— А если у переселенки магических способностей нет?
— То это даже к лучшему, — пробасил Мейер.
— Потому что она точно отпор не сможет дать?
— Лисса, вилерианцу и опытный боевой таланнский маг отпор не может дать. Даже в полном военном облачении. У нас свои секреты и способности. А отсутствие дара лучше потому, что наша магия отличается от других. При наличии у девушки выдающихся способностей может произойти конфликт сил. Но у нас с тобой его не будет. Я вчера проверил. Мы прекрасно совместимы.
Вот тебе и массаж халявный. Даже в самом пустом из самых пустых есть двойное дно… Наверное, больше не дождусь массажа, раз проверка уже показала совместимость.
— Мейер, а ты сказал, что ты поместье строишь. Что, прямо настоящее поместье?
— А какое, игрушечное? — усмехнулся он. — Конечно, настоящее. На двенадцать спален. Но если станет тесно, то можно потом пристройку сделать. Я в проекте такую возможность заложил.
— Как может быть мало двенадцати спален? — удивилась я.
— Ну вот у меня семь братьев. Это уже восемь спален требуется. Плюс по одной для матери и отца. Плюс гостевые. В родительском поместье двадцать семь спален. Но я решил, что мне такой большой дом пока ни к чему.
Ужас какой. Нет, с одной стороны, если сам эти спальни мыть собрался, то пусть он хоть пятьдесят строит. А с другой — всё равно как-то это чересчур много.
— Неужели ты все эти спальни сам будешь убирать? — удивилась я.
— Нет, конечно. Големы на что? Простую работу они отлично выполняют. Полы вымоют так, что те будут сверкать. Пыль вытрут, посуду помоют, бельё постирают.
Вау…
— А как выглядят эти големы и за счёт чего работают?
— Разве ты никогда не видела големов? — изумился Мейер.
— Вилерианских — нет, — выкрутилась я.
— Так они от таланнских ничем особо и не отличаются.
Ясно.
Понятно.
Очевидно.
Знать бы ещё, что там с таланнскими големами. Можно пояснительную бригаду, пожалуйста?
— Если честно, я в големах совершенно не разбираюсь, — напустила я дуринки во взгляд. — И мне было бы очень интересно тебя послушать.
Мейер недоумённо начал:
— Големов чаще всего изготавливают из глины. Это самый пластичный материал, да и дешёвый. Обычно их делают человекоподобными, но зависит от назначения. Бывают же и боевые. Но тех металлическими делают. Домашние големы безобидны. Похожи на подростков.
— И глина с них не сыплется? — с любопытством спросила я.
— Э-э-э, нет, конечно. Их же оборачивают обычно тканью. Чтобы под воздействием магии она стала похожа на замшу.
— Очень интересно. И что умеют големы?
— Обычно они могут выполнять простые инструкции. Задачи, не требующие размышлений. Вот готовить не могут. А посуду потом мыть — запросто.
— И как долго они могут служить?
— Да хоть вечность. Нужно просто периодически подпитывать их магией.
Магические роботы! Класс!
— А расскажи про дирижабли, — загорелась я.
— Погоди, — напряжённо осмотрелся Майер. — Позже.
Мы как раз въезжали в довольно узкое ущелье между скалами, кое-где оно сужалось до ширины дороги. И если до этого наш отряд двигался по пять эльгов в ряд, то здесь пришлось перестраиваться. Мейер потерял интерес к разговору и привязал поводья к луке седла. В руках у него и других воинов появилось оружие. Переселенки испуганно переглядывались. Стало очень тихо, ни одного неосторожного слова, только тяжёлое дыхание людей и животных, облачками пара вырывающееся наружу.
Теперь отряд вели вилерианцы без пар, а всех женщин сбили в плотную кучу в центре.
— Если что — пригнись к седлу. Я прикрываю.
Нас окутал магический щит.
Казалось, скалы норовят сомкнуться над головой. Я испуганно огляделась, но ни единого шевеления не увидела. А вдруг там прячутся стрелки? Не только же канцлер умеет устраивать засады.
Эльги прибавили хода и сменили аллюр. Теперь, когда Мейер не поддерживал меня рукой, пришлось напрягаться сильнее. Я уцепилась за луку и осторожно привставала на стременах, чтобы не отбить зад во время галопа. Отряд всё ускорялся. Хотел побыстрее выскочить из бутылочного горлышка между горами. Эльги сбились ближе друг к другу, я прижала колени к бокам конелося изо всех сил, но всё равно обо что-то задевала. Стало страшно, что кто-то споткнётся и начнётся давка.
В такой напряжённой тишине мы скакали не меньше получаса. Мышцы ног свело, пальцы заломило от того, насколько сильно я вцепилась в седло. А вокруг — настороженно молчат сугробы, с верхушек скал летит позёмка и где-то вдалеке ухают птицы.
Когда мы наконец вырвались из тесного ущелья, я выдохнула. Зимнее солнце подмигнуло жёлтым боком, Мейер пристегнул оружие к седлу, а его тяжёлая рука легла обратно на живот. Я откинулась на грудь вилерианца и попыталась расслабиться.
— Всё хорошо, просто там удачное место для нападения, — пояснил Мейер.
Отряд снова перегруппировался, и мы поехали как раньше.
— И от кого вы ждали нападения?
— Не бери в голову, тебе всё равно ничего не угрожало.
Мой всадник ощутимо повеселел. А я, наоборот, всё никак не могла продышаться от бешеной скачки.
— И всё же?
— Ты хотела услышать про дирижабли? Так вот, у нас десятки регулярных маршрутов. В каждом крупном городе есть своя станция. Обычно на возвышенности. А в равнинной местности их специально строят на открытой крыше высоких зданий. На нижних этажах кафе и магазины. На аэровокзалах всегда оживлённо.
— Мейер?
— Да, Лисса.
— Не заговаривай мне зубы. Кто на нас мог напасть?
— Другие кланы, — неохотно пояснил он. — Пока вы переселенки, могут попытаться отбить. Мы держали в тайне время перехода. Но кто-то из гостевого дома, где мы останавливались, мог проговориться.
— И часто вы отбиваете друг у друга женщин?
— Всякое бывает. Но только переселенок. Силой отобрать жену — страшнейшее преступление.
Остаток пути — а он оказался изнуряюще долгим — мы провели в молчании. Я усиленно думала о сложившейся ситуации, и меня бросало то в экзистенциальный ужас, то в необоснованный оптимизм. Но ни до панических атак, ни до заламывания рук, ни до желания повыть на луну дело не дошло. Новую жизнь я приняла на удивление легко. Словно погрузилась в захватывающее кино, переживая за главную героиню, но всё-таки не являясь ею.
Мейер отыгрывал душку. Периодически предлагал сладости, пряный горячий чай, даже плечи разминал. Обнимал, но не слишком навязчиво, скорее просто заботливо. Мы сделали одну небольшую остановку, а в вожделенный гостевой дом прибыли уже затемно.
Мой спутник спрыгнул с конелося, а затем снял с седла и меня. Если бы не он, сама бы я не слезла — всё тело дико устало и затекло. Мышцы ног сводило от непривычной нагрузки, а колени болели из-за того, что весь день были согнуты, хотя после обеда я с помощью Мейера несколько раз вставала в стременах, чтобы размяться.
На этот раз меня даже не волновал ужин — хотелось поскорее смыть с себя запах эльга и завалиться в постель. Слишком сильно устала. Одежду стирать не стала. Штаны и кофту оставила Мейеру, чтобы не обижался. Да и сил на бытовые подвиги не было. А грязное бельё убрала в специальный кожаный мешочек — постираю потом. Нашла в саквояже положенное камеристкой мыло в металлической шкатулке и с наслаждением искупалась в тёплой воде.
— Ты голодна? — спросил Мейер, когда я вышла из ванной.
— Нет.
— Попробуй боллу с повидлом. И горячий чай с молоком, очень сытный и вкусный.
Я съела самую маленькую булочку и забралась в одну из кроватей. Мейер, заметя, что у меня слипаются глаза, отложил ужин, принял быстрый душ, а затем вернулся с мазью в руках. Я уже дремала, поэтому ни на возражения, ни на восторги по поводу массажа оказалась неспособна. Удовольствие растекалось по всему телу волнами, загоняя усталость в дальние уголки. Когда горячие ладони закончили творить волшебство и разорвали контакт, я почувствовала себя если не брошенной, то до остроты одинокой.
— Спасибо, Мейер. Это было прекрасно…— тихо поблагодарила я. — Тут так холодно, может, сдвинем кровати?
Сама я, разумеется, ничего сдвигать не собиралась. Но хотелось, чтобы он лёг рядом.
— Зачем? Утром же тогда придётся их раздвигать, — недоумённо ответил вилерианец, уминая ужин.
Нет, видимо, какое-то кодовое слово должно быть. Не то чтобы я хотела, чтобы Мейер начал приставать. Но точно не хотела, чтобы он не начинал.
— Боюсь, что замёрзну ночью одна…
— Ничего, я тебя сейчас плащом укрою, — заверил он и действительно укрыл.
— Мне ещё и страшно в постели одной, — предприняла я последнюю попытку.
— Хм. Хочешь, нож дам, чтобы ты под подушку положила? — с готовностью предложил вилерианец.
— Не надо, — обиженно насупилась я.
Эх, Мейер, Мейер, что же с тобой делать?
Догадливость, как у конелося!
Глава 13. Случайный соблазн
Всю ночь под тёплым одеялом и плащом мне было жарко, но проснуться и скинуть хоть что-то одно на пол не было сил. Я плавала на волнах дрёмы и мечтала, что кто-то эту невыносимую проблему решит за меня. А потом внезапно наступило утро. Гостиничный номер залило лучами солнца, умудрившегося встать незаметно, а рядом с постелью на стуле сидел Мейер.
Стоило мне открыть глаза, как он спрятал что-то за спину и напряжённо сел ровно, словно палку проглотил.
— Доброго утра… — потянулась я. — Что там у тебя?
В ответ Мейер с видом пса, застигнутого за воровством котлет, сделал большие виновато-невиноватые глаза.
— Ничего такого… — хрипло ответил он, тем самым лишь подогрев мой интерес.
— Покажи, — попросила я.
— Не стоит внимания, — попытался отговориться он.
— Это уж мне решать. Что ты прячешь?
— Я не прячу, — ответил он, точно пряча за спиной нечто невероятно интересное.
— Если покажешь, то я тебя поцелую.
На лице вилерианца отразилась мучительная борьба. Видимо, целоваться хотелось, вот только соглашаться он не поспешил. Ах так? Ну и ладно!