— Ты должен убить Маммону. Даю тебе два года, — холодно отчеканил Семаргл. — Если не справишься, отправлю тебя в Великое Ничто. А если уничтожишь её, то получишь прощение.
— О как! То не лезь в дела богов, то уничтожь саму Маммону. Быстро же всё изменилось.
— Сперва мне показалось, что ты легкомысленное существо, несущее сумбур. Такого даже близко нельзя подпускать к делам богов. Но ты оказался сильнее и умнее, чем мне мыслилось. У тебя есть шанс справиться с Маммоной. Тогда мы станем сильнее Хаоса и, возможно, сумеем изгнать его из нашего мира.
— Благодарю за столь высокую оценку, — иронично улыбнулся я и вспомнил Громова: — А ты не думаешь, что я просто сбегу, наплевав на клятву, данную смертному?
— Нет, не сбежишь. Ты, конечно, скользкий тип, но слово своё держишь, как и положено существу с божественной кровью.
— Заманчивое предложение, но я откажусь.
— У тебя нет выбора.
— И у тебя его нет. Я на данный момент единственный, кто может вырвать глотку Маммоне. Убьёшь меня — и потеряешь всякую возможность подгадить Хаосу. А сами вы боитесь сунуться на территорию Хаоса. Рарог даже в подземелье не полетел. Вот и выходит, что вы можете действовать только моими прекрасными руками. Так что заинтересуй меня чем-то ещё, щедрый Семаргл.
— Чего ты хочешь? — нехотя процедил он, недобро глядя исподлобья.
Я вывалил на него перечень своих обоснованных требований. Тот аж глаза выпучил, но всё же сказал:
— Мне нужно обсудить это с другими богами.
— Обсуждай, — милостиво разрешил я, став хозяином положения.
Семаргл понимал это, потому бросал на меня злые взгляды, но всё же на дне его глаз плавало невольное уважение.
А чего он ожидал? Что я сразу завиляю хвостиком, согласившись на его дурно пахнущее предложение? Не на того нарвался. Я ведь потомок Локи.
— Шеф, мы сегодня поедем или нет? — не отказал я себе в ещё одной шпильке в сторону бога.
— Не дерзи, — рыкнул он и картинно щёлкнул пальцами, развеивая свою магию. Пижон.
Девицы тут же «проснулись». По-моему, только Огнева заметила, что с ними произошло нечто странное. А вот её подруги с хохотом и шутками начали общаться со мной, пока мрачный Семаргл вёз нас к бару «Неостров Буян».
Вскоре мы вышли из такси, остановившегося возле грохочущего музыкой бара. Тут же подруги Огневой принялись настойчиво звать нас повеселиться. Однако мы отбились от них и пешком пошли в сторону квартирки баронессы. Она располагалась совсем недалеко.
По пути я мысленно вернулся к разговору с Семарглом. Интересный поворот событий. Надо будет им воспользоваться. Попробую выжать из местных богов всё что можно, раз уж они сами затеяли эту игру.
— Громов, что произошло в такси? — испытывающе посмотрела на меня баронесса, элегантно вышагивая по тротуару.
Её каблучки весело цокали, а обтянутая платьем задница заставляла мужчин оборачиваться, капая слюной. Даже пара девушек с завистью посмотрела на неё.
— Оно довезло нас, — отмахнулся я, погруженный в свои мысли.
— Громов, перестань держать меня за идиотку, — прошипела мулатка, вонзив в меня испепеляющий взгляд. — Когда я села в машину, водитель улыбался, а уже через миг у него было такое лицо, словно ты ему под нос сунул дерьмо на лопате!
— Что за выражения, баронесса? — наигранно ахнул я, изображая полнейший шок.
Она проигнорировала мои слова и яростно продолжила:
— А ещё таксист поглядывал на тебя так, словно ты где-то задел его за живое. Нет, я знаю, как быстро ты выводишь из себя людей. Но тут-то ты даже ничего не сказал ему за всю поездку!
Я попытался остановить фонтанирующую словами мулатку. Но ту будто прорвало. Она раздражённым шёпотом взялась обвинять меня в том, что я держу её в неведении. Даже не говорю, кто я такой на самом деле и что вокруг меня происходит. Почему жрица Маммоны так страстно хотела убить меня, что даже засунула в Кешу тот хитрый артефакт.
Мне пришлось снова применить то же оружие, что я использовал в подземелье Хаоса. Шагнув к девушке, я впился поцелуем в её пухлые губы, пахнущие спелой вишней.
Баронесса слегка отшатнулась, из-за чего мы попали прямо в конус жёлтого света, испускаемого кованым уличным фонарём.
— Ах как романтично! — вздохнула проходящая мимо женщина, держа под руку лысоватого мужчину. — Они похожи на нас в молодости.
— Ещё раз меня поцелуешь, я тебе глаза выцарапаю! — сердито выпалила баронесса, вырвавшись из моих рук.
— Нет, дорогая, — усмехнулся мужчина. — Они похожи на нас нынешних. Помнишь, как ты утром отстегала меня полотенцем, потому что я в туалете курил?
Женщина что-то сердито буркнула и потащила смертного прочь.
А я мрачно сказал Огневой:
— Прекращай истерику. Когда-нибудь ты всё узнаешь. А может, и не узнаешь. Посмотрим на твоё поведение.
Баронесса зло зыркнула на меня, но сдержалась. Молча пошла рядом, будто грозовая туча. Впрочем, она быстро взяла себя в руки.
И когда мы вошли в элитный жилой дом, девушка довольно мило улыбнулась консьержке. А та проводила меня подозрительным взглядом, словно ожидала, что я подожгу кнопки в лифте. Но нет, я ничего такого не сделал.
Вместе с Огневой без происшествий добрался до её квартиры. А та оказалась уютной и идеально прибранной. Видимо, сюда наведывается служанка.
Но хоть квартирка и была просторной, однако во дворце Одина даже малое хранилище для медовухи и то больше в несколько раз.
— Я пойду переоденусь, а ты подожди тут.
Баронесса указала на диван и вышла из гостиной, оставив меня наедине с мерным тиканьем часов с кукушкой. Чуть в стороне от них висели фотографии с пейзажами Новгорода, родного города Огневой. Так сказали её разговорчивые до безобразия подружки. Они тоже родом оттуда. По этой причине у них и сложилась кое-какая дружба.
— Я почти готова! — раздался из соседней комнаты голос Огневой.
— Угу, — проронил я и вздрогнул из-за стационарного телефона на столе, принявшегося настойчиво пиликать.
Поддавшись любопытству, я подошёл к аппарату и с удивлением увидел знакомые цифры на определителе номера. Звонил ректор. Я пару раз видел его номер, потому и запомнил. И чего он хочет от Огневой на ночь глядя? Сказку?
Я нажал на кнопку громкой связи, слыша быстро приближающиеся шаги баронессы.
— Огнева, добрый вечер, прости ради Живы за столь поздний звонок, — устало прохрипел граф Багряный. — Хотел раньше позвонить, но забыл. Замотался сегодня. Сама понимаешь… Насыщенный был денёк. Я чего, собственно, звоню, у тебя есть номер Громова?
Вошедшая в комнату баронесса бросила на меня жутко недовольный взгляд. А я с милой улыбкой показал ей жестами, чтобы она не давала ректору мой номер телефона.
— Добрый вечер, ваше сиятельство, у меня нет его номера, — проговорила баронесса, поправив саблю на боку.
Мулатка уже была в полной боевой готовности. Кожаная броня с клёпками, пистолеты, поясная сумка…
— Жаль. Что ж, тогда передай ему, что с понедельника он переводится в общежитие «элиты».
— А почему вы думаете, что я с ним поддерживаю связь? — мрачно буркнула мулатка.
— Ох, Огнева, мне же не двадцать лет. Я вижу, как ты на него смо…
Мы не услышали окончания фразы Багряного, поскольку мой палец поспешно сбросил вызов.
— Я правильно сделал? Да? А то совсем из ума выжил этот старик, — подмигнул я девушке. — Мерещится ему всякое.
— Граф постоянно что-то додумывает, — проронила Огнева, не отводя взгляда. — Мы выступаем? Или ты ещё что-то хочешь сделать без моего разрешения в моей квартире? Не стесняйся. Сходи в душ, включи телевизор или компьютер. Проверь мою почту. Кажется, для тебя фраза «будь как дома» совсем лишняя.
— Обои бы поменять, — ухмыльнулся я и вытащил амулет, выглядящий как паук.
Глаза Огневой загорелись почти кошачьим любопытством. А я лёгкими касаниями сдвинул ножки паука в нужное положение и положил амулет на пол. Он тотчас засиял и выпустил из себя двухметровый чёрный кокон.
— Неужели ты активировал портал? — ахнула девушка, отправив брови в космос. — Профессор Карлов говорил, что это возможно, но не знал как.
— Пойдём. У нас мало времени. А то везде опоздаем. И не будет у нас ни синицы в руках, ни журавля в небе, а только птичье дерьмо на башке. — Я взял её за руку и затащил в кокон.
Мы вместе с амулетом перенеслись в подземную кишку, облепленную светящимся мхом. Мутная жижа так и продолжала капать со сталактитов, а тёплый спёртый воздух сразу же пробрался в мои ноздри.
Я взял разрядившийся амулет-артефакт, сунул его в карман и принялся звать Апофиса, используя мысленный образ.
— А как работает этот амулет? — спросила мулатка, задумчиво щуря глаза.
Она быстро прогнала ошеломление, вызванное активацией артефакта. И теперь в ней проснулся научный интерес.
— Он переносит существ только в подземелья Хаоса, и только в те, где уже был индивидуум, активирующий амулет. Вернуться же мы можем лишь в ту точку, из которой и перенеслись сюда. То есть в твою квартирку.
— Ш-ш-ш! — раздалось радостное шипение из пятна мрака, а следом показался и дракончик.
Он принялся радостно кружиться вокруг меня и заулыбавшейся Огневой. И даже, свинья такая, плюхнулся на раскрытую ладонь баронессы и выгнул шею, намекая, что надо бы её почесать. Апофис едва не захрюкал от счастья, когда она принялась чесать его ноготком.
— Кажется, он забыл, что драконы кровожадные существа, — пробормотал я и двинулся по кишке, давя ногами белёсые поганки. — Начнём с самого важного. Попробуем найти местную сокровищницу. А уж потом постараемся разузнать, что случилось с Ратниковым.
— Я бы поменяла приоритеты, — нахмурилась девушка, двинувшись за мной.
Отмахнувшись от слов баронессы, я повелительно вытянул руку. Дракончик нехотя перелетел на неё с ладони баронессы и вопросительно уставился на меня синими глазами-бусинками. Хм, кажется, в них стало больше интеллекта. Что ж, сейчас проверим.
Я на ходу принялся посылать ему мыслеобразы, показывая храм Маммоны и доспехи Горского. Логично же будет, что драхниды отнесли их туда, где хранятся и другие вещи тех, кто угодил в это место. Но поймёт ли Апофис, что ему нужно полетать по подземелью и найти эти доспехи? Да Цербер его знает.