Вся скудная информация, полученная от Катеньки, заключалась в том, что с Андрюшей они познакомились на вечеринке у его близкого друга, который тоже занимается компьютерами. Когда же речь зашла об их планах на будущее, эта особа соизволила ответить, что пока все «не определено, потому что они с Андрюшей еще не так давно вместе».
Признаюсь, уважаемый читатель, я никогда в жизни не подумала бы, что моя интеллигентная подруга способна на поступок, который она совершила тем вечером, когда веселье было в полном разгаре.
Гости выпивали и обильно закусывали, а она, одной рукой придерживая свой головной убор, норовивший весь вечер упасть в тарелку с какими-нибудь соленьями, выбралась из-за стола и прошмыгнула в коридор.
Сумку Светочки-Юлечки Катенька запомнила сразу, как только эта девица перешагнула порог моего дома. Это был совершенно несуразный, но, надо полагать, очень модный ярко-красный мешок на длинной, расшитой золотой нитью, ручке. Сгорая от стыда и надеясь только на то, что ее безграничная невоспитанность будет хоть сколько-нибудь оправданна, Катенька открыла «молнию» на красном мешке и дрожащими руками принялась рыться в нем, отыскивая паспорт Светочки или Юлечки…
Рассказывая мне о своем поступке, Катенька все время краснела – ничего подобного она и сама от себя не ожидала…
Паспорт нашелся в заднем кармашке, застегнутом на «молнию», которую ей едва удалось открыть: руки ее дрожали от этого чистой воды безумства. В любой момент в коридор мог выйти кто-то из моих гостей, и, как ты думаешь, дорогой читатель, что он решил бы, увидев Катеньку, копошащуюся в чужой сумке?
Открыв паспорт и отыскав интересующие ее страницы, Катенька похолодела: ее подозрения подтвердились, но это было даже не самое страшное… Кроме того, что Юлия Александровна Калганова оказалась прописана в городе Орле, она находилась в браке и имела двоих детей…
Слава богу, в нашем коридоре стоит тумбочка, на которую Катенька и опустилась, чтобы переварить неожиданное открытие… Мало того что ее сын встречается с замужней женщиной, так у нее еще есть дети… Катенька задалась вопросом, знает ли об этом Андрюша, и поняла, что ни за что не решится ему рассказать. Вполне естественно, ведь в этом случае ей пришлось бы объяснять, откуда у нее взялась подобная информация, и сын узнал бы о ее некрасивом поступке.
Да и какой пример она подаст ему? Взрослая интеллигентная женщина роется в чужих сумках, как какая-нибудь воровка.
Поразмыслив об этом, Катенька решила молчать и со слезами на глазах спросила у меня, что же ей делать и как уберечь Андрюшеньку от необдуманного поступка, который, судя по его влюбленным глазам, он совершит через месяц-другой?
Увы, мой дорогой друг, я затруднялась с советом и попросила у Катеньки немного времени на то, чтобы подумать. Я так переживала за свою подругу, что даже не смогла порадоваться замечательным подаркам от моих друзей. И даже пополнение коллекции – серебряная и золотая броши в виде кошек – не смогло скрасить упавшего настроения…
Но, как бы там ни было, жизнь идет своим чередом, а потому я, как и обещала моему дорогому другу, возвращаюсь к истории Костика Осколкова, только что лишившегося своей пусть скучной и скудно оплачиваемой, но все-таки работы…
– Ну, ты дал стране угля! – покачал головой Олег, выслушав историю Костика. – Это ж надо было… Хотя, сказать по правде, Костик, мне во все это не очень-то верится. Слишком уж много тут неувязок. Да и ты слишком впечатлительный. Может, на тебя действительно кто-то и не обратил внимания. А кто-то обиделся, Витька например… А ты, душа твоя поэтическая, напридумывал себе хрен знает чего. Что, мол, никто не замечает, никто не любит, ну, тому подобную дурь. А потом просто сорвался на своем Пал Саныче…
– Психолог клятый, – буркнул Костик. – И то, что я из-под машин каждый день выпрыгиваю, тоже придумал?
– Показалось просто…
– Показалось просто! – передразнил друга Костик. – Да уж конечно, показалось… Я, может, и впечатлительный, но не псих же?
– Конечно… – как-то неуверенно пробормотал Олег. – Просто расстройства бывают разные… Одни тяжелые, другие не очень… Галлюцинации бывают опять же… Слуховые и зрительные…
– Да заткнись ты! – в сердцах гаркнул Костик. – И без тебя хреново, а ты еще добавляешь. Ну не псих я, понимаешь?! Не псих! Сколько раз можно объяснять?! Я купил лотерейный билетик на ВДНХ у…
– Какого-то чокнутого старикана, – продолжил Олег. – А потом тебя перестали замечать люди, а потом тебя уволили с работы… Вот скажи-ка мне, Костик, если тебя люди замечать перестали, почему я-то тебя тогда вижу?
– Не знаю, сказал же… – мрачно ответил Костик и отхлебнул чай из кружки, стоящей на столе, залитом не то вчерашним пивом, не то сегодняшним чаем. – Видеть-то ты меня видишь, только не веришь мне ни фига…
– Найди хоть одного человека, который поверит в этот абсурд, – с сомнением отозвался Олег. – Да если ты в больницу пойдешь, тебя с такой историей тут же определят куда следует…
– А-а, – обреченно вздохнул Костик, но потом, вспомнив о бумажке, вскочил со стула и чуть не опрокинул чашку с чаем. – Погоди, я сейчас!
Олег покачал головой. Да уж, дружище Костик сейчас не в лучшем состоянии. Вот до чего доводит человека отсутствие женщины… Сколько ему Олег талдычил: ну, найди себе хоть кого-нибудь… Так нет, мы гордые. Уж лучше одни, но с поехавшей крышей, чем с кем попало…
Костик вернулся и с победным видом протянул Олегу скомканную синюю бумажку.
– Это что еще? – устало поинтересовался Олег.
– Билетик.
– Какой?
– Ну, тот клятый билетик, о котором я тебе всю дорогу толкую. Да разверни же его, наконец!
Олег, ругая себя за то, что поддерживает это безумие, развернул билетик и прочитал вслух:
Ты бесполезен или нет?
Зачем живешь? Куда идешь?
Мой друг, получишь ты ответ,
Когда однажды… пропадешь.
– И что? – недоуменно покосился он на Костика.
Костик присел на табуретку и посмотрел на Олега такими глазами, словно тот был семиклассником, которому приходилось объяснять, почему «стеклянный, оловянный и деревянный» пишутся с двумя «н», а не наоборот.
– Ладно, давай анализировать построчно. Вот смотри, Олежек, строчка первая: «Ты бесполезен или нет?» Что это, по-твоему?
– Вопрос… Гм… Риторический.
– Молодец, не все еще мозги комп высосал… А почему он задан именно мне, как ты думаешь?
– Ну… Гм… Откуда я знаю, Костик? Ты чего, бесполезным себя считаешь?
– Дошло наконец-то, – иронично усмехнулся Костик. – Сколько лет дружим, а ты открытие сделал… Ну ладно. Дальше поехали. Вторая строчка, Олежек, о чем?
– Ты об этом думаешь, – вымученно ответил Олег.
– Родил, можно сказать, в муках. Молодец. «Мой друг, получишь ты ответ, когда однажды…»
– Пропадешь, – выдохнул Олег.
– И?
– И что?
– Да пропал я, вот что! – в сердцах крикнул Костик. – Ну сам подумай – меня не замечают, значит, я пропал. И должен получить ответ на все свои вопросы. Ну, не на все, положим, а на самые важные…
– Логично, – кивнул Олег, с каждой минутой все больше убеждаясь, что его дружбан немного тронулся рассудком.
– Логи-ично, – передразнил его Костик. – Значит, ты мне все еще не веришь…
– Слушай, Костик…
– Думаешь, я эту галиматью сам сочинил…
– Костик, елки зеленые…
– И тебе подсунул, чтобы разыграть…
– Да выслушай ты…
– По-твоему, сегодня первое апреля на дворе? – не унимался Костик. – Или мне жить скучно? Нет, объясни, Олежек, с чего я над тобой шутить-то буду?
– Да послушай ты меня, елки зеленые! – взорвался Олег. – Ничего я такого не думаю! – И добавил, немного спокойнее: – Мне кажется, у тебя расстройство на почве неустроенной личной жизни.
– Угу…
– И тебе требуется помощь.
– Ага…
– Профессионала.
– Угу…
– И не смотри на меня, как на безмозглого, я тебе дело говорю.
– Ага…
– Я тут в университете с одним психологом познакомился, ну, ему там кое-чего надо было сделать, я помог… А он, оказывается, книжки умные пишет о том, как людей из стресса выводить. Может, я с ним договорюсь, а, Костик? Знаю, что ты врачей не любишь. Но плохого-то он тебе ничего не сделает. Так, побеседует с тобой, посоветует что-нибудь… – Олег присел напротив Костика и с такой непередаваемой скорбью посмотрел другу в глаза, что Костик не выдержал и рассмеялся.
– Достал ты меня. Зови своего приятеля. Только вначале съезди со мной на Вдынху. Может, я найду того старикана, который мне этот билет втюхал…
– Ладно, – сдался Олег. – Даешь ты, Костик, стране угля…
– Мелкого, но много, – согласился Костик и одним глотком выпил оставшиеся полкружки.
Костик знал, что, согласно всем законам подлости, именно в этот день и в это время суток старикан займется каким-нибудь другим делом, не менее интеллектуальным, чем продажа лотерейных билетиков на выставочном центре.
И действительно, обойдя практически все места, где мог скрываться загадочный старик в фиолетовом плаще с серебряной пряжкой, друзья никого похожего не обнаружили. Зато им удалось осуществить любимую Костикову программу: поесть пельменей с сыром в «Голодном Колобке» и выпить особенно нынче заманчивой «заманихи» в «Хайяме».
Кроме неудавшейся поездки, Костика огорчало еще то, что Олег взял на себя роль великого гуру и всю дорогу читал другу мораль о том, что ему надо взяться за ум, найти работу и вообще попытаться стать нормальным человеком. Костика спасало наличие «заманихи», которая не позволила ему выйти из себя и принять Олеговы поучения как неизбежное зло. Костик впал в некое философское настроение, а потому сбил Олега с морализаторского пути, попросив дать определение слову «нормальный».
– И что, по-твоему, Олежек, норма? – поинтересовался он, перекатывая густой темный напиток от одной стенки бокала к другой.
– Гм, – кашлянул Олег. – Норма – это когда человек ведет себя в соответствии с общими правилами поведения и придерживается общих ценностей.