— Значит, вы демобилизовались, — догадалась Ангелина по его штатской одежде.
— Успел домой перед Новым годом, — отчитался бывший солдат. — А вы… Ага, я понял! Судя по вашему наряду, это очередной розыгрыш! Вы опять что-то задумали, чтобы подшутить над своими друзьями…
— Никаких шуток, что вы!
— Вы че? Вечер воспоминаний решили устроить? — подступил поближе владелец «мерседеса». — Без меня в натуре, я на заседание правления банка опаздываю. Если через пятнадцать минут эта развалюха отсюда не отъедет…
— Не отъедет, — с вызовом ответила Ангелина.
— Это почему?
— Помните сказку про Кощея? Ну ту, где игла скрывалась в яйце, яйцо — в утке, утка — в зайце, заяц — еще в чем-то, не важно. А у нас своя сказка, и ключ от машины в кармане у водителя, водитель заперт в багажнике, а запасные ключи привезут в лучшем случае часа через полтора.
— Так вы поэтому отъехать не можете? — расхохотался банкир. — Ну, вы в натуре лохи! Из-за такой ерунды делового человека задерживаете. Щас все будет в лучшем виде. Ну-ка, красотка, подвиньте ваши ножки.
Он присел на корточки, вытянул какие-то проводки, соединил их напрямую, и молчащий лимузин заурчал и завелся.
— Ух, ты! И кем ты раньше работал — до того как в байк попал? — поинтересовался у него демобилизованный солдат.
— Много будешь знать, не успеешь состариться, — ухмыльнулся банкир.
— Ой, спасибо! Ой, спасибо, — запричитала Ангелина.
— Давай, отгоняй тачку в сторону, — командовал банкир.
— Да, да. Я мигом, — невеста захлопнула дверцу лимузина, и спустя мгновение неуклюжий автомобиль с ходу впрыгнул на перекопанный газон, из-под колес полетели комья грязи.
Машину заносило на сторону, из багажника пытался достучаться водитель, но Ангелина давила на газ и мчалась, как угорелая, к ближайшему перекрестку. Распугивая сигналами зазевавшихся пешеходов, лимузин разогнал стоявших перед светофором людей и выскочил на проезжую часть. Нарушив все правила дорожного движения, машина со свадебными кольцами на крыше развернулась, обогнула застывшие в ожидании зеленого сигнала автомобили и рванула вперед на красный свет.
— Сумасшедшая! — покрутил пальцем возле виска мужик с монтировкой. — Плела тут мне, что якобы ее ограбили и раздели по дороге в загс.
— Только влюбленная женщина способна на такой безрассудный поступок, — восхищенно произнес демобилизованный солдат.
— Эх! — почесал затылок банкир. — Кто бы ко мне так торопился! Баб навалом, а чтоб ради меня на лимузине на красный свет! Хоть бы одним глазком посмотреть на того везунчика, к которому она торопится…
А Ангелина изо всех сил выкручивала руль и лавировала, как заправский гонщик на ралли. Под неумолкаемый вой сигналов и несущуюся из окон матерщину горе-невеста неслась на свадебном лимузине, грезя о звоне бокалов, наполненных пенящимся шампанским и душещипательном марше Мендельсона.
— Мужики, не серчайте! — приговаривала она, подсекая очередного джентльмена. — Я не нарочно. Просто я очень спешу! Я так боюсь упустить свое счастье…
В парадном зале Дворца бракосочетания было шумно и весело. В ожидании праздника молодые фотографировались на мраморной лестнице, принимали подарки от подъезжающих гостей, обсуждали маршруты предстоящих свадебных путешествий. Запах цветов, одеколона, французских духов перемешивался с запахом водки, коньяка, шампанского, салата оливье и селедки под шубой. В такой обстановке владелец японского ресторана Илья Голубев чувствовал себя как рыба в воде, а привыкший к строгому распорядку хирург Анатолий Морозов ощущал неловкость и раздражение. Женихи и невесты казались ему слишком молодыми, веселье — показушным, зал — тесным и совсем не соответствующим статусу дворца. Катя то и дело подбегала к даме-распорядительнице, шушукалась с ней и совала в ее талмуд деньги, чтобы она пропустила вперед очередную пару. Жених давно разгадал хитроумный маневр свидетельницы, успокаивающей его тем, что график свадеб сбился, что их время еще не подошло, и опаздывающая невеста успеет к нужному моменту.
Нет, нелегко выглядеть счастливым, когда на душе кошки скребутся, и тревога обручем сжимает грудь. Трубка будущей супруги не отвечала, дома ее не было, работающий автоответчик предлагал оставить сообщение. Где она? Что с ней? Если она опаздывает, неужели так трудно найти возможность предупредить… А если нет…
В прошлый раз Ангелина сорвала свадьбу из-за того, что ей испортили платье. Сначала Толик не хотел верить в такую глупую и незначительную, по его мнению, отговорку. Но это оказалось правдой. Чтобы окончательно не испортить отношения с любимой женщиной, он согласился подождать, хотя прекрасно понимал, что истинная причина переноса свадьбы кроется в неуверенности подруги. Совместный отпуск на Бали укрепил их желание вступить в брак. И вот теперь, когда все слова были высказаны, все точки расставлены, все детали оговорены, гости приглашены, невеста потерялась, как иголка в стоге сена.
Чушь! Лина не могла его бросить. Тем более, устроить дурацкое лицедейство. Она всегда отличалась принципиальностью, и не в ее правилах было обманывать. Как ему в голову взбрело сомневаться в искренности чувств своей возлюбленной?! Его невеста пропала, с ней наверняка что-то стряслось, а он преспокойно рассуждает о том, любит она его или нет. Сухарь, циник!
Толик помнил телефоны всех справочных, куда доставлялись лица, увезенные скорой помощью. Не теряя времени, он принялся обзванивать больницы и морги. Его голос заглушали смех и радостные возгласы новобрачных — он почти кричал в трубку, повторяя имя, приметы и возраст пропавшей невесты. Вскоре возле него образовался вакуум. Никому не хотелось соприкасаться с чужим горем в минуту собственного счастья. Дама-распорядительница подошла к Кате: наверняка она попросила передать, чтобы странный жених покинул зал торжеств.
Ополоснув в туалете пылающее лицо, он выскочил на улицу. Хлопья мокрого снега еще на лету превращались в воду, пропитывая влагой серые дома, булыжную мостовую и гранитную набережную. Но ему не было холодно — Толик подставлял разгоряченное лицо мокрым хлопьям, мгновенно тающим на его горячих щеках. Крупные капли стекали по подбородку, на шею, под воротничок белой рубашки. Он методично звонил, мысленно ставя галочку возле тех номеров, где бесстрастные голоса отвечали, что пациентка с такими данными к ним не поступала. Список сокращался, и ожидаемый результат становился неизбежным. Сердце подсказывало: Ангелина жива и невредима, но что-то снова удержало ее от последнего шага.
Голубев и Катя следили за набережной из окна Дворца бракосочетания. Сильным людям невозможно соболезновать и сочувствовать. Лучший способ им помочь — не соваться с глупыми советами и не лить слезы на их жилетки.
Вытаращив глаза, Катя изо всех сил, до слез и рези, всматривалась в проезжающие мимо машины, чтобы первой заметить Ангелину и сообщить своему другу приятное и долгожданное известие.
— Может, за водкой сбегать? — робко предложил Голубев, посчитав ее уместной в любом случае. — Или за коньяком?..
Но под гневным взглядом жены осекся и замолчал.
— Она! — вскрикнула Катя, ущипнув мужа за руку. — Смотри, смотри, вон лимузин показался.
— Где?! — бросился к окну Илья.
— Вон, вон! — жена тыкала пальчиком в стекло. — Только что с моста съехал. Вон, смотри, на набережную поворачивает. Господи, да он несется как ненормальный! Какого же идиота посадили за руль?! Так недолго и пассажиров угробить!
— Уф! — вздохнул разволновавшийся Голубев. — Наконец-то припарковался! А грязный какой!
— Да где же Лина? — Катя стучала по оконному стеклу и махала букетом подъехавшей машине. — А чего Толик ее не встречает?
— Да он не знает, что невесту на лимузине доставят, — напомнил Илья. — Это же наш маленький сюрприз.
— Точно! — спохватилась Катя. — Бежим быстрее вниз.
— Толик! Лина приехала! — радостно выкрикнула Катя. — Иди, встречай свою невесту. Она в этом серебристом лимузине.
Анатолий убрал в карман мобильный телефон, шагнул к заляпанной грязью машине. Передняя дверца распахнулась, и навстречу промокшему взъерошенному жениху вышла укутанная в прозрачный короткий дождевик полуобнаженная невеста.
Глава 2ПРИВЫЧКА ЖЕНИТЬСЯ
Завороженный экстравагантным нарядом невесты, Анатолий сначала побелел, потом побагровел, затем его лицо потемнело, и на скулах заиграли вздувшиеся желваки. Если бы подобная история произошла с кем-нибудь другим, он наверняка по достоинству оценил ее неординарность и комичность. Но в данной ситуации выпавшая ему роль отнюдь не вдохновляла, и сейчас ему больше всего хотелось провалиться сквозь землю от стыда и обиды. Самые страшные подозрения сбылись, превратив мучительное тревожное ожидание невесты в жутчайшую сцену ее появления.
Странным образом устроено человеческое восприятие жизненных стрессов. Крушение романтических иллюзий одних повергает в состояние ступора и апатии. К этой категории, к сожалению, принадлежит большинство, и их Толик в своей личной классификации соотносил с категорией «травоядных».
У других, наоборот, возникает обостренное желание противостоять всему и всем вопреки доводам логики и здравого смысла. Так называемых «хищников» на треть меньше чем «травоядных», эти пропорции заложены природой для создания равновесия в среде обитания. Основное предназначение «хищников» — поддержание «травоядных» в состоянии мобильности и боевой готовности. Иначе, без «хищников» их жизненный тонус упал бы до минимума и заложенный в них на зародышевой стадии инстинкт самосохранения отмер бы как невостребованный временем атавизм.
Третьи же, которых Анатолий условно именовал «разведчиками», имели врожденные способности адекватного реагирования, сохраняли хладнокровие в любой экстремальной ситуации и безошибочно принимали правильные решения. К этим третьим автор классификации, конечно же, причислил себя. И возлюбленную он долго и тщательно выбирал также из этой категории. При этом он считал, что женщины, даже стоящие с ним на одной ступени, должны уступать ему и подчиняться, как традиционно слабый пол подчиняется сильному.