Прозвучало это гордо и многозначительно. Женька решилась:
– А ты знаешь, из-за чего Андрей и Володя поссорились? Да так сильно, что пятнадцать лет не общались.
Лика искоса посмотрела на нее.
– А ты у мужа не хочешь спросить?
– Он не любит говорить на эту тему. Я за два года привыкла, что про брата лучше не спрашивать. Для меня полной неожиданностью стало то, что мы сюда поехали, но на мои вопросы Андрей все равно предпочитает не отвечать. И дело не в женском любопытстве. Мне просто все про него интересно. Я его люблю.
– А как вы познакомились? – спросила Лика.
Лицо у нее было независимое, но голос выдавал жгучий интерес. Что ж, если хочешь получить интересующую тебя информацию, нужно быть готовой отвечать на вопросы самой.
– На новогоднем корпоративе, – сказала Женька и улыбнулась. Она всегда улыбалась, когда вспоминала обстоятельства их первой встречи. – Там произошла детективная история. У меня украли ужасно дорогое кольцо, которое я стащила у своей старшей сестры Ритули. Она – художник-ювелир, и Андрей заказал у нее авторскую парюру в качестве новогоднего подарка для своей сестры. То есть для их с Володей сестры.
– Насти, – кивнула Лика.
– То есть с Настей Володя общается?
– Да, конечно, она каждый год приезжает к нам в гости. Чудесная девушка. Как-то влюбилась в подонка, страдала ужасно, но все хорошо закончилось.
– Да-да. На том новогоднем вечере этого подонка чуть не убили. Андрей попал в подозреваемые, а я его спасла, потому что во всем разобралась. Правда, он нашел мое кольцо, а потом на мне женился, так что мы квиты, – рассмеялась Женька. Она, как и ее муж, всегда доводила начатое дело до конца, поэтому вернулась к тому, что интересовало ее больше всего: – Так из-за чего Володя и Андрей поссорились?
– Из-за меня, – спокойно ответила Лика.
Женька уставилась на нее. И та, видя ее недоумение, рассказала.
С Андреем Васильевым Лика Громова училась в одном классе. Встречаться они начали незадолго до выпускного. Это была классическая первая любовь с поцелуями на заднем ряду кинотеатра, прогулками в парке и присущим только юности радостным трепетом ожидания чуда где-то в районе живота.
Они всерьез обсуждали, как окончат школу, вместе поедут поступать в Москву. Андрей – в Московский государственный университет леса, Лика – в знаменитую Тимирязевку. Профессии они выбирали основательные, «земные», реально глядя на жизнь и понимая, что пробиваться в ней придется самостоятельно. Оба были из дружных, но простых самарских семей.
Мама Андрея работала медсестрой, папа – шофером. Кроме него они воспитывали старшего сына Владимира и младшую дочку Анастасию. Владимир служил в армии, его возвращения ждали текущей весной, незадолго до выпускного. Мама Лики работала учительницей в их же школе, папа преподавал в педагогическом училище. Хоть дочка и была у них единственной, жили небогато и особо ее не баловали.
Дружбе детей Васильевы и Громовы были рады, первому их чувству не противились. Следили только, чтобы эта любовь не привела к сложным для будущих студентов последствиям. В гостях друг у друга они проводили достаточно времени. А перед самым выпускным случилась катастрофа. Вернувшийся из армии Владимир увидел Лику, влюбился в нее, и она тоже не смогла устоять перед очарованием мужественного старшего брата своего одноклассника, бывшего солдата, который старше ее на три года.
На выпускном Лика сказала Андрею, что между ними все кончено. В Москву она не поехала, поступила учиться в Самарский государственный сельскохозяйственный университет, чтобы быть рядом с любимым мужчиной. Спустя два месяца они поженились.
Андрей предательство брата и любимой девушки, а также попустительство родителей, разрешивших этот брак, пережил тяжело. В институт поступать не стал, ушел в армию, откуда лишь раз в месяц отправлял скупые письма матери, мол, жив, здоров, все в порядке. Отслужив, заехал домой, но с братом и его женой встречаться не стал. Забрал документы и уехал-таки в Москву учиться.
За все годы учебы домой приехал только один раз – летом после второго курса, на похороны родителей, разбившихся в автокатастрофе. На девятый день после похорон они с Владимиром и виделись в последний раз, после чего связь между ними оборвалась на долгие пятнадцать лет.
Одиннадцатилетняя Настя осталась со старшим братом и его женой. Окончив школу, тоже уехала учиться в Москву, после чего обосновалась рядом с Андреем. Тот семью так и не завел, не допуская до себя ни одной женщины – не мог он им доверять. Зато карьеру делал успешную, и в тридцать два года переехал в Малодвинск, где возглавил крупный лесоперерабатывающий завод. Насте же он купил квартиру в областном центре, куда по делам завода приезжал минимум раз в неделю.
Сестра оказалась единственным связующим звеном между братьями. К Владимиру и Лике, купившим дом под Самарой и разбившим собственный виноградник, ездила в гости несколько раз в год. Взахлеб рассказывала об успехах Андрея, которыми гордилась. О заводе, наращивавшем обороты. О собственном доме, который строил Васильеву известный российский архитектор Савелий Гранатов, о жене Жене и маленькой дочке.
Да, в тридцать четыре года, спустя шестнадцать лет после предательства Лики, Андрей смог снова полюбить, глубоко и искренне. Женя сумела отогреть его заледеневшее сердце, и после свадьбы, на которую старший брат с женой, разумеется, приглашены не были, и Настя, и Владимир, и Лика стали надеяться, что примирение все-таки случится.
Для этого Настя делала все возможное. Вернувшись из очередной поездки на винодельню Васильевых и заручившись поддержкой Владимира, аккуратно рассказывала Андрею про виноградники и строящийся винзавод, про двух племянников и большое хозяйство.
– Ты же теперь тоже женат, и никакая другая женщина, кроме Жени, тебе не нужна. Что было, то быльем поросло, Андрюша. Родители на нас с небес смотрят. Они были бы рады узнать, что их сыновья наконец-то помирились.
Но Андрей оставался непробиваем, и только рождение дочери заставило его изменить свое отношение к семье брата. Взяв у Насти телефон, он написал Владимиру, а получив ответ, позвонил. Так завязалось общение, результатом которого и стала неожиданная зимняя поездка на васильевскую винодельню.
Ошеломленная Женька, выслушав этот рассказ, молчала, не зная, как к нему относиться. С одной стороны, она была убеждена в любви мужа, да и то, что он вообще согласился вернуться в Самарскую область через пятнадцать лет, означало – он действительно забыл свою первую любовь.
С другой – новая встреча с сидящей напротив нее женщиной вполне могла возродить старые чувства, которые вовсе не угасли совсем. Если он так любил Лику, что не мог простить ее и брата долгие годы, неужели сейчас она совсем ничего для него не значит? Если бы это было так, Андрей рассказал бы обо всем жене. То, что он смолчал, терзало Женьку больше, чем все остальное. Молчат о том, что важно, что задевает душу и царапает сердце, о самом сокровенном, скрытом в тайниках души. Значит, Лика для Андрея по-прежнему сокровенное?
Женька знала, что эта мысль теперь не даст ей покоя.
– Брось, – мягко сказала Лика и накрыла ладонью ее руку. – Это давно прошло. Более того, никакой любви между нами никогда и не было. Первое чувство, прекрасное, как сама юность, но не любовь. Я это четко поняла, когда встретила Володю.
– Почему ты предпочла его Андрею? Он же совершенно чудесный человек.
– Конечно чудесный. – Лика ласково улыбнулась. – Они оба такие. Добрые, порядочные, настоящие мужчины. Так родители воспитали. Но в Володе я утонула раз и навсегда. Мы же не выбираем, кого нам любить, это свыше предначертано.
– Но Андрей тебя любил.
– Нет. – Лика снова улыбнулась. – Это он придумал, что меня любит. А на самом деле в нем все эти годы говорили уязвленное самолюбие и зависть к старшему брату. Ревность еще, гордыня. Андрей все эти годы самоутверждался, чтобы доказать: он ничуть не хуже. А когда доказал, состоялся как профессионал, тогда и полюбил по-настоящему. Тебя. Не меня.
– И ты никогда не жалела, что сделала такой выбор?
Лика снова рассмеялась.
– Нет. Никогда. Я действительно люблю Володю. С каждым годом все сильнее. Мы с ним единое целое, понимаешь?
Женя понимала. До недавнего времени ей казалось, что таким единым целым являются они с Андреем. А он, оказывается, когда-то глубоко и болезненно любил совсем другую женщину. Но ведь и у нее тоже были романы и увлечения. К примеру, когда она познакомилась с Андреем, то была уверена, что влюблена в их общего коллегу Виктора Малофеева. А тот оказался подонком и подлецом, обманувшим Настю Васильеву и укравшим у Женьки дорогое кольцо, изготовленное ее сестрой Ритулей[1].
За разговором Лика споро накрыла на стол. Женька даже не заметила, как на нем появились разнообразные салаты и закуски, а на плите кастрюля ароматного супа, кажется солянки. Вскоре вся большая семья собралась за столом. Разговор, конечно же, крутился вокруг ночного ограбления. Женька видела, что Владимир расстроен, да и Лика тоже. Правда, поводы для расстройства у них были разными. Лику больше тревожила экономическая сторона вопроса. Разрыв договора на поставку вина означал потерю денег, а также надежд на продолжение сотрудничества.
Владимира больше беспокоило предательство кого-то из сотрудников, которых он считал чуть ли не семьей. Склад готовой продукции был открыт ключом, и сделать это могли только свои, не посторонние. Осознание этого не на шутку мучило Владимира Васильева, Женька видела.
– Покажи мне, где что стояло, – попросил брата Андрей, когда обед остался позади. – И записи с камер тоже.
– Пойдем, – кивнул Владимир.
Они ушли в здание производства и до самого возвращения Андрея и Женьки в гостиницу пробыли там. Женщины мужчинам не мешали. За столько лет братьям было о чем поговорить. На обратном пути Женька уставилась в окно и молчала, глядя, как расстилается по краям дороги белоснежная ровная гладь.