Локки. Потомок бога. Книга 2 — страница 5 из 44

Ядовикам не справиться со мной. Они уже выдохлись. Их трупы и ошмётки тел густо покрывали пол. Тут и там на камнях шипела кровь, испуская сизые струйки дыма.

А уцелевшие монстры ринулись в сторону моста.

Я добил их несколькими «взрывами энергии». А ещё один, самый мощный, швырнул в уступ. Он с грохотом обрушился. И самка отправилась в свободный полёт, беспорядочно молотя лапами воздух. Она даже магическую защиту не успела поставить.

Нет, человеческая часть жрицы была закована в металлическую броню золотистого цвета, но защитный атрибут она не сумела вызвать. Грохнулась на острые камни, и один из них насквозь пропорол ей ладонь.

Жрица зашипела от боли и быстро нашла меня взглядом. На нечеловечески прекрасном женском лице заблестели глаза, быстро наполняющиеся страхом.

Она боялась меня, потому и не вступила в бой. Рассчитывала незаметно удрать в случае поражения. Но и тут её постигло разочарование.

— Не бойся. Я хочу поговорить, — сказал я на языке Хаоса и опустил окровавленную саблю.

Самка прижалась к стене, затравленно озираясь. Но ей некуда было бежать.

— Ты лжёшь! — выдохнула она, покрывшись «коконом Хаоса».

Даже несмотря на страх, жрица не собиралась просто так сдаваться. Уважаю.

— А зачем мне лгать? — удивился я, направившись к ней. — Для чего тянуть время? У меня и так хватит сил убить тебя.

Хмыкнув, я не стал обновлять чудовищно потрёпанный «золотой доспех». Наоборот, позволил ему исчезнуть. Время его действия было не очень-то и большим. Таким образом я хотел продемонстрировать самке свои миролюбивые намерения.

Правда, пришлось ещё снять чуть ли не всю одежду. Она после плевков ядовиков превратилась в отравленную, дырявую сеть. И вот чтобы эта гадость не соприкасалась с моей кожей, я снял её и швырнул на пол, оставшись полуобнажённым.

— Ты потомок Локи! — выпалила жрица, словно это всё объясняло.

— Что за дискриминация? Если потомок Локи, так обязательно лжец? Это устаревшие стереотипы, — усмехнулся я и медленным шагом направился к ней. — У меня нет желания убивать тебя. Я хочу предложить тебе обоюдовыгодную сделку.

— Какую ещё сделку? — подозрительно выдала жрица и угрожающе оскалила треугольные зубы, когда я оказался в трёх метрах перед ней.

— Я пощажу тебя, если ты ответишь на два моих вопроса.

— Каких? — проскрежетала она, даже не став хорохориться. Дескать, ещё посмотрим, кто кого убьёт.

Мы оба прекрасно понимали, что не ей тягаться со мной. Ведь, судя по медному амулету на шее жрицы, она была рангом ниже, чем та самка, чью голову мне довелось отсечь. А значит, она слабее.

— Первый, почему Маммона жаждет убить меня? Второй, что стало со смертным, прикрывавшим моё тактическое отступление? — спросил я, заметив краем глаза Огневу.

Она вышла из-за статуи. А на её плече восседал Апофис. Как я и рассчитывал, он весь бой провёл в обществе девушки, поняв мой приказ не мешаться под ногами.

— Не знаю, — нехотя ответила жрица сразу на оба вопроса.

И я сразу понял, что не врёт. Мне уже столько лет, что я прекрасно разбираюсь во лжи. Могу назвать триста пятьдесят шесть её разновидностей.

— Мне не дали практически никакой информации, — мрачно продолжила самка. — Просто отправили сюда, чтобы я подкараулила потомка Локи, если он сглупит и снова явится. Однако я могу всё разузнать для тебя, если ты сохранишь мою жизнь.

— К счастью, я прекрасно знаю, что твоё слово ничего не стоит. Как только ты окажешься в безопасности, то мигом забудешь обо всех своих самых страшных клятвах.

Жрица оскалилась, готовая к бою. Она даже не стала уверять меня, что точно сдержит клятву. Смысл? Самка прекрасно понимала, что я знаю, какой у подобных ей существ характер и жизненные принципы.

— Но я точно знаю, что ты не кинешь меня, если я тебя заинтересую, — интригующе проговорил я. — Если принесёшь мне нужную информацию, то за это я убью любую жрицу на твой вкус. У тебя ведь есть конкурентки. Ты же хочешь сменить амулет на серебряный? Жаждешь получить доступ к крутой магии? Важным сведениям? Или желаешь остаться простой марионеткой?

Наверное, всем известно, что жрицы богини Маммоны больше всех ненавидят себе подобных. Они грызутся как настоящие пауки в банке, отчаянно желая занять место поближе к своей богине. А та потакает такой грызне, наслаждается ею.

Карьерный рост жрицы проходит чётко по трупам конкуренток. Интриги, заговоры и подлые убийства — обычный арсенал драхнида-самки.

Причём жрицы из числа людей и иных существ действуют примерно так же. Та парочка из клуба, которая потом в спальне пыталась убить меня, большое исключение. Они, кажется, любили друг друга.

Что же касается самцов, служащих Маммоне, то они просто рядовые солдаты.

— А если ты обманешь меня? — хмуро проронила тщеславная жрица.

— В отличие от тебя, милочка, я всегда держу своё слово! — гордо вскинул я подбородок и махнул рукой баронессе, чтобы она приблизилась. — Впрочем, я понимаю твои опасения, так что оставлю в качестве пленницы вот эту сильную, молодую магичку-девственницу. Вернёшь мне её в целости и сохранности, когда мы оба выполним условия сделки. А до тех пор даже не смей смотреть на неё.

— Но ежели ты попытаешься обмануть меня, я принесу её в жертву своей госпоже! — хищно усмехнулась самка, оценивающе глянув на Огневу.

Та медленно шла ко мне, тщательно выбирая, куда поставить ногу, чтобы не угодить в ядовитую кровь погибших монстров.

Кстати, надо бы поскорее уйти отсюда, а то в воздухе легко могут оказаться ядовитые пары, исходящие от пролившейся крови.

— Громов, что происходит? — тихо спросила подошедшая мулатка, облизав пересохшие губы.

— Веду дипломатическую беседу. Мы же хотим узнать судьбу Ратникова? Хотим, да? А что ты готова для этого сделать?

— Многое, — решительно кивнула девушка, столкнув брови над переносицей.

— Отлично. Вот эта милая восьмилапая дама поможет нам. А ты пока лучше водички попей.

Я протянул ей свою фляжку. Она взяла её, отвинтила крышку и напряжённо посмотрела на жрицу. Девушка будто опасалась, что та нападёт на неё, стоит ей только отвести взгляд. Поэтому баронесса сделала несколько глотков, не спуская с самки подозрительного взора.

— Хм, какой-то странный вкус… — пробормотала девушка. — Кажется, это…

Она не успела договорить. Её глаза закатились, а тело расслабилось. Я едва успел подхватить её, чтобы она не упала.

Вот и пригодилось усыпляющее зелье Громова. А сработало оно — моё почтение!

— Ты коварен, как высшая жрица, — уважительно прошипела самка, поняв, что произошло.

— Спасибо на добром слове. Вот фляжка. Изредка пои её, чтобы она не проснулась раньше времени. И давай без фокусов. Я тщательно осмотрю её, прежде чем забрать. Если увижу хоть намёк на какой-то артефакт, убьют тебя, а не твою соперницу.

— У меня нет желания из-за какой-то магички терять такой шанс возвыситься, — заявила жрица.

— Тогда подставляй спину.

Самка наконец-то доверилась мне и сняла с себя защиту. А я положил на спину жрицы баронессу, предварительно взяв себе её сумку-артефакт.

После этого мы обговорили все детали операции, учитывая то, что здесь время идёт быстрее, чем на поверхности.

И в итоге мы разошлись довольные друг другом. Только Апофис осуждающе поглядывал на меня, попутно указывая дорогу к доспехам Горского.

— Чего ты? — бросил я ему, быстро двигаясь по коридору, который вывел меня из пещеры с рекой. — У меня всё под контролем. Нет, конечно, жрица попытается убить меня, но только после того, как я грохну её соперницу. А до этого она будет вести себя как пай-девочка. Огневой ничего не угрожает. Она просто поспит в мягком коконе из паутинки. Жрица скорее откусит себе все лапы, чем навредит ей. Ведь для неё во сто крат важнее подняться по карьерной лестнице, чем принести жертву своей госпоже.

— Ш-ш-ш! — прошипел дракончик и послал мне мыслеобраз, показывая, как Огнева чесала его шею.

— Ну, во-первых, поздравляю тебя с тем, что ты с каждой минутой становишься сообразительнее. А во-вторых, я никого не предавал, а лишь использовал. Чувствуешь разницу? Нет? Думаешь, надо было честно обо всём рассказать баронессе? А если бы она отказалась стать заложницей жрицы? Что тогда? Весь мой план полетел бы Фенриру под хвост. А так я одним ударом убью кучу зайцев.

— Ш-ш-ш, — снова прошипел упёртый дракончик.

Но на сей раз он не послал мне мыслеобраз. Однако я всё равно продолжил общаться с ним, как с полностью разумным существом. Он, конечно, таким не был. Но, возможно, подобные разговоры и заставляют его становиться всё более смышлёным.

Вскоре Апофис снова пошипел, но уже не так яростно. То ли мне удалось убедить его в том, что я всё сделал правильно, то ли он забыл, о чём мы вообще беседовали.

А ещё через пару минут подземный путь привёл нас в ту самую пещеру, где находился храм Маммоны. Останки десятков пауков до сих пор здесь валялись. А вот труп Ратникова я найти не сумел. Только обнаружил его сабли да засохшую человеческую кровь.

Что это может значить? Парня куда-то уволокли и там сожрали? Или его постигла иная участь? Какую же судьбу ему вручила Среча или Несреча? Надеюсь, скоро узнаю. Любопытство изрядно щекотало моё нутро.

А пока я хмуро глянул на дракончика и спросил:

— Ты какой-то очень дальней дорогой ведёшь меня к доспехам Горского. Или решил мне экскурсию устроить?

Но оказалось, что я зря быканул на Апофиса. Уже чуть ли не в соседней пещере обнаружились крупные залежи различных вещей. Причём они принадлежали не только людям, но и иным гуманоидам.

Простые изделия вроде клинков меня совсем не волновали, а вот артефакты — очень даже. Но опять же не все. Те же доспехи Горского я не стал брать, просто выколупал из них камень-артефакт. Он мог подогревать или остужать вещи.

Я отправил его в сумку-артефакт, способную довольно сильно снижать вес находившихся внутри вещей. Но, к сожалению, она не была безразмерной. Саблю в неё не засунешь. А вот пару артефактов-шлемов я всё-таки отправил в сумку. Да ещё присовокупил несколько камней-артефактов, вытащенных из оружия. Больше тут ничего стоящего не оказ