– Минуту. Я не должна была этого говорить. Но так или иначе, нам обоим придется быть вместе всю эту неделю.
Нда-а. И почти все команды, наверно, уже сформированы. Более того: наверно, уже работают над своими проектами. Если он не сможет взять это на себя, привет экзамену… Но работать половичком…
– Ладно, – сказал Хуан, возвращаясь в подвал. – Но я хочу знать, что ты задумала. И еще хочу, чтобы мое слово тоже учитывалось.
– Конечно, – Мири тяжело вздохнула; он приготовился услышать еще какие-нибудь посторонние звуки. – Давай присядем… Отлично. Ты уже знаешь, что я хочу прогуляться по Торри Пайнс.
– Угу, – на самом деле, он прочел о парке, едва она заикнулась о нем своим родителям. – Насколько я заметил, это такое глухое местечко, где у тебя над головой не носятся всякие слухоразносчики… Если ты знаешь, что там происходит, значит, ты остро чуешь.
Мири Гу улыбнулась; вид у нее был скорее довольный, чем самодовольный.
– К этому я и веду. Между прочим, мы вполне можем разговаривать вслух, Хуан. Даже спорить. Главное – не слишком орать. Билл и Элис не станут специально прислушиваться. Семейный кодекс чести, – она поймала его недоверчивый взгляд и с горечью добавила: – Знаешь, если они захотят подслушать, то прямая связь нас не спасет. Вообще-то мои предки об этом никогда не говорили… но спорю, что внутри дома они могут подслушивать даже рукопожатия.
– О'кей, – Хуан продолжил вслух. – Тогда хочу спросить прямо. Что такого ты обнаружила в Торри Пайнс?
– Ничего особенного, но картинка получается целостной. Вот дни, когда парк этой весной закрывали. А вот какая погода была в эти дни. Никто ничего толком не объясняет. И вот еще что: в январе парк был закрыт, но смотрители пустили туда группу туристов из Колд Спринг Харбор[136].
Хуан следил, как статистические данные и картинки сменяют друг друга, возникая перед ним в пространстве.
– Да, да, да… Но большинство этих туристов – важные шишки, которые собирались на присутственной конференции в Калифорнийском Университете.
– Знаешь, сколько времени занимали доклады на этой конференции? Меньше восемнадцати часов.
– И что? Ученым тоже приходится идти в ногу со временем. А оно быстротечно.
– Не похоже. Я читала тезисы. Очень слабо. На самом деле, именно это меня и зацепило, – она наклонилась вперед. – Я слегка копнула вглубь и выяснила, что это был просто спектакль. А платили за него «Foxwarner»[137] и «Game Happenings».
Хуан проглядел тезисы. Поговорить бы об этом с Берти: у него всегда найдется что сказать и у кого спросить. Хуан с трудом подавил желание вызвать его.
– Ну, я догадываюсь… Хм-м… Мне казалось, что в Калифорнийском Университете работают более профессиональные люди… – он сказал это лишь для того, чтобы не молчать, – Значит, думаешь, за этим что-то кроется?
– Вот-вот. И сейчас как раз разгар летнего киносезона. А ты вспомни, какая тишина стояла на студиях этой весной. Ни тайн. Ни скандалов. Вроде как ничего не намечалось. Даже Первого апреля. Им удалось одурачить несколько студий-субподрядчиков, а заодно и ребят, которые помешаны на играх. В чем дело? А в том, что «Foxwarner», «Спилберг-Роулинг» и «Sony» дышат друг другу в затылок. И если сравнивать с прошлым годом, ситуация накалилась. Около недели назад я выяснила, что «Foxwarner» заключил контракт с Марком Феретти и Чарльзом Боссом.
С кем, с кем?!
Ох, ничего себе. Биотехники мирового уровня из Колд Спринг Харбор. Оба были на конференции в Калифорнийском Университете.
– … С тех пор я с них глаз не спускаю. Раз уж ты догадался, что искать, им будет трудно хранить это в секрете.
Нарезка, которую крутят перед показом, – это головоломка, а головоломка так и просится, чтобы ее разгадали.
– Как бы то ни было, – продолжала Мири, – я думаю, что «Foxwarner» выпустит в летнем сезоне какую-нибудь фантастику на тему биологии. A «Game Happenings» весь последний год крутила сюжеты из Бразилии.
– Помню. «Стоянки Динозавров».
Почти два месяца чуть ли не половина человечества «переселилась» в бразильские города и посвященные Бразилии веб-сайты, чтобы наблюдать за «Вторжением из Мезозоя». Отголоском этого была вторичная реальность, которая до сих пор плавала в местах действия, привлекая к себе внимание и поглощая время миллионов творчески настроенных индивидов. За последние двадцать лет всемирная сеть превратилась в свалку фальшивок и промежуточных сайтов. Пока не истекал срок действия авторского права – а часто и в течение нескольких лет после этого, – онлайновый фильм мог «жить» в сети, разрастаясь и соперничая в тщательности проработки и совместимости с профессиональными базами данных. По правде говоря, эта кинофантастика часто оказывалась серьезной помехой при использовании сети. Поговаривали, что если настоящие космические монстры когда-нибудь посетят Землю, им будет достаточно заглянуть в сеть и увидеть кошмары, которые выдаются там за реальность, чтобы в панике бежать на родную планету.
Хуан просмотрел данные, собранные Мири, и проследил несколько линков.
– В общем, лето обещает быть жарким – это ты, считай, доказала. Но у киношников в распоряжении все пространство от Земли до Луны. Значит, главное событие Летнего Сезона намечается в Сан-Диего – а еще точнее, в парке Торри Пайнс?
– Считай, что уже наметилось. Ты знаешь, когда они собирают участников, которые составляют ядро проекта. За последние несколько недель в парке немного изменилась среда, и животные вели себя необычно.
Слишком слабо. Торри Пайнс – необорудованная территория. В нем нет локальных сетей. Но, возможно, в этом-то вся фишка. Мири снимала наблюдательный пост для туристов в Хай-Дель-Мар, потом тщательно проанализировала материал. Итак, либо у нее в руках самый невероятный и драгоценный товар – раннее предупреждение, либо она просто пудрит мозги.
– Отлично. В Торри Пайнс что-то намечается, и ты взяла след. Только одно непонятно: при чем тут киношники.
– Это еще не все. Прошлой ночью моя версия перестала быть «предполагаемой» и стала «правдоподобной», а то и «бесспорной». Я узнала, что «Foxwarner» уже закинула передовую группу в Сан-Диего.
– Но они отправились в Боррего Спрингс, в пустыню.
– Как ты узнал? Я до этого еще не докопалась.
– Моя мама на них работает.
Упс. Разумеется, работа, за которой он застал Ма, секретная. Мири наблюдала за ним с неподдельным интересом.
– Она работает с ними? Класс! Зная, что с чем связано, мы можем сделать такой рывок… Может, спросишь свою маму…
– Idunno…Хуан откинулся назад и посмотрел на расписание, которое Ма вывесила дома. Вся ее работа по пустыне в ближайшие десять дней будет недоступна. Хотя… Если ты привык плестись в хвосте, то, кроме хвоста, ничего не увидишь. Он проверил приоритеты доступа. Кого-кого, а маму он знает. Наверно, он смог бы догадаться, чем она запаролила вход в раздел «подробнее». И, может быть, получить какое-нибудь веское доказательство. Он в самом деле хотел сдать экзамен, но…
Хуан немного подался вперед.
– К сожалению, опечатано.
– О!
Мири наблюдала за ним и что-то прикидывала в уме. Первыми раскрыть планы, которые «Foxwarner» строит на Летний сезон… Это обеспечит Фэрмаунту весьма неплохую рекламу. А их группе – гарантированный высший балл на экзамене. Пока не закончился сезон, значение этой победы точно не оценить, но она будет приносить плоды в течение, по крайней мере, пяти лет, пока будут копироваться фильмы.
Поскольку кашу заварил Берти Тодд, придется уговаривать его подумать о своем будущем и будущем команды… и во имя этого сделать так, чтобы Ма захотела помочь ему, если только она знает, как. То есть, воспользоваться данными, которые она засекретила… Но через минуту девочка кивнула.
– Это хорошо, Хуан. Хорошо быть порядочным.
Она вернулась к своим коробкам и принялась в них копаться.
– Начнем с того, что у нас уже есть. А именно: «Foxwarner» использует в качестве стартовой площадки Сан-Диего, и некоторые из будущих киногероев уже болтаются по парку Торри Пайнс.
С этими словами она вытащила сетку с какими-то… Это выглядело как картонные пакеты из-под молока.
– Это Ирсы.
С таким же успехом можно было вообще ничего не говорить.
Потом Мири полезла глубже в открытую коробку и извлекла пластмассовые очки от солнца, на вид очень тяжелые. Сперва Хуан подумал, что это маска для плавания под водой; но они не закрывали ни нос, ни рот. Кроме того, «кликать» на них было бесполезно. Оставалось только самому составлять о них представление, довольствуясь физическими данными.
– В любом случае, – продолжала Мири, доставая еще одну пару очков, – мне надо изучить подоплеку этой истории – это моя часть работы в свободном исследовании. Мы пытаемся раскрыть большой секрет киносезона. До сих пор мы не брали в расчет Сан-Диего, но Аннет пришла к таким же выводам относительно «Foxwarner», что и я. Хочешь работать с нами в команде? Если сегодня у нас все получится, можно будет комбинировать результаты.
О!
Поистине великодушное предложение. Хуан ответил не сразу. Он притворился, что целиком поглощен изучением странного устройства. Он понял, что это такое: в «Справочнике Джейн»[139] 2005 года было отличное описание… Вот только где инструкция? Взяв у Мири одну пару, он крутил ее и так, и этак. Поверхность пластика была покрыта оптически пассивным фотолаком, как на обратной стороне обертки от дешевой бакалеи. Когда Хуан поворачивал очки, яркие радужные цвета окружающего мира не просто отражались в стеклах, но расплывались, смешиваясь с истинным цветом пластиковых стен – темно-серым. Это могло сойти за грубую маскировку, но в данном случае в ней не было никакого смысла. Наконец Хуан понял, что должен ответить.
– Я не могу быть в твоей команде, Мири. Я уже в команде у Берти. Конечно, может быть, это ничего не значит. Аннет тоже работает с тобой, а попутно с Берти.