После пяти минут небыстрой ходьбы солдат остановился около одноэтажного здания с постовым у входа.
– Штаб, товарищ майор!
– Спасибо, боец!
Я глубоко вздохнул и вошел в штаб части.
У кабинета начальника штаба в конце длинного коридора я увидел знамя части, остановился рядом и отдал честь. Затем постучал в дверь кабинета и, не дождавшись ответа, открыл ее.
– Разрешите войти, товарищ полковник?
– Входи, майор, входи!
Полковник застегнул верхнюю пуговицу кителя и пошел навстречу мне.
– Гвардии майор Груздев прибыл для дальнейшего прохождения службы!
– Молодец, по уставу представляешься… Проходи, садись, майор. Давай знакомиться, не особо соблюдая форму – все же мы спецназ и живем в захолустье! – Лицо полковника расплылось в широкой улыбке.
Я уселся за стол напротив хозяина кабинета.
– Как добрался, как семья?
– Все в порядке, товарищ полковник.
– Ну-ну, майор, мы не на плацу, одни сидим. Нам вместе служить и одну лямку тянуть, так что нужно общаться по-человечески. Дети-то есть у тебя? А чем жена занимается?
– Извините, товарищ полковник, за все время службы не слыхал таких вопросов, оттого и тяну с ответом, не знаю, как сказать. Детей у нас нет, пока мотаемся из гарнизона в гарнизон. Люся, жена моя, – филолог, преподаватель.
– Вот и прекрасно, детишек в нашей школе будет учить. А чем увлекаешься, майор?
– Трудно сказать, товарищ полковник! При нашей службе забыл, когда последний раз на рыбалке был.
– Да ты рыбак? Дорогой ты мой! А говоришь, что не о чем, кроме службы, разговаривать. И на что любишь ловить, кого вытаскивать доводилось?
– Я же на реке вырос, так что рыбачу с детства. Больше удочку люблю, внахлыст, а спиннингом только балуюсь. Не так давно с друзьями ловил карпов, так даже местных удивил: с первого заброса вытащил пузатого самца аж на семь с половиной кило.
– Не врешь? Карпа на семь с половиной? Где ж тебя так угораздило?
– Под Ростовом ловили, в лимане Азовского моря… Раз пять ездил, меньше двадцати кило не привозил. Не верите – могу фотографии принести.
– Ну, майор, – ты человек свой. Как говорится, рыбак рыбака… А у нас здесь дурила один есть. Увидишь его вскорости, вольнонаемным в части работает. Пошел как-то ловить на живца, хотя это и небезопасно в наших краях – хищная рыба здесь водится, довольно крупная попадается. Погода была – не пойми что, вот он и вырядился: надел ватник под плащ-накидку да пошел на каменную гряду. Ветер-то порывистый, а он, закинув живца подальше, защелкнул дужку и в ту же секунду почувствовал удар, да такой силы, что мигом сообразил – не вытащит. Скорее всего, схватил на лету здоровенного тайменя, с которым так просто не справиться. Ну, он и отшвырнул от себя спиннинг, а понимаешь, майор, катушка-то здоровая, морская. Вот он спиннинг-то отшвырнул, а ручка зацепилась за плащ. Не будь он в этом чертовом ватнике, скинул бы его и остался целым, но куда там! Дернула его рыбища так, что он и пошел мордой по камням за ней следом. Орет, отцепиться пытается, уже почти сознание потерял, перевернулся на спину, а она тащит… Повезло, правда, мужики крики услышали. Прибежали, спасли. А потом приволокли ему в больницу спиннинг, точнее, все, что от него осталось: немного лески, разбитую о камни катушку и сломанное пополам удилище. Во какие страсти у нас на Амуре бывают! В общем, увидишь мужика со срезанной мордой – не пугайся!! Наш он, рыбак… Так что порыбалим… Надеюсь, ты не против?
Полковник задумчиво посмотрел на разложенную на столе карту, потом свернул ее и поднял глаза на Груздева.
– Тут вот какое дело, майор: пока решено назначить тебя на должность инструктора по диверсионно-боевой подготовке. Что думаешь?
– С радостью приму любую должность, товарищ полковник!
– Насчет радости – это я понимаю и хвалю. Но ты все же боевой офицер, за плечами несколько таких операций, что дай бог каждому. Не закиснешь в учебке? Говори, не стесняйся.
– Имея выбор, я, конечно, предпочел бы оперативную диверсионную деятельность, – я смотрел полковнику прямо в глаза, пытаясь уловить возможный подвох, – но в данной ситуации, когда решение уже принято, принимаю то, что есть.
– Возможно, и будет выбор, очень возможно, – хитровато прищурившись, заключил полковник.
Так я начал службу инструктора по диверсионно-боевой подготовке в дивизии особого назначения.
А вечером в нашей офицерской квартирке меня ждала Марина.Белогорск
26 км от границы России с Китаем
Квартира майора Груздева
1 февраля 2004 г. 19:00
– Как прошел день, Леня? – Нежные губы коснулись моей щеки.
– Ты жена боевого офицера Владимира Груздева, и при чем тут какой-то Леня?
– Не дурачься! Я так волнуюсь за тебя, ты не представляешь! Пока ты дома – еще ничего, но как только ты уходишь, я себе места не нахожу от волнения.
– Это недопустимо, ты должна уметь держать себя в руках.
– Ты же знаешь, что при необходимости я умею себя контролировать.
– Вот и молодец! Зачем тревожиться попусту? Давай лучше ужинать! Надеюсь, салат с трюфелями и пармская ветчина еще не потеряли свежести?
Но Марину мои шутки и беспечный тон обмануть не могли.
– Ты слишком задумчив сегодня. Или мне кажется?
– Да нет, наверное, не кажется…
– Что случилось?
– Ничего не случилось, кроме того, что предстоит выход на задание.
– О, господи! Ты же инструктор, какое еще задание?
– Помнишь, я тебе рассказывал про начальника штаба? Когда мы еще только познакомились, он намекнул на что-то непонятное, а теперь стало ясно: он дал мне некоторое время на знакомство с людьми, для того чтобы я сам выбрал членов своей группы.
Марина снова встревожилась:
– И что теперь будет?
– Ничего особенного – боевой выход боевого офицера.
– Прошу тебя, не шути…
– Я и не шучу. Этого следовало ожидать. Должность инструктора не могли дать надолго, мы ведь говорили с тобой…
– Только я начала успокаиваться, и вот, пожалуйста…
– Честно говоря, больше всего меня тревожит то, как ты справишься с ролью жены майора Груздева. Правда, здешний гарнизон особой спаянностью не отличается – слишком большая текучесть кадров, – но твоя необщительность и нежелание с кем-либо сближаться могут вызвать ненужные толки.
– Не переживай за меня, я справлюсь.Глава 5
Белогорск
Кабинет начальника штаба отдельной 12-й дивизии специального назначения
5 февраля 2004 г., 11:00
В своем невообразимо прокуренном кабинете полковник навис над лежащей на столе раскрытой картой. «Интересно, он когда-нибудь садится?» – подумал я, хотя помнил известную истину: инструктировать нужно стоя, так лучше воспримут твои слова.
– Проходи майор, садись. – Не отрываясь, словно на фотографию любимой, полковник глядел на карту. – Как служба на новом месте?
– Нормально, товарищ полковник! Личный состав демонстрирует высокие боевые показатели.
– Ну-ну… Подобрал бойцов для выполнения предстоящего задания?
– Так точно, подобрал!
– Каков состав?
– Три сержанта, прошедшие диверсионный курс, и четыре лейтенанта. Трое из них имеют выходы. Один пока что не обстрелян.
– Кто?
– Лейтенант Канищев.
– Ты в нем уверен?
– Уверен, товарищ полковник…
– Не забыл, что выполнение практически целиком ложится на офицеров, а сержанты подключаются на всякий случай, как тягловая сила?
– Помню, товарищ полковник…
– Ну, добре, давай тогда к делу… – Полковник выдвинул карту на середину стола. – Иди сюда поближе, вверх тормашками не много разглядишь. – Он затянулся папиросой и продолжил: – Тебе предстоит отправиться вот сюда, – корявый палец очертил на карте небольшой круг, – в район китайского городка Хайлар. Догадываешься теперь, почему выбор пал на тебя?
– Могу предположить, что возникла необходимость временно возвратиться в места, которые я уже навещал.
– Почти… Только на прогулку твой выход вряд ли будет похож… – Полковник помолчал. – Комдив, кстати, не очень хотел, чтобы ты шел: он считает, что надо пообвыкнуться, притереться немного. Но ты же знаешь, у нас нет ничего постоянного: люди приходят, уходят… Это тебе не учебная часть какая-нибудь, здесь сближаются в ходе операции. Я вообще-то считаю, что знание местности в предполагаемом районе – преимущество перед всяким другим. Батька наш в конце концов тоже согласился. Тебе, кстати, район этот хорошо знаком? Бывал, наверно?
– Как не бывать, хожено-перехожено… – Я быстро взглянул на полковника, пытаясь понять, честен он со мной или нет. – Не именно в этом квадрате, но бывать приходилось.
– Так вот, в районе стыковки нашей и китайской границ, – карандаш уткнулся в точку скрещения трех пограничных линий, – спецы испытывали новый вид оружия. Его пока еще нет ни в одной армии мира.
Я удивленно поднял брови; тема, что и говорить, меня очень интересовала.
– Да-да, есть такая штуковина, которая, как крот, ползает под землей в заданном направлении.
– Никогда не слышал…
– Да никто не слышал, и я бы знать не знал, если бы не пришлось столкнуться с особым случаем. Испытатели запустили ее с базы примерно вот здесь, километрах в десяти от границы.
– Это что, ракета подземная?
– Да не ракета, а аппарат, сделанный из особо прочной стали, которая разгрызает любую, даже особо плотную породу. Ну конечно, можно назвать его и ракетой, но уж очень условно. По целевому назначению действительно сходство есть: речь идет о доставке боевого заряда в заданную точку. Пока, разумеется, теоретически и на небольшие расстояния… Что же до названия, то есть несколько вариантов. Мы с тобой будем величать его «Кротом». До сих пор понятно?
– Понятно… – Мой голос прозвучал глухо и несколько неуверенно.
– Так вот, «Крот» этот успешно продвинулся более чем на две тысячи метров в глубину нашей территории и остановился, но не вышел, как было запланировано, на поверхность. Начальник группы испытателей посовещался со своими хлопцами, и кто-то из них надоумил вместо выхода на поверхность дать «Кроту» команду на продолжение движения под землей. С пульта дали радиокоманду, и «Крот» пополз, а потом неизвестно почему вдруг стал менять направление и, преодолев по дуге значительное расстояние, оказался в конечном счете на территории Китая в районе Хайлара.