Гонорара за эту помощь Скотланд-Ярд Холмсу не платил, а тот, в свою очередь, не утруждал себя сбором доказательств. которые могли бы фигурировать в суде, оставляя это неблагодарное дело полицейским коллегам. Но убийства были не единственными делами, за которые брался Холмс. Скажем, загадочные пропажи людей («Исчезновение леди Карфакс») или уничтожение компрометирующих материалов («Скандал в Богемии» и «Дело Чарльза Огастуса Мильвертона») — дела типичные для частных сыскных агентств, в которых Холмс не отличался особенно от своих коллег-сыщиков, и на доходы от которых, надо понимать, он в основном и жил.
Кстати о доходах. Сам Холмс в рассказе «Загадка Торского моста» заявлял, что оказывает сыскные услуги на основании твердого прейскуранта. Этот прейскурант нам, увы, неизвестен. То, что сыскное дело было довольно доходным мероприятием, видно даже по дому № 13 по Паддингтон-Грин, где Игнатиус Поллаки в 1865 году открыл офис, а с 1872 года купил его на безусловных правах собственности и поселился там со всем семейством. Вот как он описывался в объявлении о продаже в январе 1884 года, когда Поллаки принял решение уйти от дел и перебраться в Брайтон:
«Этот дом (с садом перед домом приблизительно 42 фута, засаженным 12 миндальными деревьями, и большим садом позади дома приблизительно 102 фута, защищенным хорошими кирпичными стенами, огражденными проволочной оградой 12 футов высотой; также беседка с зацементированным полом) содержит 14 хороших комнат, включая ванную комнату с горячим и холодным водоснабжением и три ватерклозета; высокую гостиную, богато украшенную арочной скульптурой, с мраморной каминной полкой изящного работы, с тремя большими двустворчатыми остекленными дверями-окнами (зеркальное стекло), открывающимися на балкон, снабженный постоянной пожарной лестницей; столовую, выходящую по железной лестнице в сад за домом.» Дом и право собственности оценивались в 2,5 тысячи фунтов стерлингов.
Расценок на услуги Поллаки мы не знаем точно так же, как не знаем прейскуранта Холмса, кроме, пожалуй, одного случая, когда в 1861 году, накануне войны Севера и Юга, он затребовал с представителей федерального правительства 100 фунтов в уплату за слежку за конфедератами, закупавшими оружие в Европе, в течении 30–40 дней.
В 1879 году «Английское и иностранное справочное и детективное бюро» на Ладгейт-хилл оценивало свою работу в 10 шилл. 6 пенсов в день. В ноябре 1880 года после выборов в парламент м-р Эветтс нанял Натаниэла Драсковича для выяснения вопроса: было ли со стороны либералов какое-либо взяточничество. В течении 8 дней в Оксфорде находились трое помощников Драсковича, один выдавал себя за актера, другой — за коммивояжера, а третий — за журналиста.
Эветтс заплатил Драсковичу двумя чеками 54 фунта 11 шиллингов. Обычные расценки на услуги частного детективного агентства Слейтера, озвученные в 1904 году во время процесса против нескольких его детективов — правда, печатного прейскуранта в агентстве не существовало, — были уже в два раза больше (ровно гинея плюс накладные расходы, совсем как во времена «боу-стритских приставов»), но из газетных репортажей с судебных заседаний неясно, в течении какого времени они действовали — последние ли годы, или уже с самого момента основания агентства в 1884 году.
Управляющий агентством Джордж Генри указывал, что базовые расценки были рассчитаны только на тех клиентов, кто ни при каких обстоятельствах не мог заплатить больше. Если было видно, что клиент достаточно богат, цены сразу же вырастали. За сбор свидетельств для бракоразводного процесса Поллардов поверенный миссис Ноулз, нанявшей детективов Слейтера, заплатил агентству в течении полугода 1170 фунтов суммами от 15 до 250 фунтов, итоговая сумма расходов была равна 2290 фунтам.
В 1904 году инженер Райт заплатил агентству Слейтера 1600 фунтов за предоставление ему свидетельств об адюльтере его жены с молодым студентом-итальянцем. В данном случае размер суммы определялся тем, что на полгода детективы потеряли любовников из вида, и пока те укрывались на вилле Скалла, искали их в Германии, Италии и по всей Европе.
В среднем классе существовало неписанное правило, согласно которому на аренду жилья тратилось 10 % от всего дохода. Это позволяет нам примерно оценить доходы Холмса на момент его знакомства с Уотсоном. Если квартира в районе Бейкер-стрит стоила 4 фунта в месяц (или даже чуть дешевле), а плату за нее Холмс с Уотсоном делили пополам, то ежемесячный доход обоих должен был составлять примерно по 20 фунтов, или 240 фунтов (или несколько меньше) в год.
Мы знаем, что Уотсон в течении девяти месяцев получал от военного министерства по 11 шиллингов в день, что составляло в месяц 16 фунтов 10 шиллингов — это чуть меньше расчетных 20 фунтов, но в целом попадает в допустимые пределы и говорит скорее о том, что квартиру двум джентльменам миссис Хадсон сдавала не за четыре, а примерно за 3 фунта 6 шиллингов. Соответственно, годовой доход Холмса в то время был порядка 200 фунтов — жалование, которое получали в полиции детектив-инспекторы.
Если в 1881 году Холмс был только в самом начале своей карьеры и нуждался в компаньоне, чтобы оплачивать на двоих квартиру, в рассказе «Холмс при смерти», относящемся к расцвету деятельности детектива-консультанта, Уотсон пишет, что его друг платил за свое жилье миссис Хадсон «по-княжески» и мог бы, наверное, купить дом целиком за те деньги, что выплатил ей за время своего там проживания.
Из ответа Уотсону в рассказе «Установление личности», действие которого относится примерно к 1889 году, когда детектив-консультант уже пользуется по крайней мере европейской известностью и имеет широкую клиентуру, мы узнаем, что Холмс одновременно ведет 10–12 дел, среди которых такие рутинные, как выяснение некоторых незначительных обстоятельств в деле о судебном решении о раздельном проживании семейства Дандесов, где супруг взял привычку после еды швыряться в жену вставной челюстью.
Уровень доходов Холмса, судя по той жизни, которую он ведет, вряд ли ниже 800 фунтов — такая сумму считалась приличествующей молодому профессионалу. Начавшему свою карьеру и только что женившемуся (например, д-ру Уотсону). Это означало, что Холмс должен был получать не менее 15 гиней в неделю (сюда не входят накладные расходы, которые клиенты оплачивали отдельно). Если разделить эту сумму на предполагаемое количество дел «в производстве», выйдет чуть более гинеи в неделю для каждого клиента, что, в свете приводившихся выше цифр по расценкам реальных частных детективов, слишком мало.
Если взять хотя бы по полгинеи в день для каждого клиента, то в неделю выйдет шесть гиней (предположим, что Холмс блюл воскресенье как день Господень и не работал). При 10–12 делах одновременно его месячный заработок можно оценить в 250–300 фунтов, а годовой, соответственно, в 3000–3600 фунтов. Если Холмс оценивал стоимость своих профессиональных качеств хотя бы по минимальной таксе агентства Слейтера, сумма возрастает до 6000–7200 фунтов.
Но мы знаем, что его услугами пользовались как сильные мира сего, так и правительства различных стран: правительство и правящий дом Великобритании, королевская фамилия Скандинавии (т. е. Швеции), правительство США, правительство Французской республики, папа Лев XIII и правительство Ватикана, королевская фамилия Голландии, правительство королевства Нидерланды, турецкий султан Мохаммед V, правительство Блистательной Порты, русское правительство и даже коптский патриарх Александрии.
Король Богемии пожаловал ему за историю с Ирен Адлер табакерку старого золота с большим аметистом на крышке, голландская королевская семья — кольцо с великолепным бриллиантом, королева Виктория — изумрудную булавку для галстука за расследование дела о чертежах Брюса-Партингтона.
В «Пенсне в золотой оправе» упоминается о благодарственном письме от французского президента и ордене Почетного легиона (которое наверняка сопровождалось значительной суммой), а в «Последнем деле Холмса» (в 1891 году) Шерлок Холмс заявляет, что оказанные им правительству Франции и королевскому дому Скандинавии услуги принесли ему столько денег, что он мог бы спокойно удалиться на покой.
Значительные суммы вознаграждения фигурируют иногда и непосредственно в делах, описанных Уотсоном. Так, в «Деле о берилловой диадеме» клиентом Холмса является Александр Холдер, старший компаньон второго по величине банкирского дома в Лондонском Сити «Холдер и Стивенсон», которого Холмс после разрешения дела просит возместить три тысячи фунтов, потраченные им на выкуп диадемы, и выплатить небольшое вознаграждение ему самому — еще тысячу фунтов. Сумма в 6 тысяч фунтов, чек на которую герцог Холдернесс выписал в рассказе «Случай в интернате», возможно, потрясла доктора Уотсона, но Холмс, кажется, не испытывал на этот счет особых переживаний, позволив себе даже пошутить, назвав себя «бедным человеком».
Чтобы закончить рассказ о частных детективах не на столь коммерчески-прозаической ноте, приведу напоследок несколько курьезных случаев из реальной частно-детективной практики викторианских времен (правда, все они так или иначе связаны с бракоразводными процессами или с делами о наследстве).
В 1887 году мистер Дриффилд нанял следить за своей женой частного детектива Скуайра Уайта. Среди штатных филеров детективного агентства был племянник Уайта, Эдуард, который, чтобы прояснить разночтения в докладах других филеров, вошел в контакт с тещей Дриффилда и с его женой, после чего те наняли Эдуарда Уайта для контршпионажа против детективов мистера Дриффилда. В итоге на бракоразводном процессе мистера и миссис Дриффилд Эдуард Уайт оказался среди соответчиков.
В 1893 году мистер Пирс добился развода с женой и суд вынес условное постановление, которое должно было вступить в силу через три месяца, если не будет отменено. За месяц до окончания этого срока Пирс выяснил, что соответчик по его бракоразводному процессу, некто Локвуд, нанял частного детектива Хилла, чтобы найти свидетельства против Пирса. Однако Пирс уже так потратился в связи с процессом и так боялся увеличения издержек, что посчитал более экономным заключить соглашение с детективом об уплате ему суммы в 100 фунтов в обмен на прекращение любых действий и предотвращение, если это будет возможно, действий любых других агентов. 30 фунтов детектив получил в качестве аванса, а остальные должен был получить, когда постановл