ее просто отправили в другой приют. Захотели избавиться от нее и Рози!»
Лили почувствовала, как в ней закипает ярость. Ее обманули, ей солгали… да их всех обманули! Вряд ли Мэвис давала согласие на то, чтобы ее детей отправляли на другой конец света. У Лили закружилась голова, и ей пришлось ухватиться за стол, чтобы не упасть. Ее малышек, любимых внучек Риту и Рози, отправили в Австралию, они даже не успели попрощаться. Конечно, Мэвис об этом не знает. А Джимми? Он в курсе? Может, он все это и устроил? А дама из отдела по делам несовершеннолетних, та, что с поросячьими глазками, она знала, что девочек отправят в Австралию, когда забирала их в приют?
«Успокойся, Лили, — сказала она самой себе, — не нужно нервничать и паниковать. Спокойно все обдумай и поймешь, как действовать».
Она налила себе еще чая и задумалась. Что ж, разложим все по полочкам. О Рози Рита почему-то не написала, не упомянула она и о приемных родителях, значит, никаких родителей нет. На штемпеле какие-то странные буквы «НЮУ». Что это значит? Джон, муж Кэрри, работает на почте. Он может знать.
Лили взяла карандаш и бумагу и составила план действий:
1. Показать Джону почтовый штемпель.
2. Проверить все факты.
3. Пойти в «Нежную заботу» и потребовать объяснений.
4. Потребовать объяснений у инспектора по делам несовершеннолетних.
5. Выяснить, знает ли Мэвис о том, что девочек отправили в Австралию.
6. Рассказать ей.
Лили перечитала список. Что ж, для начала неплохо. Она встала и медленно направилась в свою комнату, чтобы переодеться. Сегодня суббота, она наверняка застанет Джона и Кэрри дома.
Лили умылась, оделась, и тут слезы начали душить ее. Она рухнула на кровать, зарылась в подушку и разрыдалась. Ее дорогие девочки, они ведь совсем еще малышки! Что же это за люди, если отправляют таких малышей на другой конец света. Какое бессердечие!
Лили взглянула на фотографию, с которой ей солнечно улыбались ее любимые внучки, и у нее защемило сердце. Из Австралии они не вернутся. Она больше никогда их не увидит.
«Слезами горю не поможешь, — сказала себе Лили и решительно поднялась с кровати. — Возьми себя в руки».
Она надела пальто и вышла на улицу.
Кэрри удивилась, увидев на пороге миссис Шарплс.
— Вы ищете Мэвис? — спросила она.
— Нет, — ответила Лили, — я хочу поговорить с Джоном. Он дома?
— Нет, он ушел в паб, — ответила Кэрри. — Но, думаю, скоро вернется. Подождете его?
Когда Джон вернулся домой, Лили и Кэрри пили на кухне чай.
— Мне нужна ваша помощь, — сказала Лили. — Я получила письмо и не могу прочесть, что написано на почтовом штемпеле. Может, вы разберете, откуда оно?
Джон внимательно рассмотрел конверт.
— Письмо из Австралии, — наконец сказал он. — Из Нового Южного Уэльса[12].
— Нового Южного Уэльса, — повторила Лили. — Значит, Австралия.
— Это большая территория. Названия города, к сожалению, не разобрать.
Он с любопытством взглянул на Лили.
— А кто пишет вам из Австралии?
— Рита!
— Рита? — переспросила Кэрри. — Рита в Австралии? А Мэвис знает?
— Не думаю, — пожала плечами Лили. — Разве она позволила бы увезти девочек так далеко?
— Нет, конечно нет, — согласился Джон. — Она очень расстроится, когда узнает об этом.
— Я пока не собираюсь ей ничего говорить, — заявила Лили. — Хочу сначала точно выяснить, что же случилось с девочками. Кэрри, я знаю, что вы лучшие подруги, но, пожалуйста, пока ничего ей не говори. Даже не рассказывай, что я приходила сегодня. Хорошо?
— Хорошо, — согласилась Кэрри. — Как вы думаете, это Джимми устроил? Я помню, девочки его сильно раздражали.
— Не знаю, — ответила Лили. — Я ездила за ними в приют, сказала, что хочу их вернуть, что они могут жить со мной. Но патронесса заявила, что Риту и Рози удочерили и что они уехали куда-то с новыми родителями.
— Она не рассказала вам, куда увезли девочек? — спросила Кэрри.
Лили покачала головой.
— Она сказала только, что дети теперь живут где-то на севере. Я спросила ее, можно ли мне с ними встретиться, но она отказала, объяснила, что это слишком расстроит девочек. Разрешила только им написать, пообещала обязательно отправить мое письмо.
— Вы написали внучкам? — спросил Джон.
— Да, сразу же, — ответила Лили. — Патронесса дала мне бумагу и ручку.
— Что ж, похоже, она сдержала обещание.
— Наверное. Рита ведь получила мое письмо.
Лили задумалась. Похоже, что мисс Ванстоун действительно отправила письмо, но перед этим она наверняка его прочитала. Может, и из ее письма она что-то вычеркнула.
«Неважно, — заключила Лили. — В любом случае я пойлу в „Нежную заботу“, чтобы посмотреть в глаза этой женщине. Пусть только попробует снова соврать мне!»
— А это поможет найти девочек? — спросила Кэрри.
— Не знаю, вряд ли, — пожала плечами Лили. — Но я должна попробовать.
— Ну теперь-то, когда вы знаете правду, она должна дать вам адрес, чтобы вы могли написать девочкам, — предположил Джои. Он всегда был оптимистом.
Лили поблагодарила друзей за помощь, теперь она не сомневалась, что доберется до этой Ванстоун из «Нежной заботы». Вернувшись домой, она разожгла камин: ей неожиданно стало очень холодно.
«Как странно, — думала Лили, — у нас холодный ноябрь, а у Риты весна. За тысячи миль отсюда, так далеко от дома».
Утро понедельника выдалось пасмурным и холодным. Моросил дождик, и дома на противоположной стороне улицы тонули в тумане. Погода вполне соответствовала настроению Лили. Сегодня она снова пойдет в тот дом, и на этот раз им не удастся обмануть ее, она не какая-нибудь простушка, которую легко водить за нос.
Унылый приютский дом предстал перед ней в серой дымке пасмурного ноябрьского дня. Дверь открыли не сразу. Перед Лили стояла девочка лет четырнадцати, совсем непохожая на ту девушку, что открывала раньше. Она была меньше ростом, с рыжими волосами и веснушчатым лицом.
— Что вам угодно? — прошептала она.
Лили уже собиралась сказать, что пришла к мисс Ванстоун, но потом передумала. Вдруг эта девочка помнит Риту или Рози, стоит попробовать расспросить ее, пока им не помешали.
Лили улыбнулась.
— Привет, — сказала она, — я бабушка Риты и Рози Стивенс, можно с ними поговорить?
Девочка уставилась на нее, широко распахнув испуганные глаза, а затем пролепетала:
— Они здесь не живут.
— Нет? — Лили изобразила удивление. — Где же они тогда?
— Не знаю, мисс, они уехали.
— Как тебя зовут? — мягко спросила Лили.
— Памела, мисс, — ответила девочка, испуганно оглянувшись через плечо.
— Памела, я хочу найти Риту и Рози, я их бабушка, и мне интересно, знает ли кто-нибудь из девочек, куда они уехали?
— Остальные девочке в школе, мисс, — ответила Памела.
— А почему ты не в школе?
— Я больше не учусь, мисс. Я теперь здесь работаю.
— Сколько тебе лет, Памела? — спросила Лили, она говорила тихо-тихо, словно боялась спугнуть испуганного зверька.
— Четырнадцать, мисс.
— Ты всегда здесь жила?
Памела пожала плечами:
— Кажется, да, мисс.
— Памела? Кто там? — Резкий окрик заставил девочку вздрогнуть. Она побледнела, как полотно.
— Это миссис Хокинс, — прошептала она. — Спросите у нее о Рите. Я ничего не знаю.
— Не бойся, — успокоила ее Лили. — Я не расскажу ей, что мы с тобой разговаривали.
Памела отступила, позволив Лили зайти внутрь.
— Миссис Хокинс, эта леди хочет вас видеть.
— Надо было сразу же доложить мне, Памела, а не держать даму на пороге, — упрекнула та девочку. — А теперь марш па кухню, миссис Смит наверняка нужна твоя помощь!
Повторять два раза не потребовалось, девочка бросила умоляющий взгляд на Лили и убежала.
— Я просто сказала ей, что пришла к мисс Ванстоун, — объяснила Лили, прежде чем миссис Хокинс успела сказать хоть слово. — Возможно, вы помните меня, я Лили Шарплс, бабушка Риты и Рози Стивенс.
— Помню, — ответила миссис Хокинс. — Но, боюсь, мисс Ванстоун сегодня нет.
— А когда она будет? — мягко поинтересовалась Лили.
— Я не знаю. Она приходит, когда считает нужным.
— Что ж, придется ей прийти сегодня, — отрезала Лиля. — Я должна поговорить с ней, и я этого добьюсь.
— Может быть, я смогу вам помочь? — спросила миссис Хокинс, растягивая губы в улыбке.
— Нет, я хочу поговорить с шарманщиком, а не с его обезьянкой! — огрызнулась Лили и невольно обрадовалась, заметив, как вздрогнула миссис Хокинс.